Сформированная под влиянием РКБТ политика по борьбе против табака обратила вспять тенденции начала курения в Европе

315 ТОМ 4 | ВЫПУСК 3 | СЕНТЯБРЬ 2018 Г. | 271–490ПАНОРАМА ОБЩЕСТВЕННОГО ЗДРАВООХРАНЕНИЯ ОРИГИНАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ Сформированная под влиянием РКБТ политика по борьбе против табака обратила вспять тенденции начала курения в Европе Андреева Т. И.1 1 Независимый исследователь, Киев, Украина Автор, отвечающий за переписку: Татьяна Ильинична Андреева (адрес электронной почты: tatianandreeva@gmail.com) АННОТАЦИЯ Цели. Меры, направленные на борьбу против табака, снижают бремя вызванных табаком смертей и болезней, способствуя отказу от курения или препятствуя его началу. Проанализированы изменения вероятно- сти начала ежедневного курения до и после вступления в силу Рамоч- ной конвенции ВОЗ по борьбе против табака (РКБТ). Методы. Проанализированы данные Глобального опроса взрослого населения о  потреблении табака в  Греции, Казахстане, Польше, Рос- сийской Федерации, Румынии, Турции и  Украине. Доля респондентов, начавших ежедневно курить до 20 лет, проанализирована с учетом года рождения и пола. Результаты. Среди мужчин в Греции, Российской Федерации и Украи- не доля начавших курить ежедневно до 20 лет увеличивалась вплоть до 2000 г., достигнув 65–70%, в Казахстане – 40%. В Польше, Румынии и Турции пик наступил ранее, достигнув уровня 50–55%. Среди женщин возрастание доли начавших курить ежедневно до 20 лет в период с 1950 по 1990-е гг. было более резким, чем среди мужчин, и началось в первую очередь в Польше, а затем последовательно в Греции, Румынии, Турции, Российской Федерации, Украине и Казахстане. Эта тенденция была об- ращена вспять уже в начале 2000-х гг. в Казахстане, Румынии, Турции и Украине, после того как эти страны начали осуществление политики РКБТ. Однако в Греции и Российской Федерации, где реализация полити- ки РКБТ началась позднее, рост показателя среди женщин продолжал наблюдаться и после 2000 г. Выводы. В тех странах, где были приняты меры по борьбе против та- бака, удалось обратить вспять восходящие тенденции начала курения. Ключевые слова: НАЧАЛО КУРЕНИЯ, РАМОЧНАЯ КОНВЕНЦИЯ ВОЗ ПО БОРЬБЕ ПРОТИВ ТАБАКА, ГЛОБАЛЬНЫЙ ОПРОС ВЗРОСЛОГО НАСЕЛЕНИЯ О ПОТРЕБЛЕНИИ ТАБАКА ВВЕДЕНИЕ Меры по борьбе против табака направлены на сокраще- ние бремени смертей и болезней, связанных с употребле- нием табака, посредством как отказа от употребления табака, так и предупреждения начала курения. В рамках эпиднадзора начало курения обычно фиксируется как распространенность среди подростков курения когда-ли- бо в  жизни и  в течение последнего месяца, а  также как средний возраст начала курения. Поскольку курение сре- ди подростков и  курение среди взрослых обычно изме- ряют с использованием разных шкал, переход от оценок подросткового экспериментирования к оценкам ежеднев- ного курения среди взрослых не всегда легко отследить. Изучая изменения употребления табака в  Украине, мы обратили внимание на то, что основным эффектом воз- действия мер по борьбе против табака было сокращение уровня курения среди молодежи (1–3). Сопоставление данных двух глобальных опросов взрослого населения о потреблении табака (GATS) (4, 5) показало, что сниже- ние распространенности курения было более существен- ным среди людей более молодого возраста, нежели среди старшего населения. Подобным образом, в  Нью-Йорке результаты политики, предпринимаемой с 2002 г. в рам- ках борьбы против табака, свидетельствуют о  более су- щественном сокращении распространенности курения среди молодежи (на 52%), чем среди взрослого населения в целом (на 28%) (6). 