ANNEX I
INTERNATIONAL STANDARDS AND DOMESTIC LEGAL FRAMEWORK
KAZAKHSTAN TRIAL MONITORING REPORT (November 2022 – December 2023)
Contents 1. Considerations regarding the independence of judges and prosecutors. ................................. 3 1.1. International standards ................................................................................................................. 3 1.2. Domestic legal framework ........................................................................................................... 5 2. Right to a public hearing .............................................................................................................. 6 2.1. International standards ................................................................................................................. 6 2.2. Domestic legal framework ........................................................................................................... 9 3. Presumption of innocence ............................................................................................................ 9 3.1. International standards ................................................................................................................. 9 3.2. Domestic legal framework ......................................................................................................... 11 4. Court handling of allegations of evidence obtained through torture or other ill-treatment 11 4.1. International standards ............................................................................................................... 11 4.2. Domestic legal framework ......................................................................................................... 13
1 5. Right to liberty ............................................................................................................................ 14 5.1. International standards ............................................................................................................... 14 5.2. Domestic legal framework ......................................................................................................... 16 6. Court impartiality and equality of arms ................................................................................... 17 6.1. International standards ............................................................................................................... 17 6.2. Domestic legal framework ......................................................................................................... 19 7. Right to be informed of the charges and prepare one’s defence ............................................. 22 7.1. International standards ............................................................................................................... 22 7.2. Domestic Legal Framework ....................................................................................................... 23 8. Right to a fair hearing in online trials ....................................................................................... 24 8.1. International standards ............................................................................................................... 24 8.2. Domestic legal framework ......................................................................................................... 25 9. Right to a reasoned judgement .................................................................................................. 26 9.1. International standards ............................................................................................................... 26 9.2. Domestic legal framework ......................................................................................................... 28 10. Defendant’s right to an effective remedy .............................................................................. 29 10.1. International standards ............................................................................................................. 29 10.2. Domestic law ........................................................................................................................... 30 11. Victims’ right to an effective remedy .................................................................................... 31 11.1. Criminal prosecutions of human rights violations ................................................................... 31 11.1.1. International standards ..................................................................................................... 31 11.1.2. Domestic legal framework ................................................................................................ 33 11.2. Compensation for victims of human rights violations ............................................................. 37 11.2.1. International standards ..................................................................................................... 37 11.2.2. Domestic Legal Framework .............................................................................................. 39
2 ANNEX I - INTERNATIONAL STANDARDS AND DOMESTIC LEGAL FRAMEWORK
1. Considerations regarding the independence of judges and prosecutors.
1.1. International standards 1. A well-functioning and independent judiciary is an essential requirement for the fair and impartial administration of justice. The right to a hearing before an independent tribunal established by law, as a necessary precondition for the fairness of a trial, requires that hearings are conducted by judges who are and appear to be unbiased, and free of any undue influence.
2. According to the HRC, the requirement of independence and impartiality of a tribunal in the sense of Article 14, para. 1 of the ICCPR is an absolute right that is not subject to any exception.1 For judges to be truly independent, there needs to be a clear separation of powers between the executive power and the judiciary. According to the HRC, “A situation where the functions and competencies of the judiciary and the executive are not clearly distinguishable or where the latter is able to control or direct the former is incompatible with the notion of an independent tribunal.”2
3. The HRC also affirmed that, for a court or other tribunal to meet the requirements of independence under Article 14 of the ICCPR, the law must lay out some key elements, including “…the procedure and qualifications for the appointment of judges, and guarantees relating to their security of tenure until a mandatory retirement age or the expiry of their term of office, where such exist, the conditions governing promotion, transfer, suspension and cessation of their functions, and the actual independence of the judiciary from political interference by the executive branch and legislature”.3
4. Moreover, the UN Basic Principles on the Independence of the Judiciary lay out guarantees to ensure that the judiciary is truly independent, foreseeing standards related to the appointment, tenure and transfer of judges, the assignment of cases to individual judges within a court, and the requirement that tribunals be established in accordance with national law.4
1 HRC, General Comment No. 32, para. 19. 2 Ibid. 3 Ibid. 4 UN, Basic Principles on the Independence of the Judiciary, adopted by the Seventh United Nations Congress on the Prevention of Crime and the Treatment of Offenders, endorsed by General Assembly resolutions 40/32 of 29 November 1985 and 40/146 of 13 December 1985.
3 5. OSCE participating States have repeatedly committed to ensuring the independence of the judiciary, including in the 1990 Copenhagen Document5 and the 1991 Moscow Document.6 In the 1999 Istanbul Document, OSCE participating States stressed that independent judicial systems “play a key role in providing remedies for human rights violations”.7
6. The OSCE/ODIHR Kyiv Recommendations on Judicial Independence in Eastern Europe, South Caucasus and Central Asia (“Kyiv Recommendations”) offer guidance on fair and transparent judicial administration, including on selection, appointment, promotion, transfer, evaluation, and disciplinary liability of judges, which is crucial to ensuring the independence and impartiality of the judiciary. This includes an obligation to clearly define in the law the procedure and criteria for judicial selection;8 a to establish selection body that is independent, representative and responsible towards the public.9 Where the final appointment of a judge is with the State President, the discretion to appoint should be limited to the candidates nominated by the selection body; refusal to appoint such a candidate may be based on procedural grounds only and must be reasoned.10
7. The 2023 OSCE/ODIHR Recommendations on Judicial Independence and Accountability (“Warsaw Recommendations”)11 articulate international standards and good practices with respect to further issues related to judicial administration, including related to judicial tenure, irremovability and the transfer of judges within and between courts. Judges should be transferred within or between courts only with their own freely given consent, except in exceptional circumstances. A perceived or actual lack of fairness and transparency in practices related to judicial transfers may weaken the internal independence of judges and may undermine the guarantees of their security of tenure and irremovability.”12
8. Furthermore, the transfer of judges in the context of reorganization of courts should not serve as a mechanism for executive or legislative interference in the independence of the judiciary. Judicial transfers made in the context of court reorganization should respect the general principles of consent, fairness and transparency to the greatest degree possible.” “In the extraordinary cases where a court is abolished or substantially restructured, all existing members of that court should, in principle, be reappointed to the replacement court (if applicable), or appointed to another judicial office of equivalent status and tenure. Where
5 OSCE, Document of the Copenhagen meeting, 29 June 1990. Participating States agreed that “[. . .] the rule of law does not mean merely a formal legality which assures regularity and consistency in the achievement and enforcement of democratic order, but justice based on the recognition and full acceptance of the supreme value of the human personality and guaranteed by institutions providing a framework for its fullest expression” (para. 2). 6 OSCE, Document of the Moscow Meeting of the Conference on the Human Dimension of the CSCE, 4 October 1991. Participating States committed to “respect the international standards that relate to the independence of judges […] and the impartial operation of the public judicial service” (para. 19.1) and to “ensure that the independence of the judiciary is guaranteed and enshrined in the constitution or the law of the country and is respected in practice” (para. 19.2). 7 OSCE, Istanbul Document, Sixth OSCE Summit of Heads of State or Government, Istanbul, 18 - 19 November 1999. 8 OSCE, Kyiv Recommendations, para. 21. 9 Ibid. 10 Ibid., para. 23. 11 OSCE/ODIHR Recommendations on Judicial Independence and Accountability (“Warsaw Recommendations”), 27 October 2023. 12 Warsaw Recommendations, para. 32.
4 this does not exist, the judge concerned should be given full compensation for the loss of office. 13
9. While prosecutors do not enjoy the same level of independence as judges under international standards, they still require a certain degree of autonomy to carry out their duties effectively and impartially. The Rome Charter of the Consultative Council of European Prosecutors (CCPE), proclaims the principle of independence and autonomy of prosecutors, and recommends that the “[i]ndependence of prosecutors […] be guaranteed by law, at the highest possible level, in a manner similar to that of judges'”. Thus, “prosecutors should be autonomous in their decision making and, while cooperating with other institutions, should perform their respective duties free from external pressures or interferences from the executive power or the parliament, having regard to the principles of separation of powers and accountability”.14 A hierarchical prosecution service that is directly answerable to the executive branch may lack sufficient autonomy to make decisions based solely on the law and the merits of each case.15 Prosecutors should respect the independence of courts and should take all measures to protect their independence.16
10. Although a prosecution service may follow a hierarchical structure, prosecutors should be independent when making decisions on the assigned cases. No verbal or written instructions should be given as to the final outcome of an individual case; instructions should relate only to the correction of procedural deficiencies, decisions that are improper in law or not supported by available evidence, human rights violations or requirements to undertake additional investigative steps. All instructions should be reasoned, issued in writing, and should be legal. If these conditions are not met, prosecutors should have the right to relief from unlawful instructions and to challenge the instructions either in court or before an independent body.17
1.2. Domestic legal framework 11. The judicial system and guarantees for judicial independence, status and guarantees in Kazakhstan are primarily regulated by the 1995 Constitution and the 2000 Constitutional Law of the Republic of Kazakhstan on the Judicial System and Status of Judges of the Republic of Kazakhstan (“2000 Constitutional Law”).18
12. According to the Constitution, “A judge in the administration of justice is independent and subject only to the Constitution and the law,”19 and “Any interference with the court’s administration of justice is unacceptable and punishable by law.”20 The 2000 Constitutional
13 Warsaw Recommendations, para 33. 14 CCPE, Rome Charter – Opinion no. 9 (2014) on European Norms and Principles concerning Prosecutors, para. 33, cited in ODIHR’s Opinion on Draft constitutional Law of the Republic of Kazakhstan, of 22 October 2022, page 8. 15 International Association of Prosecutors, Standards of Professional Responsibility and Statement of the Essential Duties and Rights of Prosecutors, 1999. 16 Ibid, Opinion No. 13(2018) of the CCPE, para 38. 17 See ODIHR, “Strengthening functional independence of prosecutors in Eastern European participating States: Needs Assessment Report”, 4 March 2020, para. 38, see also IAP Standards of professional responsibility and statement of the essential duties and rights of prosecutors, in para 6 (i). 18 Law No. 132-II, “On Judicial System and Status of Judges in the Republic of Kazakhstan”, 25 December 2000 (“2000 Constitutional Law”). 19 Constitution, Article 77, para. 1. 20 Constitution, Article 77, para. 2.