316 VOLUME 4 | ISSUE 3 | SEPTEMBER 2018 | 271–490PUBLIC HEALTH PANORAMA СФОРМИРОВАННАЯ ПОД ВЛИЯНИЕМ РКБТ ПОЛИТИКА ПО БОРьБЕ ПРОТИВ ТАБАКА ОБРАТИЛА ВСПЯТь ТЕНДЕНЦИИ НАЧАЛА КУРЕНИЯ В ЕВРОПЕ Научных исследований, посвященных вопросу начала курения, не слишком много. Freedman и соавторы (7) от- метили, что теме начала курения посвящено меньше ис- следований, чем другим поведенческим практикам, каса- ющимся курения. Исследования, посвященные началу курения, обычно рассматривают в  качестве зависимой переменной сред- ний возраст начала курения (8–10), или долю лиц, кото- рые начали курить в определенном возрасте или к опре- деленному возрасту (8), или в определенный промежуток времени (11, 12). В качестве детерминант, влияющих на на- чало курения, авторы часто упоминают демографические характеристики (9, 13), сопутствующее поведение, в  том числе употребление алкоголя и наркотиков (7), или субъ- ективно воспринимаемые причины начала курения, такие как скука или стресс (7, 8). Некоторые исследования ука- зывают также на наличие причинно-следственной связи между началом курения и  воздействием маркетинговых усилий табачной индустрии (7), а также воздействием мер по борьбе против табака (7), в  том числе воздействием мер контрмаркетинга, кампаний по денормализации ку- рения, мер налогообложения (14) и  наличием политики, направленной на освобождение от табачного дыма. При многофакторном анализе некоторые авторы исполь- зуют линейную регрессию, где возраст лиц, начинающих курить, представлен количественной переменной (8); од- нако это едва ли применимо, поскольку зависимая пере- менная не определена для тех, кто так и не начал курить. В  большинстве исследований используется логистиче- ская регрессия с бинарной зависимой переменной, кото- рая показывает, начал ли человек курить в конкретный временной период (9, 12, 13, 15). На результаты может по- влиять выбор пороговых значений. Еще одна проблема возникает, если показатели возраста или альтернативные показатели возраста (например, уровень образования) также включают в  качестве независимых переменных в многофакторную модель; в результате этого становится невозможным надлежащим образом оценить другие вза- имосвязи (13). Поскольку начало курения, происходящее в определенном возрасте, относится к числу переменных типа «время до наступления события», наиболее адекват- ными являются исследования с применением различных методов анализа выживаемости (10, 14, 16–18), включая использование таблиц дожития (10, 17). Большинство исследований начала курения основаны на одномоментных опросах. В  некоторых работах рассма- тривалось приобщение к  курению с  течением времени внутри когорт (11, 12). Но для фиксации результативно- сти политики наиболее подходящими являются исследо- вания, учитывающие изменения с течением времени при сопоставлении соседних возрастных когорт (10, 17, 19, 20). Однако последняя группа исследований относится лишь к странам с развитыми системами эпиднадзора, в част- ности к Германии, Италии, Канаде и Нидерландам. Большинство стран, особенно стран с низким и средним уровнем дохода, могут рассчитывать лишь на исполь- зование международных инструментов эпиднадзора за потреблением табака. Наше исследование имело целью проанализировать изменения начала ежедневного куре- ния на основании данных GATS, полученных от респон- дентов, начавших или не начавших курить до и  после того, как Рамочная конвенция ВОЗ по борьбе против табака (РКБТ) вступила в  силу. Рассмотрены те страны Европейского региона, где проводился GATS и в которых массивы данных находятся в общем доступе. Еще одной задачей была оценка начала ежедневного курения как ин- дикатора успешности мер борьбы против табака. МЕТОДЫ Были использованы