5 Law underscores that “No one may be deprived of the right to have his case heard by a competent, independent and impartial court meeting all the requirements of the law and justice.”21 The Constitution foresees that justice in Kazakhstan is carried out exclusively by courts,22 and that “courts are composed of permanent judges, whose independence is protected by the Constitution and the law”.23
13. The court system is composed of three tiers: courts of first instance, appellate courts, and courts for cassation review. Generally, district courts with territorial jurisdiction handle criminal justice at the first instance level, except for particularly grave offences, which are examined by specialized criminal courts based on territorial jurisdiction. Appellate review of first-instance decisions is conducted by the judicial panel on criminal justice within regional courts or city courts for cities with special status. The Supreme Court's judicial panel on criminal justice exercises cassation review of the legality of lower courts' decisions. Military courts handle offences committed by the military, with the Military Court of the Republic of Kazakhstan, based in Astana, reviewing their decisions on appeal.24
14. Article 83 of the Constitution and Article 1 of the Law of the Republic of Kazakhstan on Prosecution Service, 25 setting out the main role of the Prosecutor’s Office, state that this body “supervises the observance of legality on the territory of the Republic of Kazakhstan, represents the interests of the state in court, and carries out criminal prosecutions on behalf of the state.”
15. Article 3 of the Law on Prosecution Service envisages that the Prosecution Service undertakes its mandate based on the principles of independence from other state institutions and state officials, accountability only to the President of Kazakhstan, and of transparency. Articles 4 (4) and 6 of the Law on Prosecution Service state that the scope of tasks of the prosecution service can be extended by the acts by the President, while Article 8 states that the Prosecutor General and the deputies are directly accountable to the President.
2. Right to a public hearing
2.1. International standards 16. The public nature of hearings ensures the transparency of criminal proceedings and provides an important safeguard for the right to a fair trial. Both the UDHR and the ICCPR affirm everyone’s right to a public hearing in the determination of any criminal charge against
21 2000 Constitutional Law, Article 1, para. 2. 22 Constitution, Article 75. 23 Constitution, Article 79. 24 An amendment to the Constitution (Law on the Amendments and Additions to the Constitution, 8 June 2022), adopted through a referendum held on 5 June 2022, reintroduced the Constitutional Court into the judicial system of Kazakhstan, replacing the previously existing Constitutional Council. Citizens can now address the Constitutional Court to request a review of the constitutionality acts that directly affect their rights and freedoms. 25 See Law of the Republic of Kazakhstan on Prosecution Service of 5 November 2022, No 155-VII.
6 them.26 The ECHR contains an identical requirement.27 The right to a public hearing is also firmly recognized in the OSCE Commitments.28
17. Public trials are not an absolute rule. The ICCPR provides that the public’s participation may be excluded, inter alia, for reasons of “public order or national security in a democratic society [...] or to the extent strictly necessary in the opinion of the court in special circumstances where publicity would prejudice the interests of justice”. 29 However, any limitation is permissible only when strictly necessary and proportionate to the legitimate aim it should protect.30
18. OSCE participating States committed to ensuring that “proceedings may only be held in camera in the circumstances prescribed by law and consistent with obligations under international law and international commitments”.31
19. Both the HRC and the ECtHR have stressed that the principles of necessity and proportionality are essential safeguards against arbitrary limitations on the right to a public trial. In its General Comment No. 32, the HRC stated that any restrictions on the public nature of a trial must be both necessary and proportionate to the legitimate aim pursued, such as protecting national security, public order, or the privacy of the parties involved. In Gridin v. Russian Federation, the HRC found a violation of ICCPR’s Article 14(1) because the domestic courts failed to provide adequate reasons for excluding the public from the trial, emphasising that any restrictions must be supported by specific justifications. Similarly, the ECtHR has consistently held that any limitations on the public nature of proceedings must be strictly necessary and proportionate to the legitimate aims pursued, and that courts must provide detailed reasons for such restrictions.32
20. For instance, in Riepan v. Austria the ECtHR found that the exclusion of the public from an entire trial imposed as a security measure was a breach of Article 6 of the ECHR, finding that “cases in which security concerns justify excluding the public from a trial are rare”.33 In Chaushev and Others v. Russia, the ECtHR found that the failure of national courts to substantiate the decision on closing the trial refuted the subsequent justification of the limitation with security concerns, amounting to the violation of the right to a public hearing.34 In Belashev v. Russia, the Court deemed that the mere presence of classified information in the case file does not automatically imply a need to close a trial to the public, without balancing openness with other public interest considerations.35
26 UDHR, Article 10; ICCPR, Article 14. 27 ECHR, Article 6 para. 1. 28 Document of the Copenhagen Meeting of the Conference on the Human Dimension of the CSCE, 29 June 1990, para. 5.16. 29 ICCPR, Article 14. 30 See HRC, Touron v. Uruguay, 31 March 1981, para 12 and HRC, Weisz v. Uruguay, 8 May 1978, para 16. See also ECtHR, Osman v. the United Kingdom, 28 October 1998, paras 147–154; ECtHR, Wait and Kennedy v. Germany, 18 February 1999, paras 59–67. 31 Document of the Copenhagen Meeting of the Conference on the Human Dimension of the CSCE, 29 June 1990, para. 12. 32 See e.g. ECtHR, Riepan v. Austria, 14 November 2000, and ECtHR, Martinie v. France [GC], 12 April 2006. 33 ECtHR, Riepan v. Austria, cit., para. 34. 34 ECtHR, Chaushev and Others v. Russia, 25 October 2016, para 24. 35 ECtHR, Belashev v. Russia, 4 December 2008, para. 83. The Court held that “it may be important for a State to preserve its secrets, but it is of infinitely greater importance to surround justice with all the requisite safeguards, of which one of the most indispensable is publicity. Before excluding the public from criminal
7 21. Apart from such exceptional circumstances, a hearing must be open to the general public, including members of the media, and must not be limited to a particular category of persons.36 For instance, in the Estrella v. Uruguay case, the HRC concluded that, due to the State’s failure to justify the need for limiting the right to a public hearing, the holding of an in camera trial breached Article 14 of the ICCPR.37
22. Even in cases in which the public is excluded from the trial, “the judgement, including the essential findings, evidence and legal reasoning must be made public”. 38 As the ECtHR stated, “The publicity of judicial decisions aims to ensure scrutiny of the judiciary by the public and constitutes a basic safeguard against arbitrariness.”39
23. Regarding public accessibility of hearings held in an online format, the ECtHR stated that holding a trial remotely, with parties connected online, does not necessarily violate the publicity of a criminal trial; however, as a rule, evidence should be produced at a public hearing, in the presence of the accused, with a view to adversarial argument.40 In its Guidelines on videoconferencing in judicial proceedings, the European Commission for the Efficiency of Justice (CEPEJ) stressed that the court should ensure that the transmission can be seen and heard by those involved in the proceedings and by members of the public.41 The court should create a comprehensive procedure for public participation for example, by allowing the public to join the remote hearing in real time or uploading the recordings to the court’s website.42
24. The OHCHR stressed the need to uphold these principles also in online hearings, by making information regarding the time and venue of online hearings available to the public and media, when required, and provide for adequate facilities, notably the technological means, to ensure the attendance of interested members of the public to the on-line hearing.43 In its Fair Trial Rights and Public Health Emergencies publication, ODIHR recommended inter alia that “online and hybrid hearings are made public to the extent possible. Public access to hearings can be ensured by allowing the public to attend the hearing in real-time or by uploading the audio/video recordings on the courts’ website.”44
proceedings, courts must make specific findings that closure is necessary to protect a compelling governmental interest and limit secrecy to the extent necessary to preserve such an interest” (ibid.). 36 HRC, General Comment 32, para. 29. However, in line with para 28 of the HRC General Comment 32, the requirement of a public hearing does not necessarily apply to appellate proceedings which may take place on the basis of written presentations. 37 HRC, Miguel Angel Estrella v. Uruguay, Communication No. 74/1980, para. 10. 38 HRC, General Comment 32, para. 29. In the HRC’s view, the only exception is where the interest of juvenile persons otherwise requires, or the proceedings concern matrimonial disputes or the guardianship of children (Ibid.). 39 ECtHR, Raza v. Bulgaria, 11 February 2010, para. 53. 40 See, for example, ECtHR, A.M. v Italy, 14 December 1999, para. 25. 41 European Commission for the Efficiency of Justice, Guidelines on videoconferencing in judicial proceedings, 1 July 2021, principle 7. 42 Ibid., principle 12. 43 OHCHR, On-Line hearings in justice systems, page 4. 44 ODIHR, Fair Trial Rights and Public Health Emergencies, page 16.
8 2.2. Domestic legal framework 25. Kazakhstan’s CPC foresees guarantees on the publicity of criminal trials, establishing that the trial of criminal cases in all courts and judicial instances shall be public45 and that the court’s judgement and decisions in the case shall be announced publicly.46 In addition, courts are obliged to publish the schedule of hearings online, and provide such information upon written requests.47
26. However, the public can be excluded from trials involving sensitive criminal proceedings, including those where the safety of the victim, witness or other persons may be endangered.48 Proceedings may also be held in a confidential setting “when it is contrary to the interests of the protection of State secrets and other secrets protected by law.”49 The defendant has the right to appeal decision to hold the trial behind closed doors in accordance with the procedure established by law.
27. The CPC further specifies that evidence containing information constituting State secrets must be collected in a closed court session,50 whereas if it involves other secrets protected by law, the judge has discretion as to whether the session is open or closed.51
28. Contrary to the general rule that judgements and decisions in all cases shall be announced publicly,52 in criminal trials which are held (entirely) in a closed court session, only the introductory and the enacting clause of the sentence shall be publicly proclaimed.53 Moreover, although as a general rule courts must provide reasons for their decision to exclude the public from the trial,54 in cases involving State secrets the reasoning of a judgement, whether of acquittal or of conviction, should not mention the circumstances that caused the trial to be held in a closed session.55
29. Practically, in such cases the court makes public only the personal details of the defendants, the criminal offence of which they were found guilty, and the sentence imposed.
3. Presumption of innocence
3.1. International standards 30. The presumption of innocence is a fundamental principle enshrined in international human rights law that protects the rights of the accused in criminal proceedings. Article 11 of the UDHR and Article 14 para. 2 of the ICCPR require that individuals be presumed innocent until proven guilty according to the law. OSCE participating States have also included this
45 CPC, Article 29, para. 1, first sentence. 46 CPC, Art 29, para. 3, first sentence. 47 See Law on access to information, Article 11 para. 4, subpara. 6 and Article 16 para 5, subpara. 2. 48 CPC, Article 29, para. 1, third sentence, and Article 98, paragraph 1. 49 CPC, Article 29, para. 1, second sentence. 50 CPC, Article 47, paragraph 5. 51 CPC, Article 47, paragraph 6. 52 CPC, Article 29, para. 3, first sentence. 53 CPC, Article 29, para. 3, second sentence. 54 CPC, Art 29, para. 1, third sentence. 55 CPC, Article 397, para. 4, and Article 399, para. 3.