данные GATS, собранные в странах Европейского региона ВОЗ (Греция, Казахстан, Польша, Российская Федерация, Румыния, Турция и  Украина) и  доступные на сайте Центров по контролю и  профи- лактике заболеваний. Было проанализировано, начали ли респонденты курить ежедневно до 20 лет, в разбивке по году рождения и по полу. Пороговым значением был выбран 20-летний возраст, поскольку в большинстве мас- сивов процентная доля лиц, начавших курить ежеднев- но после достижения 20-летнего возраста, была очень небольшой. Из анализа были исключены респонденты моложе 20 лет, те, кто родился до 1930 г., и те, чьи ответы о  возрасте и  годе рождения противоречили друг другу. Доля начавших курить ежедневно до 20 лет рассматри- валась как характеристика того года, когда респондентам исполнилось 20 лет. Результаты были усреднены для воз- растных когорт с шагом в 10 лет. РЕЗУЛЬТАТЫ Среди мужчин (см. рис. 1) в Греции, Казахстане, Россий- ской Федерации и Украине доля тех, кто начал курить до 20 лет, постепенно возрастала с годами и достигла своего максимума примерно в 2000 г. (т.е. среди тех, кто родился 317 ТОМ 4 | ВЫПУСК 3 | СЕНТЯБРЬ 2018 Г. | 271–490ПАНОРАМА ОБЩЕСТВЕННОГО ЗДРАВООХРАНЕНИЯ СФОРМИРОВАННАЯ ПОД ВЛИЯНИЕМ РКБТ ПОЛИТИКА ПО БОРьБЕ ПРОТИВ ТАБАКА ОБРАТИЛА ВСПЯТь ТЕНДЕНЦИИ НАЧАЛА КУРЕНИЯ В ЕВРОПЕ примерно в 1980 г.) на уровне 65–70% в Греции, Россий- ской Федерации и Украине и на уровне 40% в Казахста- не. Однако в  Польше, Румынии и  Турции этот макси- мум был достигнут ранее: в Польше пик доли начавших курить ежедневно до 20 лет пришелся на 1970-е гг. (т.е. среди тех, кто родился в 1950-е гг.) и составил примерно 55%. В Турции этот пик был достигнут в 1980 г. (т.е. среди тех, кто родился в 1960 г.) и составил 55%. В Румынии пик пришелся на 1990 г. (т.е. среди тех, кто родился в 1970 г.) и  составил 50%. Снижение доли начавших курить еже- дневно до 20 лет среди мужчин в  Греции, Казахстане, Российской Федерации и  Украине началось примерно в 2000-е гг., а в Польше, Турции и Румынии – раньше. Среди женщин (см. рис. 2) повышение доли начавших ку- рить ежедневно до 20 лет происходило в период с 1950 по 1990-е гг. и было более резким, чем среди мужчин. Внача- ле это проявилось в Польше, затем в Греции, Румынии, Турции, Российской Федерации, Украине и, наконец, в Казахстане. Эта тенденция достигла пика в 2000 г. (т.е. среди женщин, родившихся в 1980-е гг.) в Казахстане, Ру- мынии, Турции и Украине, а снижение началось вскоре после начала 2000-х гг. В Греции же и Российской Феде- рации в 2000-х гг. продолжалось увеличение доли начав- ших курить ежедневно до 20 лет среди женщин. ОБСУЖДЕНИЕ Данные GATS, являющегося известным инструментом мониторинга реализации мероприятий в области борьбы против табака (21), а также их эффективности, были ис- пользованы для анализа тенденций начала ежедневного курения в странах Европейского региона, принимавших участие в  опросе GATS. Анализ показывает, что в  стра- нах, где были предприняты меры по борьбе против та- бака, удалось обратить вспять восходящую тенденцию начала курения. Поворотный момент раньше всего проявился в Польше, как среди мужчин, так и среди женщин. Распространен- ность курения в Польше среди мужчин была наивысшей (64%) в 1974 г. и среди женщин (33%) в 1986 г. Изменения произошли после того, как в конце 1990-х гг., после распа- да коммунистической системы, в  Польше было принято новое антитабачное законодательство, оказавшееся более жестким, чем в какой-либо иной из бывших коммунисти- ческих стран Восточной Европы (22). В Румынии, где определенный спад показателей начала курения проявился среди мужчин в 1990-х гг., меры ре- гулятивного характера были предприняты