9 principle in their commitments as one of the essential elements of justice, by declaring that “everyone will be presumed innocent until proven guilty according to law”.56
31. The HRC stated that the right to be presumed innocent is considered as a norm of customary international law, and therefore it applies at all times and in all circumstances.57 According to the UN Body of Principles for the Protection of All Persons under Any Form of Detention or Imprisonment, “a detained person suspected of or charged with a criminal offence shall be presumed innocent and shall be treated as such until proved guilty according to law in a public trial at which he has had all the guarantees necessary for his defence.”58
32. The right to be presumed innocent has a series of corollaries. First, authorities involved in the determination of criminal responsibility must refrain from making any statements or assessment regarding the guilt of the defendant before a determination on the criminal charges is made. The HRC has consistently held that public statements by judicial authorities implying the guilt of the accused before conviction violate the presumption of innocence.59
33. Second, as the HRC explained, the presumption of innocence imposes on the prosecution the burden of proving the charge, guarantees that no guilt can be presumed until the charge has been proved beyond reasonable doubt, and ensures that the accused has the benefit of doubt.60
34. Third, defendants must not be presented or treated in a manner that implies their guilt. According to the HRC, anyone accused of a crime should be treated in accordance with the presumption of innocence, which entails that “defendants should normally not be shackled or kept in cages during trials or otherwise presented to the court in a manner indicating that they may be dangerous criminals”.61 The HRC also emphasized that “treating all persons deprived of their liberty with humanity and with respect for their dignity is a fundamental and universally applicable rule”, which should be applied to all accused without distinction of any kind.62
35. The HRC also held that the media should avoid covering news of investigations and trials in a way that potentially undermines the presumption of innocence.63 Similarly, the ECtHR held that a virulent media campaign is in certain cases likely to harm the fairness of the trial, by influencing public opinion and, thereby, the courts called upon to rule on the guilt of an accused.64
56 OSCE, Copenhagen Document, 29 June 1990, paragraph 5.19. 57 See HRC, General Comment No. 29, para. 11 and 16; General Comment No. 32, para. 6. 58 UN Body of Principles for the Protection of All Persons under Any Form of Detention or Imprisonment, adopted by the UN General Assembly on 9 December 1988, principle 36, paragraph 1. 59 HRC, Gridin v. Russian Federation, 20 July 2000, paras. 3.5 and 8.3: “[i]t is a duty for all public authorities to refrain from prejudging the outcome of a trial, e.g. by abstaining from making public statements affirming the guilt of the accused.” See also ECtHR, Daktaras v Lithuania, 10 October 2000, para 43. 60 HRC, General Comment No. 32, para 30. See also HRC, Sobhraj v Nepal, 27 July 2010, para 7.3. For additional considerations, see also Chapter 9. 61 HRC, General Comment No. 32, para 30. 62 HRC, General Comment No. 21, Article 10: Humane Treatment of Persons Deprived of Their Liberty, para 4. 63 HRC, General Comment No. 32, para 30. For examples and recommendations on responsible media reporting that does not interfere with the defendant’s presumption of innocence, see e.g. Arisa Project’s publication “The presumption of innocence and the media coverage of criminal cases”. 64 See ECtHR, Kuzmin v. Russia, 18 March 2010, para. 62. See also ECtHR, Viorel Burzo v. Romania, 30 June 2009, para. 158.
10 3.2. Domestic legal framework 36. According to the Constitution of the Republic of Kazakhstan, “a person is considered to be innocent of committing a crime until his guilt is recognized by the court judgement that has entered into legal force”.65 The Supreme Court’s 2018 Normative Ruling no. 4 “On Verdicts” also stresses that the courts are oriented towards strict and unwavering compliance with this principle. Moreover, the accused is not obliged to prove his/her innocence66 and any doubts about the guilt of the person shall be interpreted in favour of the accused.67 The Constitution prescribes that evidence obtained in an unlawful manner is not legally binding.68
37. Article 19 of the CPC outlines the principle of presumption of innocence in the context of criminal proceedings. It establishes, inter alia, that no one should be obliged to prove their own innocence,69 and that any doubts regarding the guilt of the suspect, accused, or defendant should be interpreted in their favour.70 It also emphasizes that a guilty verdict cannot be based on mere suppositions and must be substantiated by a comprehensive collection of admissible and reliable evidence.71
38. Article 23 of the CPC underlines that the burden of proof of guilt of a person in committing a criminal offence is on the prosecution.72 The body conducting criminal proceedings has a duty to collect both inculpatory and exculpatory evidence.73
39. To preserve the court’s appearance of impartiality and the presumption of innocence, the CPC mandates that prior to the announcement of the judgement, judges may not disclose their opinions that impact on the decision in the case.74
4. Court handling of allegations of evidence obtained through torture or other ill-treatment
4.1. International standards 40. The right not to give evidence against oneself or confess guilt is an essential protection closely linked to the right to a fair trial and the principle of the presumption of innocence. It is explicitly set out in Article 7 of the ICCPR which provides that an accused person must not “be compelled to testify against himself or to confess guilt.”75
41. The HRC found a violation of this provision when the accused persons’ confessions were obtained under duress and used as evidence against him or her. The Committee stressed
65 Constitution, Article 77 para. 3, subpara. 1. 66 Ibid., subpara. 6. 67 Ibid., subpara. 8. 68 Ibid., subpara. 9. 69 CPC, Article 19, para. 2. 70 Ibid., para. 3. 71 Ibid. para 4. 72 CPC, Article 23, para. 3. 73 CPC, Article 24, para. 5. 74 CPC, Article 389, para. 3. 75 ICCPR, Article 14 para. 3, lett. g).
11 that the use of coerced confessions undermines the right to a fair trial and the principle of the presumption of innocence.76
42. A violation of this right is particularly concerning when the methods used to force the confession amount to serious human rights violations such as torture or other ill-treatment. Resort to such methods to compel an accused person to confess guilt is strictly prohibited: as the HRC clearly stated, “it is unacceptable to treat an accused person in a manner contrary to article 7 of the Covenant in order to extract a confession.” 77 According to international standards, including the CAT, any statement which is established to have been made as a result of these actions shall not be invoked as evidence in any proceedings, except as evidence that the statement was made.78 The HRC also endorsed this rule in relation to statements by both defendants and witnesses.79
43. The HRC also underlined the State’s obligation to investigate allegations of torture, stating that the “criminal investigation and consequential prosecution are necessary remedies for violations of human rights, such as those protected by article 7 of the Covenant”.80 Investigations must be “prompt and impartial”.81 Similarly, the CAT prescribes that States should “ensure that the complainant and witnesses are protected against all ill-treatment or intimidation as a consequence of his complaint or any evidence given.”82
44. According to the United Nations Guidelines on the Role of Prosecutors,83 when prosecutors obtain evidence against suspects that they know or reasonably believe was procured through unlawful methods constituting severe violations of the suspect’s human rights, particularly involving torture or other human rights abuses, they are obligated to refuse to use such evidence and take all essential measures to ensure that the individuals responsible for employing these methods are held accountable and brought to justice.84
45. At the Moscow Meeting in 1991, OSCE participating States committed to enact effective measures “to provide that law enforcement bodies do not take undue advantage of the situation of a detained or imprisoned person for the purpose of compelling him to confess, otherwise to incriminate himself, or to force him to testify against any other person”.85 Moreover, persons deprived of liberty must enjoy the right to make a complaint regarding
76 See for instance HRC, Gridin v. Russian Federation, 20 July 2000. 77 See HRC, Kurbonov v. Tajikistan, 16 March 2006, paras. 6.2 – 6.4; Shukurova v. Tajikistan, 17 March 2006, paras. 8.2 – 8.3; Singarasa v. Sri Lanka, 21 July 2004, para. 7.4; Deolall v. Guyana, 1 November 2004, para. 5.1; Kelly v. Jamaica, 8 April 1991, para. 5.5. 78 1984 UN Convention Against Torture, Article 15. See also HRC, General Comment 32, paragraph 6, and General comment No. 29 (2001) on Article 4: Derogations during a state of emergency, para. 15. 79 General Comment No. 32, para. 6: “any evidence obtained in violation of the rights set forth in the Covenant shall not be admissible in court.” 80 HRC, Suleimanov v. Kazakhstan, 21 March 2017, Para. 8.3. See also HRC, General Comment No. 20, On the prohibition of torture or other cruel, inhuman or degrading treatment or punishment, para. 14, and HRC, General Comments No. 31, “On the nature of the general legal obligations imposed on States parties to the Covenant”, para. 18. 81 HRC, Suleimanov v. Kazakhstan, cited above, Para. 8.4. 82 Convention against Torture, Article 13. 83 Guidelines on the Role of Prosecutors, Adopted by the Eighth United Nations Congress on the Prevention of Crime and the Treatment of Offenders, Havana, Cuba, 27 August to 7 September 1990. 84 Guidelines on the Role of Prosecutors, guideline 16. 85 OSCE, Document of the Moscow meeting of the Third Conference on the Human Dimension of the CSCE, Moscow, 4 October 1991, Commitment (ix).
12 their treatment, including allegations of torture, which must be promptly dealt with and replied to without undue delay.86
4.2. Domestic legal framework 46. The Constitution of the Republic of Kazakhstan prohibits torture and violence, and states that evidence obtained in an unlawful manner is not legally binding.87 The CPC stipulates that participants in criminal proceedings shall not be subject to torture, cruel, degrading treatment or punishment, and explicitly prohibits the use of torture, violence, threat, cruel treatment, and other actions endangering life and health in the conduct of investigation.88
47. The CPC clearly establishes that evidence, including the defendant's statements and witness testimony, is inadmissible if obtained in a manner that could affect its reliability.89 Thus, evidence is inadmissible if obtained through a) the use of torture, violence, threats, deception, or other illegal acts and abuse; or b) misinformation to or deception of a person participating in criminal proceedings with respect to his/her rights and responsibilities arising from unexplained, incomplete or incorrect explanation of them to him/her.90 The unlawfully obtained evidence may be used only to prove that the corresponding violations, i.e. torture or another crime, have been committed.91
48. The CPC obliges the institution conducting criminal proceedings, including courts, to bring to light and examine exculpatory circumstances and evidence in favour of the defendant, including on the possible use of illegal methods of investigation in collecting and securing evidence.92 As of 1 January 2023, Prosecutors are exclusively responsible for investigations into torture,93 while the Ministry of Interior has jurisdiction to investigate inhuman, cruel, degrading treatment. 94
49. The CPC also clearly prescribes that if, during the investigation, the suspect claims to have been subjected to torture or other illegal activities, or if there are signs of violence on their body, the investigating judge shall instruct the supervising prosecutor to immediately investigate these allegations.95 A complaint about the use of torture may be filed at any stage of the trial.