раньше, чем 0 10 20 30 40 50 60 70 80 1950 1960 1970 1980 1990 2000 2010 DS I- 20 (% ) Год Греция Казахстан Польша Румыния Российская Федерация Турция Украина РИСУНОК 1. ПРОЦЕНТНАЯ ДОЛЯ МУЖЧИН, КОТОРЫЕ НАЧАЛИ ЕЖЕДНЕВНО КУРИТЬ К 20 ГОДАМ, В ЕВРОПЕЙСКИХ СТРАНАХ, ПРИНИМАВШИХ УЧАСТИЕ В ИССЛЕДОВАНИИ GATS 0 5 10 15 20 25 30 35 45 40 1950 1960 1970 1980 1990 2000 2010 DS I- 20 (% ) Год Греция Казахстан Польша Румыния Российская Федерация Турция Украина РИСУНОК 2. ПРОЦЕНТНАЯ ДОЛЯ ЖЕНЩИН, КОТОРЫЕ НАЧАЛИ ЕЖЕДНЕВНО КУРИТЬ К 20 ГОДАМ, В ЕВРОПЕЙСКИХ СТРАНАХ, ПРИНИМАВШИХ УЧАСТИЕ В ИССЛЕДОВАНИИ GATS 318 VOLUME 4 | ISSUE 3 | SEPTEMBER 2018 | 271–490PUBLIC HEALTH PANORAMA СФОРМИРОВАННАЯ ПОД ВЛИЯНИЕМ РКБТ ПОЛИТИКА ПО БОРьБЕ ПРОТИВ ТАБАКА ОБРАТИЛА ВСПЯТь ТЕНДЕНЦИИ НАЧАЛА КУРЕНИЯ В ЕВРОПЕ во многих других восточноевропейских странах: напри- мер, в 1994 г. в налоговом законодательстве появился так называемый «налог здоровья» на табачную продукцию, в 1999 г. был утвержден запрет на телевизионную рекламу табачной продукции, а в 2002 г. было запрещено курение в  общественных местах. В  процессе вступления в  Евро- пейский союз Румыния была обязана привести свое наци- ональное законодательство в соответствие с европейски- ми директивами, и  это послужило реальным стимулом для борьбы против табака (23). В странах, внедривших стратегии РКБТ в 2000-х гг. (в Ка- захстане (24), Турции (25) и Украине (4)), доля начавших курить ежедневно до 20 лет после пика в  2000 г. начала снижаться. Напротив, в  таких странах, как Греция (26) и  Российская Федерация (27), начавших реализовывать всеобъемлющие меры по борьбе против табака лишь в 2010 г., до 2010 г. снижения доли начавших курить еже- дневно до 20 лет не наблюдалось. Однако, как свидетель- ствуют иные данные (28), снижение, скорее всего, произо- шло на более позднем этапе. Общее положительное влияние реализованных мер по борьбе против табака подтверждается и  другими иссле- дованиями. Например, снижение подросткового курения было отмечено в  европейских странах, участвовавших в Европейский проект школьных исследований по алко- голю и наркотикам (ESPAD) (15). Применительно к большинству участвовавших в этом ис- следовании стран перелом в отношении показателя доли начавших курить ежедневно до 20 лет произошел вначале среди мужчин, а уже затем среди женщин, что согласуется с описательной моделью табачной эпидемии (29). Полученные результаты ставят два важных вопроса: ра- ботают ли меры по борьбе против табака в разных странах по-разному, и следует ли странам уделять особое внима- ние различным мерам борьбы против табака. Некоторые исследователи высказываются в пользу такого различия. Например, в  2012 г. в  еженедельнике «Заболеваемость и смертность» [Morbidity and mortality weekly report] (30) была опубликована статья, в которой странам с высокой распространенностью курения предлагалось заострить внимание на стратегиях, популяризующих отказ от ку- рения, в  то время как странам с  низкой распространен- ностью курения было предложено сосредоточить усилия на предупреждении приобщения к курению. Анализ мер по налогообложению табачной продукции (14) позволил предположить, что повышение цен на табачную продук- цию влияет на распространенность курения, преиму- щественно сдерживая начало курения в  странах с  низ- ким и средним уровнем дохода, в то время как в странах с уровнем дохода выше среднего эти меры способствова- ли отказу от курения. Как показало исследование, прове- денное в Италии (17), несмотря на то что принятые меры политики имели целью в первую очередь профилактику начала курения, они в большей степени повлияли на уве- личение числа отказавшихся от курения на раннем этапе. Хотя