86 OSCE, Document of the Moscow Meeting, cited above, paras 23.1(i)-(iv) and (vi). 87 Constitution, Article 17, para 2; Article 77, para. 3, subpara. 9. UN CAT took note of the amendments to Article 146 of the Criminal Code, which distinguish the crime of torture from other forms of cruel, degrading or inhuman treatment, however remained concerned about the shortcomings, see CAT’s Concluding observations on the fourth periodic report of Kazakhstan, 8 June 2023, para 9 and 10. 88 CPC, Article 14 para. 5, and Article 197, para. 4. 89 CPC, Article 112, paras 1 and 4; Article 197, para. 4. 90 CPC, Article 112, para. 1, subparas 1 and 2. 91 Ibid., para. 5. The Supreme Court’s Normative Ruling no. 4 “On Verdicts” of 20 April 2018 further emphasises that when assessing evidence, courts must “keep in mind that evidence obtained in violation of the law has no legal force and therefore cannot be used as the basis for a conviction.” 92 CPC, Article 24, para. 5. 93 CPC, Article 193, para. 1, subpara. 12-1, as amended by Law No 157-VII of 16 March 2022. 94 CPC, Article 187. 95 CPC, Article 56, para 5.
13 50. Witnesses must be warned that they must speak the truth, both during the investigation96 and the trial.97 When allegations of torture or compulsion to testify are made during the trial, the court is obligated to take specific actions. If the court discovers indications of a criminal offence during the proceedings, or uncovers facts related to the refusal to accept or register an application or report of a criminal offence, it must issue a private ruling to bring the matter to the attention of the prosecutor.98
51. The court must decide on any application to exclude the evidence as inadmissible, at the latest together with the verdict.99 The trial record must, among other things, accurately document the findings arising from the examination of any allegations concerning the employment of torture, acts of violence, or any other forms of cruel or inhumane treatment, including a detailed account of the investigative procedures undertaken in response to such allegations.100
52. Compelling a defendant or a witness to provide a certain statement by threats, blackmail or any other illegal action is criminalised.101 In any case, the confession by the defendant cannot be the only evidence supporting his/her conviction.102
5. Right to liberty
5.1. International standards 53. International human rights standards guarantee the protection of individual liberty of every person. Multiple human rights instruments establish a presumption of liberty, to ensure that no one is deprived of liberty in an arbitrary manner, or without due justification. The UDHR and the ICCPR states that no one shall be subjected to arbitrary arrest or detention.103
54. The concept of “arbitrary” in international law is generally understood to encompass a broad range of negative elements, including injustice, inappropriateness, and lack of predictability. The HRC, in its General Comment No. 35 on Article 9 ICCPR, emphasized that the term “arbitrary” is not limited to acts that are against the law but also includes elements of inappropriateness, injustice, and lack of predictability.104
96 CPC, Article 214 and 215. 97 CPC, Article 370 para 2. 98 CPC, Article 185 para 3. Furthermore, the Supreme Court's regulatory resolution of 28 December, 2009, No. 7, "On the application of the norms of criminal and criminal procedure legislation on the observance of personal freedom and inviolability of human dignity, countering torture, violence, and other cruel or degrading treatment and punishment" also obliges the courts to take measures for each identified case of cruel or degrading treatment and regulates in detail the procedure for courts to respond to statements by defendants and others about the use of torture and other forms of ill-treatment. 99 CPC, Article 362, para. 2. 100 CPC, Article 347, para. 3, subpara. 14. 101 CC, Article 415, “Compulsion of evidence”, a criminal offence carrying a fine or up to four years of imprisonment. 102 CPC, Article 115, para. 3. 103 Universal Declaration of Human Rights (UDHR), 1948, Article 9. ICCPR, 1966, Article 9 para. 1. 104 HRC, General comment No. 35: Article 9 (Liberty and security of person)”, 16 December 2014, para. 12. See HRC, Gorji-Dinka v. Cameroon, 17 March 2005, para. 5.1; HRC, Van Alphen v. The Netherlands, 23 July 1990, para. 5.8.
14 55. States can exceptionally derogate from the right to liberty only where objective reasons justify its deprivation.105 Substantive grounds for arrest or detention must be prescribed by law and should be defined with sufficient precision to avoid overly broad or arbitrary interpretation or application.106 The preconditions for the lawfulness of detention in the context of pre-trial proceedings are a reasonable suspicion of having committed a criminal offence and at least one of three permissible grounds for pre-trial detention, i.e. “the likelihood exists that the accused would abscond or destroy evidence, influence witnesses, or flee from the jurisdiction of the State party.”107
56. Therefore, although individuals can be deprived of liberty only in accordance with procedural and substantive rules set forth by national law, the prohibition of arbitrariness extends beyond the lack of conformity with national law: a measure to deprive liberty may be lawfully imposed in domestic law, but still be deemed arbitrary and thus contrary to international human rights standards.108
57. To guarantee that the deprivation of liberty prior to a final criminal conviction is as brief as possible, the HRC held that remand in custody on criminal charges must be reasonable and necessary in all the circumstances109 and detention shall not last longer than absolutely necessary.110 To this end, “[p]rompt and regular review by a court […] is a necessary guarantee”,111 when pre-trial detention is extended. Defendants who are not released during the pretrial period must be tried as quickly as possible.112
58. The person detained has the right to trial within a reasonable time or to release. 113 This requirement applies to periods of detention between the time of arrest and the time of judgement at first instance.114
59. OSCE participating States have also envisaged safeguards that States must put in place when imposing any measure depriving an individual of liberty. These include the prohibition to deprive anyone of liberty except on legal grounds and in accordance with procedures established by law and the right to make a complaint regarding their treatment, which must be promptly dealt with and replied to without undue delay. 115
105 See e.g. UDHR, Article 3; ICCPR, Article 9. 106 See HRC, General Comment no. 35, para. 22. See also ECtHR, Khlaifia and Others v. Italy [GC], 15 December 2016, para. 91. 107 See HRC, CCPR General Comment No. 27: Article 12 (Freedom of Movement), 2 November 1999, para 14. 108 As the HRC explained, “unlawful” detention includes both detention that violates domestic law and detention that is incompatible with the requirements of article 9, paragraph 1, or with any other relevant provision of the Covenant. HRC, General comment No. 35, paras. 12 and 44. 109 See, e.g., HRC, Kulov v. Kyrgyzstan, 26 July 2010, para. 8.3. 110 See General comment No. 35: Article 9 (Liberty and security of person), 16 December 2014, paragraph 15. See also Concluding Observations in Bosnia and Herzegovina, 2012, para. 14. 111 HRC, General comment No. 35: Article 9 (Liberty and security of person), 16 December 2014, paragraph 15. 112 See HRC, General Comment No. 32, para. 35; see also HRC, Sextus v. Trinidad and Tobago, 16 July 2001, para. 7.2. 113 HRC, General Comment No. 35: Article 9 (Liberty and security of person), para. 37. 114 HRC, Engo v. Cameroon, para. 7.2. On the relationship between Article 9, para. 3, and Article 14, para. 3 lett. c), see HRC, General Comment No. 32, para. 61. 115 OSCE, Document of the Moscow Meeting, 4 October 1991, cited above, paras 23.1(i)-(iv) and (vi).
15 5.2. Domestic legal framework 60. Under the CPC, preventive measures, including deprivation of personal liberty in the form of house arrest or pre-trial detention, can be applied only where there are “sufficient grounds to believe that the suspected, the accused would hide from criminal prosecution bodies or court, or prevent the objective investigation of the case or proceeding in court, or will continue to engage in criminal activity, as well as to ensure the execution of the sentence”.116
61. Pre-trial detention is possible only for a crime for which the law prescribes a penalty of deprivation of liberty for a period exceeding five years and where it is impossible to apply other less stringent preventive measures.117 Pre-trial detention is exceptionally possible also for less serious crimes.118 Generally, the severity of the offence cannot be the sole basis for a preventive measure in the form of detention in custody.119 For certain specifically listed crimes, mostly against the security or integrity of the State institutions, pre-trial detention is possible regardless of considerations of the existence of procedural risk.120 This confirms that for all other crimes the court needs to ascertain a risk of flight, evidence tampering, likelihood for commission of other offences.121 In any event, the least stringent measure should always be applied, unless a more severe one is necessary.122 In establishing which measure is necessary, the Court should have regard to criteria including the gravity of the offence and the defendant’s age.123
62. The period of detention between the time of arrest and the time of judgement at first instance may last up to three years. The judge may extend the detention up to four times, up to 18 months both at the pre-trial and main trial stages. The CPC entitles those unlawfully subjected to pre-trial detention or house arrest to compensation.124
116 CPC, Article 136, first sentence. 117 CPC, Article 147, first sentence. 118 CPC, Article 147, second sentence. 119 CPC, Article 138, para. 2. 120 CPC, Article 136, para. 2. 121 CPC, Article 138, para. 2. This interpretation is reaffirmed by the Supreme Court in its Normative Ruling of the Supreme Court of Kazakhstan No. 1, of 24 January 2020 “On certain issues pertaining to the sanctioning of preventive measures”, where it states that in the absence of the grounds listed in Article 136 of the CPC, a preventive measure cannot be applied. In 2022, amendments were made to this regulatory resolution, requiring courts to verify not only the legality of selecting a preventive measure, but also the validity of a person's allegations of committing a crime and the reliability of the evidence. Additionally, a judge's failure to comply with this requirement is considered a serious violation, resulting in the annulment of the court's decision. 122 CPC, Article 136, para. 1, subpara. 1. 123 CPC, Article 138, para. 1. Other circumstances include state of health; marital status, presence of dependants in the family; the strength of social ties between the suspect and the accused; reputation of the suspect or accused; occupation; the suspect or accused has a permanent place of work or study; property status; presence of a permanent place of residence and other circumstances. 124 CPC, Article 38: “The damage caused to a person as a result of illegal arrest, detention, house arrest, suspension from office, placement in a special medical organisation, conviction, application of compulsory medical measures shall be compensated from the budget in full, regardless of the guilt of the body, conducting criminal proceedings.”