это изменение в  процессе отказа от курения, воз- можно, требует более детального рассмотрения, воздей- ствие на начало курения носит универсальный характер, что подтверждают наблюдения во всех странах, где ведет- ся осуществление мер РКБТ. Хотя многие авторы подчеркивают важность программ предупреждения молодежного курения и называют «осо- бо уязвимые» группы населения, на которые необходимо ориентировать усилия в первую очередь (7), а некоторые полагают, что программы профилактики молодежного курения могут способствовать снижению показателей приобщения к курению в подростковом возрасте (19, 20), наш анализ показывает, что показатели начала курения снижаются как общий и неспецифический результат всей совокупности мер по борьбе против табака, рекомендуе- мых РКБТ. Поскольку приобщение к курению по-прежнему измеря- ется по-разному в  зависимости от исследования и  при- менительно к  различным возрастным группам, в  более раннем анализе литературы по вопросам приобщения к  курению было рекомендовано разработать стандарти- зированную меру измерения «начала курения», которая указала бы на прогрессию в  направлении регулярного курения (7). Благодаря методологии GATS, позволившей применить одни и  те же инструменты сбора данных во многих странах, может быть принят универсальный под- ход, пример которого приводится в данной публикации. Что касается ограничений данного исследования, одно из них может быть связано с произвольным выбором поро- гового значения возраста в  20 лет, поскольку несколько авторов либо утверждают, либо высказывают предпо- ложение о  том, что приобщение к  курению сместилось с  подросткового возраста на более поздний этап взрос- ления (18–20). Подобное утверждение может стать темой для дальнейшего изучения, хотя наличие значитель- ных искажений в  этой связи маловероятно, поскольку 319 ТОМ 4 | ВЫПУСК 3 | СЕНТЯБРЬ 2018 Г. | 271–490ПАНОРАМА ОБЩЕСТВЕННОГО ЗДРАВООХРАНЕНИЯ СФОРМИРОВАННАЯ ПОД ВЛИЯНИЕМ РКБТ ПОЛИТИКА ПО БОРьБЕ ПРОТИВ ТАБАКА ОБРАТИЛА ВСПЯТь ТЕНДЕНЦИИ НАЧАЛА КУРЕНИЯ В ЕВРОПЕ предварительный анализ представленных данных по- казывает, что в большинстве случаев к 20 годам процесс приобщения к курению уже завершен. Еще одно ограничение, на которое часто указывают при- менительно к  данным GATS, связано с  субъективным воспоминанием о моменте начала курения, которое счи- тается надежным источником информации лишь среди молодых респондентов. Однако, как видно на графиках, тенденции показателей начала курения носят очень по- следовательный характер, даже среди участников более старшего возраста. Респонденты, родившиеся до 1930 г., были исключены лишь потому, что их малая численность не позволила получить стабильные оценки доли начав- ших курение. В данном исследовании приобщение к  курению рассма- тривается применительно к возрастным когортам, поэто- му уместно вести речь об ограничениях, присущим агре- гированным оценкам. Еще одно ограничение касается различных факторов, ко- торые могут влиять на тенденции показателей начала ку- рения и которые не поддаются контролю в рамках этого анализа. Хотя мы подчеркиваем влияние РКБТ в назван- ных странах, где массовое принятие законодательства по борьбе против табака началось лишь после ратификации РКБТ, очевидно, что повлиять могли и другие меры поли- тики, как это и показано на примере Польши. ЗАКЛЮЧЕНИЕ Принятие законодательства по борьбе против табака в со- ответствии с требованиями РКБТ в начале 2000-х гг. при- вело к обращению вспять тенденций начала курения среди молодых мужчин и женщин в eвропейских странах, в ко- торых имеются популяционные данные о потреблении та- бака. Мониторинг доли молодежи, чье начало ежедневного курения