16 6. Court impartiality and equality of arms
6.1. International standards 63. The right to an impartial tribunal is a fundamental principle recognized inter alia in the UDHR125 and the ICCPR.126 As the HRC stated, “in order for a trial to satisfy the requirements of Article. 14 para. 1 of the Covenant, a trial “must also appear to a reasonable observer to be impartial”.127
64. The requirement of impartiality has two aspects: first, judges must not allow their judgement to be influenced by personal bias or prejudice; second, they must also appear to a reasonable observer to be impartial.128 To determine whether these duties are engaged, the test to be applied is whether the reasonable observer would view the situation as one in which legitimate doubt is raised as to the impartiality of the judicial officer(s). The HRC has stated that although the standpoint of those claiming that there is reason to doubt a judge’s impartiality is significant, “[w]hat is decisive is whether the fear can be objectively justified”.129
65. In the Copenhagen document, OSCE participating States committed to ensure “the impartial operation of the public judicial service”.130 Moreover, they recognized that “in the determination of any criminal charge […] everyone will be entitled to a fair and public hearing by a competent, independent and impartial tribunal established by law”.131
66. The principle of “equality of arms” is closely related to the right to an impartial court, which implies, among other, that the prosecution and the defence should have equal access to the evidence and resources necessary to present their case. This essential aspect of a fair trial ensures that each party has an equal opportunity to argue their case and that the decision- making process is based on a fair and balanced presentation of the evidence.
67. The concept of equality of arms is mentioned in the ICCPR with specific reference to criminal proceedings.132 The HRC emphasized that equality of arms necessitates equal procedural rights for all parties involved, with any distinctions being legally based and justifiable through objective and reasonable grounds, without leading to actual disadvantage or unfairness.133
125 UDHR, Article 10. 126 ICCPR, Article 14, para. 1. 127 HRC, General comment 32, para. 34. 128 See e.g. HRC, General Comment No. 32, para 21; HRC, Karttunen v Finland, 23 October 1992, para 7.2; Perterer v Austria, 20 July 2004, paras 10.2–10.4; Castedo v Spain, 3 November 2008, para 9.5. In the judgement on the case Piersack v. Belgium (1 October 1982), the ECtHR held that to determine the existence of bias, “A distinction could be drawn in this context between a subjective approach, that is endeavouring to ascertain the personal conviction of a given judge in a given case, and an objective approach, that is determining whether he offered guarantees sufficient to exclude any legitimate doubt in this respect.”. 129 See HRC, Castedo v Spain, 20 October 2008, para 9.7. 130 OSCE, Copenhagen Document, commitment 5.12. 131 Ibid., commitment 5.16. 132 ICCPR, Article 14, para. 3 addresses the idea of enjoying fair trial rights "in full equality" for all individuals involved in the process. 133 HRC, General Comment No. 32, para. 13.
17 68. The right to call and cross examine witnesses is another corollary of the right to equality of arms principle, representing a fundamental guarantee for a fair trial and the effectiveness of the defence.134 The ICCPR guarantees the defendant’s right to “examine, or have examined, the witnesses against them and to obtain the attendance and examination of witnesses on their behalf under the same conditions as witnesses against them”.135 According to the HRC, it is a fundamental duty of the courts to ensure equality between the parties, including the ability to contest all the arguments and evidence offered by the other party.136 This means that the accused must have “the same legal powers of compelling the attendance of witnesses and of examining or cross-examining any witnesses as are available to the prosecution”.137
69. While there may be some limited exceptions to the right to cross-examination, they must not infringe the rights of the defence. In any case, it breaches international law when a conviction is based solely or in a decisive manner on the depositions of a witness whom the defendant has had no opportunity to examine or to have examined either during the investigation or at trial.138
70. In online hearings, the examination of the witnesses and experts during a remote hearing should follow as closely as possible the practice adopted when a witness or expert is present in the courtroom.139
71. The ICCPR provides that everyone has the right to legal assistance, and that anyone who is charged with a criminal offence has the right to be assisted by a lawyer, either of their own choosing or, if they cannot afford one, to be provided with legal assistance without charge.140 The HRC considers the right to communicate with a lawyer of one’s own choosing is an important element of the guarantee of a fair trial and an application of the principle of equality of arms.141 Access to a lawyer for a person deprived of liberty must be prompt142 and authorities must respect the confidentiality of all communications between lawyers and clients.143 Furthermore, lawyers should be able to advise and to represent clients without intimidation, hindrance, harassment or improper interference.144
72. OSCE participating States recognize that the right to a fair and public hearing includes the right to be represented by legal counsel of one’s choice.145 participating States further
134 HRC, General Comment No. 32, para. 39. 135 ICCPR, Article 14 para. 3, lett. e). 136 HRC, Äärelä and Näkkäläjärvi v Finland, 4 November 1997. 137 HRC, General Comment No. 32, para 39. See also HRC, Guerra de la Espriella v Colombia, 11 May 2010, para 9.3. A corollary of the above principles is that, when witnesses are not able to attend a hearing in person, there is a duty for the judge to enquire whether their absence is justified and, if necessary, compel their attendance. 138 ECtHR, Saïdi v. France, 20 September 1993, paras. 43-44. 139 CEPEJ, Guidelines on videoconferencing in judicial proceedings, 1 July 2021, principle 14. 140 ICCPR, Article 14, para. 3, lett. d). 141 HRC, General Comment No. 32, para. 40. 142 UN, Basic Principles on the Role of Lawyers, 07 September 1990, Eighth United Nations Congress on the Prevention of Crime and the Treatment of Offenders, Havana, Cuba, Principle 7. HRC, General Comment 35, para 35. 143 UN, Basic Principles on the Role of Lawyers, cited above, Principles 8 and 22. 144 UN, Basic Principles on the Role of Lawyers, cited above, Principle 16. 145 OSCE, Concluding document of the Vienna meeting 1986 of representatives of the participating States of the Conference on Security and Co-operation in Europe, held on the basis of the provisions of the final act relating to the follow-up to the conference, Vienna, 1989, para 13.9.
18 affirmed that, where violations of human rights and fundamental freedoms are alleged to have occurred, the effective remedies available include the right of the individual to seek and receive adequate legal assistance.146
73. Regarding language of the proceedings, the right to have the free assistance of an interpreter, expressed in Article 14 of the ICCPR, grants practical and effective enjoyment of the rights of the parties, ensuring that they are placed on an equal footing. In this respect, the right to have the free assistance of an interpreter enshrines another aspect of the principles of fairness and equality of arms in criminal proceedings.147
74. According to the United Nations Basic Principles on the Independence of the Judiciary, it is essential that judges decide matters before them impartially, on the basis of facts and in accordance with the law, without any restrictions, improper influences, inducements, pressures, threats or interferences, direct or indirect.148
75. The Bangalore Principles of Judicial Conduct state that “a judge shall disqualify himself or herself from participating in any proceedings in which the judge is unable to decide the matter impartially or in which it may appear to a reasonable observer that the judge is unable to decide the matter impartially”.149 According to the ECtHR, “a failure of the national courts to examine a complaint of a lack of impartiality, which does not immediately appear to be manifestly devoid of merit, may lead to a breach of Art. 6 para. 1 of the Convention, regard being had to the confidence which the courts must inspire in those subject to their jurisdiction”.150
6.2. Domestic legal framework 76. The 2000 Constitutional Law foresees the right to an impartial court by prescribing that “No one may be deprived of the right to have his case heard by a competent, independent and impartial court meeting all the requirements of the law and justice.”151
77. The CPC contains several provisions designed to ensure equality of arms between the parties. Articles 7 and 23 of the CPC emphasise that criminal proceedings are based on the equality between prosecution and defence, granting them equal opportunities to present their case.152 The court must maintain objectivity and impartiality while creating necessary conditions for the parties to perform their procedural duties and exercise their rights.153 The CPC further requires the presiding judge to ensure equality of the parties, maintain impartiality, and create conditions for an objective and complete investigation of the case.154
146 OSCE, Concluding Document of the Copenhagen Meeting, 1990, para. 11.1. 147 HRC, General Comment 32, para. 40. The provision also stress that the right applies to aliens as well as nationals, and the test is whether or not defendants sufficiently understand what evidence is being presented to the court so that they are able to challenge the evidence and present their defence. 148 UN, Basic Principles on the Independence of the Judiciary, 13 December 1985, para. 2. 149 UN, ECOSOC, Bangalore Principles of Judicial Conduct, 2006, Value 2, Application 2.5. 150 ECtHR, Remli v. France, 23 April 1996, para. 48. See also Danilov v. Russia, 1 December 2020, paras. 97-
102. 151 2000 Constitutional Law, Article 1, para. 2. 152 CPC, Article 7, item 45 and Article 23, para. 1. 153 CPC, Article 23, para. 7. 154 CPC, Article 23, para. 6 and Article 334, para 2.
19 78. The defendant has the right to be present at criminal proceedings both on first instance and on appeal.155 With some very limited exceptions,156 participation of the defendant in the court session is mandatory,157 and the absence of the defendant is a significant violation of the criminal procedure that may lead to the annulment of the judgement.158
79. If a defendant dies, the criminal case against them shall be terminated.159 However, the CPC also foresees that the proceedings against deceased defendants may continue upon the request of the deceased’s relatives, if necessary, inter alia for the rehabilitation of the deceased or determining the criminal responsibility of other defendants. 160 If the Court affirms the deceased's criminal responsibility, it enters a “conviction without sentencing.”161
80. Procedure for examination and cross-examination of witnesses is regulated by Article 354 and 370 of the CPC. These provisions instruct judges to check the identity of witnesses, ask witnesses to take an oath prior to testimony, interrogate them separately and in the absence of witnesses who are not testifying, and remove any witness from the courtroom who has testified.162 The same rules apply to victims who are heard as witnesses.163
81. Witnesses are obliged to appear when summoned by the court, and they must give truthful testimony.164 Witnesses who fail to appear at the scheduled hearing without good reason may be forcibly brought to court.165 Witnesses must be warned that they must speak the truth and that giving false testimony or refusal to testify constitute criminal offences.166 Failure to appear without good reason or to testify may also be sanctioned with a monetary penalty.167
82. All parties have the right to question witnesses, including the defendants and their defence attorneys. The first to ask questions is the party at whose request this witness was summoned. The judge asks questions to the witness after questioning by the parties.168
83. Although witness testimony should primarily be obtained through adversarial proceedings and the court may base its decision only on evidence examined at the trial,169 all evidence collected during the investigation, including all incriminating evidence such as defendant
155 CPC, Article 65, para. 6, no. 1. 156 CPC, Article 335, para. 2. 157 CPC, Article 335, para. 1. 158 CPC, Article 436, para. 3. 159 CPC, Article 35, para. 1, subpara. 11). 160 Ibid. Other hypotheses include the need to define property obtained by illegal means, money and other valuables subject to confiscation, or providing compensation for damage caused by the defendant. See also Supreme Court Normative Ruling no. 4 of 20 April 2018 On Verdicts, para. 10. 161 CPC, Article 393, para. 7. 162 CPC, Article 370, para. 1 and 2 and Article 354, which prescribes that “The appeared witnesses are removed from the courtroom prior to their interrogation. The presiding judge shall take measures to ensure that witnesses, who are not interrogated by the court, do not communicate with the interrogated witnesses, as well as with other persons in the courtroom.” 163 CPC, Article 36. 164 CPC, Article 78, para. 4. 165 CPC, Article 157, para. 1. 166 CC, Article 420 (false testimony) and Article 421 (refusal to give evidence). 167 CPC, Article 78, para. 8. 168 CPC, Article 370, para. 3. 169 CPC, Article 331, para. 3.
20 statements, and witness statements, is already available to the judge from the very start of the trial itself.170 Nevertheless, statements collected during the pre-trial investigation may be read out in lieu of live witness testimony only under exceptional circumstances, 171 such as the witness’ or victim’s inability to appear at the trial or the presence of significant inconsistencies between the pre-trial statement and the testimony given at the trial.172
84. The right to be assisted by counsel in a criminal case is recognized in the Constitution, whose Article 13 stipulates that “[e]veryone shall have the right to legal defence of his rights and freedoms. Everyone shall have the right to take qualified legal assistance.”173 In cases stipulated by law, legal assistance shall be provided free of charge. The Constitution also provides the right to be represented by a lawyer to “everyone detained, arrested and accused of committing a crime”.174 Article 27 of the CPC sets forth the right to legal assistance for individuals who are charged with a criminal offence. This right includes the right to be assisted by a lawyer of one's own choosing, or to be provided with legal assistance without charge if one cannot afford a lawyer.175 Free assistance by a State-appointed lawyer is ensured in all criminal proceedings involving a public prosecutor.176
85. Regarding language of the proceedings, the CPC prescribes that while proceedings shall be in Kazakh, Russian can also be officially used.177 Parties, including the defendant, who lack sufficient command of the language in which proceedings are held, have the right to free interpreter services.178
86. Parties have the right to challenge a court's impartiality if they perceive a violation of the principle of equality of arms. The 2000 Constitutional Law prescribes that a judge must “avoid anything that might disparage the authority and dignity of a judge or raise doubts about his honesty, fairness, objectivity, and impartiality”.179
87. Article 87 of the CPC foresees a list of cases where a judge may not take part in criminal proceedings, including where the judge lacks jurisdiction on the case, if the judge participated in the examination of the case in other capacities (e.g. an investigating judge, considered complaints, petitions of the prosecutor against the decisions of the investigating judge, victim, plaintiff, witness, investigator, expert, specialist, translator, prosecutor, etc.), or is related to a party in the proceedings. The norm further provides that a judge cannot take part in proceedings “if there are other circumstances that give reason to believe that the
170 CPC, Article 305, para. 1. 171 CPC, Article 331, para. 2. 172 CPC, Article 377 in conjunction with Article 372, para. 1, subpara. 1 and 2. 173 Constitution, Article 13, paras 2 and 3. 174 Constitution, Article 16, para. 3. 175 CPC, Article 27, paras 1 and 2. 176 According to the CPC and the 2018 Law on Advocacy and Legal Aid, professional legal aid is guaranteed for the suspect, accused, defendant, convicted, acquitted upon request; it is obligatory for those in pretrial detention and charged with grave crimes from the moment of detention or filing of charges, and in proceedings of public prosecution from the moment the case is transferred to the prosecutor. In cases, the defendant has not invited the defendant, the attorney is invited upon the order of the investigator, prosecutor or the court (CPC, Article 67 para. 3 and Article 68). See also the 2018 Law on Advocacy and Legal Aid, Article 18 and chapter 2, prescribing that participants in criminal proceedings are entitled to state funded legal aid. According to the 2015 Decree of the Minister of Justice No 10420, the entitlement for state funded legal aid for representation at court occurs with adoption of an indictment, verdict or decision. 177 CPC, Article 30, para. 1. 178 CPC, Article 30, para. 3. 179 Constitutional Law, Article 28 para. 1, subpara. 2).
21 judge is personally, directly or indirectly interested in this case”. 180 The provisions are clearly aimed at ensuring the court’s impartiality and the appearance thereof.
88. When a judge's personal situation or actions raise doubts about their ability to be impartial, parties can file a formal petition for their disqualification.181 If the recusal motion is granted, a new judge is appointed. A decision to deny the recusal motion cannot be appealed.182
7. Right to be informed of the charges and prepare one’s defence
7.1. International standards 89. Regarding the right to prepare a defence, Article 14 para. 3 lett. a) of the ICCPR guarantees the right of every person accused of a “criminal charge” or “criminal offence” to be informed promptly and in detail of the “nature and cause of the charge” - meaning the alleged facts and their legal characterization. It is fundamental that the defence has the opportunity to familiarise itself with the documentary evidence against an accused, by way of full and prompt disclosure, so that they have “adequate time and facilities” to prepare their defence, as recognized by Article 14, para. 3, lett. b) of the ICCPR.183
90. The ECtHR held that, read together with the principle of the equality of arms, the right to adequate facilities for the preparation of one’s defence imposes an obligation on the prosecuting and investigating authorities to disclose any material in their possession, or to which they could gain access, which may assist the accused in exonerating her/himself or in obtaining a reduction in sentence.184
91. The HRC held that disclosure must include documents and other evidence that the prosecution plans to offer in court against the accused or that are exculpatory; this includes evidence that could assist the defence, such as indications that a confession was not voluntary.185 In cases of a claim that evidence was obtained in violation of the prohibition of torture or other forms of cruel, inhuman or degrading treatment, information about the circumstances in which such evidence was obtained must be made available to allow an assessment of such a claim.186
92. The burden of proof for any criminal charge is on the prosecution: it follows that it is for the prosecution to inform the accused of the case that will be made against them, so that they may prepare and present their defence accordingly, and it is for the prosecution to adduce evidence sufficient to convict them.187
180 CPC, Article 87, para. 1(6). 181 CPC, Article 87, para. 8. 182 CPC, Article 87, para. 12. 183 In Bee v Equatorial Guinea, 31 October 2005, for example, the HRC found a violation of Article 14 para. 1 and 3 of the ICCPR where defendants in a criminal hearing were not notified of the grounds for the charges against them until two days before the trial, depriving them of sufficient time to prepare their defence and making it impossible for them to select their defence lawyers. 184 European Commission of Human Rights, Jespers v Belgium, 4 March 1981, para 58. See also ECtHR, Rowe and Davis v the UK, 16 February 2000, para 60. 185 HRC, General Comment 32, para. 33. 186 HRC, General Comment 32, para. 33. 187 ECtHR, Telfner v Austria, 20 March 2001, para 15; see also ECtHR, Barberá, Messegué and Jabardo v Spain, 6 December 1988, para 77.
22 7.2. Domestic Legal Framework 93. As to the right to prepare a defence, Article 328 and 329 of the CPC ensure the parties’ opportunity to study the case, access all materials, and receive copies thereof, the judge’s decisions, including changes in preventive measures, the list of persons to be called to court, and the charges raised by the prosecutor.
94. The defendant has the right to obtain copies of all pre-trial witness statements upon the completion of the investigation and prior to the commencement of the trial.188
95. Article 302-1, which regulates the content of the indictment, requires the indictment to contain, among other things, a description of the criminal offence with an indication of the time, place, method of its commission, the degree of culpability, motives, goals, and consequences of the offence, as well as a list of evidence confirming the circumstances set forth in the indictment.189 The Prosecutor must also indicate to the defence the available material evidence and the place of its storage.190
96. According to Article 337, the prosecutor has the power to amend or supplement the charges during the trial, until the end of the judicial examination of the case.191 This can involve changes to the factual circumstances, legal qualification, or the severity of the charges.
97. If the charge is changed to a less serious one or part of the charge is waived, the prosecutor is obliged to present to the court a new, reasoned formulation of the charge in writing.192
98. If the prosecutor seeks to significantly change the charges in a way that would worsen the defendant's situation, they must remand the case for additional investigation and the court will establish a deadline for the preparation of a new indictment.193 In any case, the court is obliged to provide the defendant and their lawyer with sufficient time to prepare their defence against the amended charges.194 The amendments of charges is permitted only if this does not violate the defendant’s right to defence.195 These are positive legal provisions which ensure that the defendant's right to a fair trial and effective defence is not compromised by changes in the accusation.
188 CPC, Article 70, para. 2, subpara. 5, and Article 65, para. 6, subpara. 2. 189 CPC, Article 302-1, para. 3. 190 CPC, Article 302-1, para. 7. 191 CPC, Article 337 para. 6. 192 CPC, Article 364, para. 2. 193 CPC, Article 340, para. 5. 194 CPC, Article 341, para. 2.
195 CPC, Article 340, para 2.
23 8. Right to a fair hearing in online trials
8.1. International standards 99. Defendants in criminal trials have the right to be tried in their “presence”. 196 Although several countries’ legislation allowed for remote hearings in criminal trials,197 the practice of online hearings expanded during and after the Covid-19 pandemic, giving rise to additional challenges to the right to a fair trial. It is therefore crucial to introduce legislation in line with international standards that regulates online judicial proceedings, providing clear guidance to courts on grounds for moving trials online and applicable procedures. This is necessary to ensure full respect of the right to a fair trial, avoid inconsistencies in approach or arbitrary application of the procedure.