произошло до достижения 20-летнего возраста, путем использования данных, полученных с помощью во- просника GATS, может служить отражением успеха пред- принимаемых в стране мер антитабачной политики. Выражение признательности: отсутствует. Источники финансирования: отсутствуют. Конфликт интересов: не заявлен. Ограничение ответственности: авторы несут само- стоятельную ответственность за мнения, выраженные в  данной публикации, которые не обязательно пред- ставляют решения или политику Всемирной организа- ции здравоохранения. БИБЛИОГРАФИЯ1 1. Webber L, Andreeva T, Sotomayor R, Jaccard A, Retat L, Marquez P. Modeling the long-term health and cost impacts of reducing smoking prevalence through tobacco taxation in Ukraine. Washington, DC: World Bank Group; 2017 (http://documents.worldbank.org/curated/ en/417831489985759573/pdf/113601-WP-R4-TT-Ukraine- 20170312-PUBLIC.pdf). 2. Andreeva TI, Krasovsky KS. Simulation modeling of the tobacco epidemic in Ukraine in 2005–2010. In: Proceedings. European Conference on Tobacco or Health, Amsterdam, the Netherlands, 28–30. Brussels: Association of European Cancer Leagues; 2011:245. 3. Andreeva T. Monitoring initiation of daily smoking as an indicator of tobacco control success: example of Ukraine. Tob Induc Dis. 2018;16:A588. doi:10.18332/tid/84299. 4. Global Adult Tobacco Survey (GATS). Report: Ukraine 2010. Geneva: World Health Organization Tobacco Free Initiative; 2010 (http://www.who.int/tobacco/surveillance/en_tfi_ gats_ukraine_report_2010.pdf?ua=1). 5. Global Adult Tobacco Survey. Report: Ukraine 2017. Geneva: World Health Organization Tobacco Free Initiative; 2017 (http://kiis.com.ua/materials/pr/20180214_GATS/Full%20 Report%20GATS%20Ukraine%202017%20ENG.pdf). 6. Kilgore EA, Mandel-Ricci J, Johns M, Coady MH, Perl SB, Goodman A, et al. Making it harder to smoke and easier to quit: the effect of 10 years of tobacco control in New York City. Am J  Public Health. 2014;104:e5–8. doi:10.2105/ AJPH.2014.301940. 7. Freedman KS, Nelson NM, Feldman LL. Smoking initiation among young adults in the United States and Canada, 1998– 2010: a  systematic review. Prev Chronic Dis. 2012;9:E05. pmcid:PMC3277388. 8. Oh DL, Heck JE, Dresler C, Allwright S, Haglund M, Del Mazo SS, et al. Determinants of smoking initiation among women in five European countries: a  cross-sectional survey. BMC Public Health. 2010;10:74. doi:10.1186/1471-2458-10-74. 9. Kaleta D, Usidame B, Dziankowska-Zaborszczyk E, Makowiec-Dąbrowska T. Socioeconomic disparities in age of initiation and ever tobacco smoking: findings from Romania. Cent Eur J Public Health. 2015;23:299–305. doi:10.21101/ cejph.a4067. 1 Все ссылки приводятся по состоянию на 15 августа 2018 г. 320 VOLUME 4 | ISSUE 3 | SEPTEMBER 2018 | 271–490PUBLIC HEALTH PANORAMA СФОРМИРОВАННАЯ ПОД ВЛИЯНИЕМ РКБТ ПОЛИТИКА ПО БОРьБЕ ПРОТИВ ТАБАКА ОБРАТИЛА ВСПЯТь ТЕНДЕНЦИИ НАЧАЛА КУРЕНИЯ В ЕВРОПЕ 10. Schneider S, Mohnen SM, Pust S. The average age of smoking onset in Germany: trends and correlates. Int J Public Health. 2008;53:160–4. PMID:19127889. 11. Edwards R, Carter K, Peace J, Blakely T. An examination of smoking initiation rates by age: results from a  large longitudinal study in New Zealand. Aust N Z J Public Health. 2013;37:516–19. PMID:24892149. 12. O’Loughlin JL, Dugas EN, O’Loughlin EK, Karp I, Sylvestre MP. Incidence and determinants of cigarette smoking initiation in young adults. J Adolesc Health. 2014;54:26-32. e4. doi:10.1016/j.jadohealth.2013.07.009. 13. Kaleta D, Makowiec-Dąbrowska T, Dziankowska- Zaborszczyk E, Fronczak A. Predictors of smoking initiation: results from the Global Adult Tobacco Survey (GATS) in Poland 2009–2010. Ann Agric Environ Med. 2013;20:756– 66. PMID:24364449. 14. Kostova D, Chaloupka FJ, Shang C. A duration analysis of the role of cigarette prices on smoking initiation and cessation in developing countries. Eur J Health Econ. 2015;16:279–88. doi:10.1007/s10198-014-0573-9. 15. Kuipers MA, Monshouwer K, van Laar M, Kunst AE. Tobacco control and socioeconomic inequalities in adolescent smoking in Europe. Am J  Prev Med. 2015;49:e64–72. doi: 10.1016/j.amepre.2015.04.032. 16. Andreeva TI, Krasovsky KS, Semenova DS. Correlates of smoking initiation among young adults in Ukraine: a  cross-sectional study. BMC Public Health. 2007;7:106. doi: 10.1186/1471-2458-7-106. 17. Sardu C, Mereu A, Minerba L, Contu P. The Italian national trends in smoking initiation and cessation according to gender and education. J  Prev Med Hyg. 2009;50:191–5. pmid:20411654. 18. Terry-McElrath YM, O’Malley PM. Trends and timing of cigarette smoking uptake among U.S. young adults: survival analysis using annual national cohorts from 1976–2005. Addiction. 2015;110:1171–81. doi:10.1111/add.12926. 19. Nuyts PAW, Kuipers MAG, Willemsen MC, Kunst AE. Trends in age of smoking initiation in the Netherlands: a shift towards older ages? Addiction. 2018;113:524–32. doi:10.1111/ add.14057. 20. Gagne T, Veenstra G. Trends in smoking initiation in Canada: does non-inclusion of young adults in tobacco control strategies represent a  missed opportunity? Can J  Public Health. 2017;108:e14–20. doi: 10.17269/cjph.108.5839. 21. Song Y, Zhao L, Palipudi KM, Asma S, Morton J, Talley B, et al. Tracking MPOWER in 14 countries: results from the Global Adult Tobacco Survey, 2008–2010. Glob Health Promot. 2016;23(2 Suppl):24–37. doi: 10.1177/1757975913501911. 22. Jassem J, Przewozniak K, Zatonski W. Tobacco control in Poland: successes and challenges. Transl Lung Cancer Res. 2014;3:280–5. doi: 10.3978/j.issn.2218-6751.2014.09.12. 23. Romania 2011 Global Adult Tobacco Survey report. 2011. Bucharest: Ministry of Health Romania; 2011 (http://www. who.int/tobacco/surveillance/survey/gats/gats_romania_ report_2011.pdf). 24. Глобальный опрос взрослого населения о потреблении табака. Республика Казахстан, 2014: страновой отчет. Астана: Министерство здравоохранения и социального развития Республики Казахстан; 2014 (http://www.who. int/tobacco/surveillance/survey/gats/kaz_countryreport_ ru.pdf?ua=1). 25. Global Adult Tobacco Survey: Turkey 2012. Ankara: Republic of Turkey Ministry of Health; 2014 (http://www.who.int/ tobacco/surveillance/survey/gats/report_tur_2012.pdf). 26. Global Adult Tobacco Survey: Greece 2013. Geneva: World Health Organization Tobacco Free Initiative; 2013 (http:// www.who.int/tobacco/surveillance/survey/gats/grc_ country_report.pdf). 27. Глобальный опрос взрослого населения о потреблении табака: Российская Федерация 2009: страновой отчет. Женева: Инициатива по освобождению от табачной зависимости Всемирной организации здравоохранения; 2010 (http://www.who.int/tobacco/surveillance/ru_tfi_ gatsrussian_countryreport.pdf). 28. Глобальный опрос взрослого населения о  борьбе против табака (GATS): Российская Федерация, 2009 и  2016 гг. Сравнительный бюллетень. Копенгаген: Европейское региональное бюро ВОЗ; 2017 (http://www. euro.who.int/__data/assets/pdf_file/0016/343321/-.pdf). 29. Thun M, Peto R, Boreham J, Lopez AD. Stages of the cigarette epidemic on entering its second century. Tob Control. 2012;21:96–101. doi: 10.1136/tobaccocontrol-2011-050294. 30. Centers for Disease Control and Prevention. Current tobacco use and secondhand smoke exposure among women of reproductive age: 14 countries, 2008–2010. MMWR Morb Mortal Wkly Rep. 2012;61:877–82. pmid: 23114255. n