100. The OHCHR stressed that before using on-line hearings, judicial systems should start by considering the impact on the rights of the individual and not only on possible efficiencies that on-line hearings might bring to the administration of justice.198 According to the OHCHR, challenges to the right of a fair trial include inter alia difficulty in identifying signs of torture or other ill-treatment; limited publicity; difficulty in having private and confidential communication with legal counsel; technical issues preventing defendants from making motions and presenting arguments; preventing witnesses or other parties from being influenced or receiving instructions from third parties while providing their testimony; difficulties in managing the parties to the proceedings and moderating the hearings.199
101. For these reasons, the OHCHR recommends that criminal trials should only be held on-line with the explicit free and informed consent of the accused.200 At the same time, judicial criminal proceedings held online should be subject to the strict conditions and safeguards, including some of which are set out below.
102. In its Guidelines on videoconferencing in judicial proceedings,201 the Council of Europe’s Commission for the Efficiency of Justice (CEPEJ) reiterated the need for defendants’ “free and informed consent” to participate online. The CEPEJ further underlined the need to ensuredefendants’ effective participation, by ensuring that the video link allows them to see and hear the hearing clearly.202 Although the court may warn and then mute or disconnect defendants who behave inappropriately, it must ensure that the defendant’s legal counsel can still provide assistance during and outside the hearing.203 The court must
196 ICCPR, Article 14 para. 3 lett. d). 197 For instance, countries like Italy, France, Russia and Lithuania have provisions for hearing witnesses via video-conference to ensure their safety, especially in cases involving organised crime or terrorism; in France and Italy, video-hearings are used to prevent the need to transfer dangerous criminals from secure prisons to courtrooms, reducing the risk of escape or re-establishing contact with other defendants; Lithuania allows video- hearings for questioning suspects or accused in detention, and for the sentenced person in an oral hearing on appeal. For a more detailed comparative analysis see Anne Sanders, Video-Hearings in Europe Before, During and After the Covid 19 pandemic, 2021. 198 OHCHR, Briefer on On-Line hearings in justice systems. 199 Ibid., page 2. 200 Ibid., page 3. 201 CEPEJ, Guidelines on videoconferencing in judicial proceedings, 1 July 2021. 202 Ibid., guideline 23. 203 Ibid., guideline 25.
24 guarantee the defendant’s uninterrupted access to legal advice before and throughout the remote hearing; confidential communication between the defendant and their legal counsel must be protected, allowing for private discussions and the exchange of sensitive information via a secure system.204 Additionally, the court is to address any technical issues flagged by the defendant promptly.205 The court should suspend the hearing in case of a technical incident until it has been corrected, depending on its nature.206
103. In the context of the Covid-19 pandemic, ODIHR recommended in its publication that hybrid hearings should be used as an alternative to in-person hearings only if the latter are not safe or not possible.207 In any case, this trial format “should not undermine the equality of arms; it should not become an extra hurdle for effectuating the procedural rights of the parties.”208
104. In all criminal trials, including online ones, it is an essential aspect of a fair trial that judges properly manage the hearing so that each party has an equal opportunity to argue their case and that the decision-making process is based on a fair and balanced presentation of the evidence.209
105. It is thus a primary duty of a judge to ensure that a hearing is orderly and efficiently managed to maintain the overall fairness of a trial. According to the Bangalore Principles on Judicial Conduct, “a judge shall perform all judicial duties, including the delivery of reserved decisions, efficiently, fairly and with reasonable promptness.”210 Moreover, “A judge shall maintain order and decorum in all proceedings before the court and be patient, dignified and courteous in relation to litigants, jurors, witnesses, lawyers and others”.211
8.2. Domestic legal framework 106. Online criminal trials in Kazakhstan have been a common occurrence since after the COVID-19 pandemic. The possibility to participate in trials online started before the outbreak of COVID-19 in Kazakhstan but became widespread after several courts closed during the pandemic and recommendations on restrictive measures were introduced. This practice continued after the abolition of the epidemiological measures, and the expiration of the regulation introducing the state of emergency related to the pandemic.212
107. The Supreme Court of Kazakhstan issued a Normative Ruling on online trials in the early days of the COVID-19 pandemic,213 but did not issue follow-up guidelines as the state of health emergency was revoked. Positively, in January 2023, the President of the Supreme
204 Ibid., guideline 27 and 29. 205 Ibid., guideline 24. 206 Ibid., guideline 9. 207 OSCE, ODIHR Policy Brief Fair Trial Rights and Public Health Emergencies, 24 May 2021. 208 Ibid., page 11. 209 See Chapter 8. 210 UN, ECOSOC Bangalore Principles, Value 6.5. 211 UN, ECOSOC Bangalore Principles, Value 6.6. 212 See also other recommendations on offline trials by the Supreme Court. Since November 2021, civil society has initiated campaigns for restricting online hearings due to violations of the right to defence and the publicity of trials. 213 Supreme Court of Kazakhstan, “On the regime of work of courts of the Republic during the state of emergency”, 16 March 2020.
25 Court made a public address to the members of the judiciary, calling to give preference to in-person trials.214
108. In both online and offline hearings, the presiding judge has primary authority to ensure the orderly conduct of criminal proceedings. According to Article 57 of the CPC, the presiding judge has a duty to govern the court proceedings, by taking “all measures to ensure a fair consideration of the criminal case and compliance with other requirements of this Code, as well as the proper behaviour of all persons present at the court session”.
109. Article 334 para. 2 of the CPC specifies that “The presiding judge directs the court session, in the interests of justice takes all the measures provided for in this Code to ensure equality of rights of the parties, maintaining objectivity and impartiality, creates the necessary conditions for an objective and complete investigation of the circumstances of the case. […].” Article 346 gives the presiding judge powers to sanction parties. “In case of violation of the order at the court session, disobeying the orders of the presiding judge, as well as performing other actions (inaction), clearly demonstrating the contempt of court”.
110. Even in trials held offline, the presiding judge may decide for a witness to give evidence remotely.215 The CPC requires witnesses to have a specific reasoning for joining a hearing remotely, however no detailed instructions are given to judges on how to examine witnesses online.216
9. Right to a reasoned judgement
9.1. International standards 111. When rendering a judgement, the court should always state the reasons on which its decision is based. This is a key requirement of a fair trial, which acts as a safeguard against arbitrariness in judicial proceedings and contributes to legal certainty. It helps demonstrate to the parties that they have been heard, thereby contributing to a more willing acceptance of the decision.217 This requirement contributes to certainty about the interpretation and application of the law, allows parties to judicial proceedings to determine whether or not there are grounds to appeal a court’s decision, and allows public scrutiny of the administration of justice, among others.218
112. In the Concluding Document of the 1989 Vienna meeting, OSCE participating States affirmed the fundamental right of individuals to be “promptly and officially” informed of the legal grounds on which a judicial decision is taken.219 This information must be provided in writing and in a way that will enable the individual to make effective use of further available remedies.220
214 See the Report on the meeting of the President of Kazakhstan K.-J. Tokayev with the President of the Supreme Court A. Mergaliyev, 26January2023. 215 CPC, Article 345, para. 1. 216 CPC, Article 370, paras. 8 and 9. 217 OSCE, ODIHR Legal Digest of International Fair Trial Rights, 26 September 2012, page 210. 218 Ibid., pages 210-211. See also CoE, Consultative Council of European Judges (CCJE), Opinion no. 11 On the Quality of Judicial Decisions, 18 December 2008, para. 31. 219 OSCE, 1986 Vienna Document, Principle 13.9. 220 Ibid.
26 113. The HRC stated that the right to a reasoned judgement is a corollary to the right to appeal, foreseen in Article 14, para. 5 of the ICCPR.221 The HRC stressed the need for any judgement to publicly pronounce “the essential findings, evidence and legal reasoning” of the court’s decision.222
114. According to the CCJE, to render justice in a fair and equal manner, judicial decisions must be of high quality. In its opinion no. 11, the CCJE notes the need that judicial decisions be “of high quality” in the sense that they “must be perceived by the parties and by society in general as being the result of a correct application of legal rules, of a fair proceeding and a proper factual evaluation, as well as being effectively enforceable.” Judicial decisions must be clear and intelligible, and they also must provide reasoning that may involve “... interpreting legal principles, taking care always to ensure legal certainty and consistency.223
115. According to established ECtHR case-law, judgements should adequately state the reasons on which they are based.224 A well-reasoned judgement allows parties to understand and assess the court’s reasoning, and thus determine whether or not there are grounds to appeal the decision.225
116. The right to a reasoned judgement also safeguards the presumption of innocence, which requires that the criminal responsibility of the accused may be affirmed only based on conclusive and admissible evidence. Evidence that does not specifically implicate the accused can undermine the fairness of the trial by placing an undue burden on the defence: the defendant may be thus forced to disprove the weak connections made by the prosecution, shifting the burden of proof and infringing upon the presumption of innocence.226
117. The ECtHR ruled that the presumption of innocence was violated in a case when the accused’s conviction was based on evidence which, although voluminous, failed to establish his individual conduct.227
118. ODIHR recalls that according to the ECtHR, for a judgement to comply with fair trial guarantees under Article 6 ECHR, it must be clear from the decision that the essential issues of the case have been addressed228 and that a specific and explicit reply has been given to the arguments, which are decisive for the outcome of the case.229 An issue with regard to a
221 The HRC stated that “The right to have one’s conviction reviewed can only be exercised effectively if the convicted person is entitled to have access to a duly reasoned, written judgement of the trial court, and, at least in the court of first appeal where domestic law provides for several instances of appeal, also to other documents, such as trial transcripts, necessary to enjoy the effective exercise of the right to appeal.” (General comment 32, para. 49). See also HRC, Lumley v. Jamaica, 31 March 1999, para. 7.5. 222 HRC, General Comment 32, para 29. See also ECHR, Karakasis v Greece, 17 October 2000, para 27; Tatishvili v Russia, 22 February 2007, para. 58; and Grădinar v. Moldova, 8 April 2008, paras 107–108 and 116. 223 Council of Europe, CCJE Opinion no. 11 (2008) On the quality of judicial decisions, 18 December 2008. 224 ECtHR, Moreira Ferreira v. Portugal [GC], 11 July 2017, para. 84; Papon v. France, 25 July 2002. 225 ECtHR, Hadjianastassiou v. Greece, 16 December 1992. 226 ECtHR, Barberà, Messegué and Jabardo v. Spain, 6 December 1988, para. 77. 227 ECtHR, Telfner v Austria, 20 March 2001, para 15. 228 ECtHR, Boldea v. Romania, 15 May 2007, para. 30; Lobzhanidze and Peradze v. Georgia, 27 February 2020, para. 66. 229 ECtHR, Moreira Ferreira v. Portugal [GC], 11 July 2017, para. 84.
27 lack of reasoning of judicial decisions will normally arise when the domestic courts ignored a specific, pertinent and important point raised by the applicant.230
9.2. Domestic legal framework 119. The requirement that a judgement must be adequately reasoned is clearly prescribed in the CPC. Article 388 of the CPC states that judgements must be lawful (i.e. comply with all legal requirements of the law) and reasoned (i.e. based on a comprehensive and objective examination of the evidence presented to the court). Article 393 of the CPC specifies that a guilty verdict “cannot be based on assumptions” and may be only pronounced when the defendant’s guilt “is confirmed by a set of evidence, examined by the court.”231
120. Before convicting the defendant, the court must verify that, inter alia, it is proved that the criminal act occurred232 and that the defendant committed it.233 When several co-defendants are charged with the same criminal offence, the court must establish each defendant’s criminal responsibility individually, defining the role and the extent of their participation in the acts committed.234 Crucially, the judgement must indicate the evidence on which the conviction of each defendant is based, and the reasons on which the court rejected other evidence.235
121. Article 395 of the CPC provides specific guidelines to judges on how to draft a judgement, by foreseeing that it should comprise an introduction, a factual background, a reasoning part, and an enacting clause.236
122. The elements for each judgement section are specifically listed in Articles 396-398. Notably, Article 397 specifies that the reasoning part must contain, inter alia, a description of the criminal offence recognized by the court as proved, and the mode of liability of the defendant. The Court may also re-qualify the offence in favour of the accused.237
123. The Supreme Court’s 2018 Normative Ruling no. 4 “On Verdicts” further specifies that the judgement must contain “an assessment of each argument of the defence and prosecution”,238 and that it must assess the defendant’s arguments in support of his position.239 Furthermore, in the same Normative Ruling, the Supreme Court stated that
230 ECtHR, Nechiporuk and Yonkalo v. Ukraine, 21 April 2011, para. 280. 231 CPC, Article 393, para. 3. 232 CPC, Article 390, para. 1, no. 1. 233 Ibid., no. 3. 234 CPC, Article 390, para. 4. See also the 2018 Supreme Court Normative Ruling. no. 4, para. 16: “If a criminal offence is committed by a group of persons, a group of persons by prior conspiracy, or an organised group, the specific criminal acts committed by each of the defendants must be described.” 235 CPC, Article 397, para. 3. 236 CPC, Article 395, para. 3. 237 CPC, Article 397, para. 1. The 2018 Supreme Court’s Normative Ruling no. 4 “On Verdicts” specifies that “If it is necessary to qualify a criminal offence under an Article of law under which the defendant has not been charged, the court must proceed from the fact that such a change in classification is permissible only on the condition that the actions of the defendant, classified under the new article of law, imputed to him, do not contain elements of a more serious criminal offence and do not differ significantly in fact from the final charge supported by the public prosecutor in the main trial, and the change in charge will not worsen the defendant's position or violate his right to defence” (para. 27). 238 2018 Supreme Court’s Normative Ruling no. 4 “On verdicts”, para. 16. 239 Ibid., para. 17.
28 “When presenting evidence in the reasoning part of the verdict, the court should not limit itself to listing and citing its content, it is obliged to make a comprehensive analysis of it, to evaluate all the evidence, both incriminating and exonerating the defendant, both confirming the conclusions of the court and contradicting these conclusions.”240
124. According to the CPC, a judgement can be quashed if the court's conclusions are not supported by the evidence examined during the court hearing or when the court accepts prosecution evidence over defence evidence without providing an explanation for its decision, when the conflicting evidence is significant for the court's conclusions.241 Additionally, a verdict is subject to cancellation or modification if it is the result of an unjustified refusal to examine evidence requested by one party that may be relevant to the case or if the court examines evidence that is inadmissible.242
10. Defendant’s right to an effective remedy 10.1. International standards 125. Article 14 para. 5 of the ICCPR guarantees that everyone convicted of a criminal offence has the right to have their case reviewed by a higher tribunal. This right is also enshrined in Article 2 of Protocol 7 to the ECHR243. OSCE participating States committed themselves to uphold “the right of the individual to appeal to executive, legislative, judicial or administrative organs.”244
126. The overarching principle is that the appellant must have access to an effective appeal, rooted in the fundamental notion that the rights guaranteed by the ICCPR and ECHR must be substantive and not merely theoretical. This means that the appeal hearing must adhere to the same standards of fairness as the trial itself, ensuring that the appellant's rights are meaningfully protected. According to the HRC, Article 14, para. 5 of the ICCPR “imposes on the State party a duty to review substantively, both on the basis of sufficiency of the evidence and of the law, the conviction and sentence”. Thus, “a review that is limited to the formal or legal aspects of the conviction without any consideration whatsoever of the facts is not sufficient under the Covenant”.245 The ECtHR has found violations of the right to access to court in instances where domestic law mandates a comprehensive review of the merits of the case on appeal, but such a review is not carried out in practice, rendering the appeal process ineffective.246
127. As the HRC repeatedly stated, the ICCPR requires an appeal to be capable of reviewing facts as well as law.247 As explained in General Comment 32, the requirements of the right to review are satisfied “where a higher instance court looks at the allegations against a
240 Supreme Court, 2018 Normative Ruling no. 4 “On Verdicts”, para. 19. 241 CPC, Article 433 para. 1; Article 435 para. 1 Nos. 1 and 3. 242 CPC, Article 433 para. 1; Article 436 para. 2. 243 It should be noted that jurisprudence from ECtHR says that that Article 6 (1) of the ECHR do not require
there to be reviewal in two different levels of jurisdiction, see Muller v Austria. 244 OSCE, 1989 Vienna Document, para 13.9. 245 HRC, General Comment 32, para. 48. See also HRC, Vásquez v Spain, Communication 701/1996, para. 11.1. 246 ECtHR, Biondić v Croatia, 8 November 2007, paras. 27–28. 247 See e.g. HRC, Pérez Escolar v. Spain, 28 March 2006, para. 3; Gelazauskas v Lithuania, 17 March 2003, para 7.2; Ratiani v Georgia, 4 August 2005, paras 11.2–11.3.
29 convicted person in great detail, considers the evidence submitted at trial and referred to in the appeal, and finds that there was sufficient incriminating evidence to justify a finding of guilt in the specific case”.
128. In order to meet the requirements of Article 2 of Protocol 7 to the ECHR, a review by an appellate court must be a “full and thorough evaluation of the relevant factors”. 248 While an appellate court may, in principle, simply endorse the reasons for the lower court’s decision,249 when an issue arises as to the lack of any factual and/or legal basis of the lower court’s decision, it is important that the higher court provides its own reasoning.250 Moreover, in case of an explicit objection to the admissibility of evidence, the higher court cannot rely on that evidence without providing a response to such an objection.251
129. The ECtHR emphasised that the notion of a fair procedure requires that an appellate court that has given sparse reasons for a decision, whether by incorporating the reasons of the lower court or otherwise, must at least address the essential issues that were submitted to it, and must not merely endorse the earlier findings without further consideration.252
10.2. Domestic law 130. According to Article 414 of the CPC, all parties to the criminal proceedings are entitled to submit an appeal against the first instance decision.
131. The appellate court is responsible for scrutinising the decision of the lower court to ensure its fairness, legality, and validity. This involves examining the case materials and any additional evidence presented during the appeal hearing to assess whether the first instance court correctly established the facts of the case, properly applied the relevant criminal law, and adhered to the procedural norms throughout the proceedings.253
132. The appellate court has the duty to comprehensively review the legality, validity, and fairness of the sentence and court ruling, regardless of whether the specific grounds for appeal were raised in the complaint or the prosecutor's petition. The appellate court has the authority to review the lower court's decision and, on its own initiative, extend the review to elements not included in the appeal from either the defendant and prosecutor, provided that such changes do not result in a worsening of the convicted person's situation.254
133. If it is necessary to verify the claims raised by the parties in their appeal, the Appeal Court must conduct evidentiary proceedings, including hearing witnesses and examining evidence. In such cases, within ten days of receiving the case, the court must issue a resolution outlining the preparation of the case for consideration by the appellate court, specifying the actions required, such as summoning and questioning the defendant, victims,
248 ECtHR, Lalmahomed v the Netherlands, 22 February 2011, para 37. 249 ECtHR, García Ruiz v. Spain [GC], 21 January 1999, para. 26; Stepanyan v. Armenia, 27 October 2009, para. 35. 250 ECtHR, Tatishvili v. Russia, 22 February 2007, para. 62. 251 ECtHR, Shabelnik v. Ukraine, 19 February 2017, para. 50-55. 252 ECtHR, Helle v Finland, 19 December 1997, para. 60. 253 CPC, Article 424. 254 CPC, Article 426, para. 1. The court also reviews the contested verdict with respect to the convicted who had not appealed, in case the violations established in the verdict affect their rights and it is necessary to align the qualifications of their actions and those of the appellant (CPC, Article 426, para. 2).
30 witnesses, or experts; requesting additional materials; or performing any other necessary actions.255
134. Similarly to the first instance judgement, the appeal judgement must consist of an introductory part, a factual background, a reasoning and an enacting clause.256
135. The Appeal Court's judgement should include a concise overview of the main points of the judgement under review, the arguments presented in the defendant's appeal and the prosecution's appeal, and any objections raised against them. The arguments made by persons participating in the appellate court hearing should also be included. Lastly, the judgement must clearly state the reasons for the decision reached by the appellate court, taking into account all the relevant information presented during the proceedings.257
136. According to CPC Article 443, if an appeal is rejected because of the lack of new arguments, the appeal judgement shall indicate only the absence of the grounds provided for by the Code for amending the judgement or repealing it.258
11. Victims’ right to an effective remedy 11.1. Criminal prosecutions of human rights violations 11.1.1. International standards
137. The ICCPR requires States parties to ensure that all individuals within their territories and subject to their jurisdiction enjoy the rights recognized in the Covenant.259 As the HRC noted, this means that States parties must not only refrain from violating the rights recognized by the Covenant, but also take positive steps to promote and protect them. 260
138. The right to an effective remedy, established inter alia by Article 2, para. 3 of the ICCPR, is a corollary to such positive obligations, and has been interpreted to include the obligation to investigate all allegations of violations “promptly, thoroughly and effectively through independent and impartial bodies.”261 In particular, they must investigate violations recognized as criminal and bring to justice those who are responsible.262
139. This obligation is particularly cogent when such violations entail rights that cannot be derogated from, such as the right to life and the prohibition of torture and cruel or inhumane treatment. According to the HRC, acts prohibited by Article 7 of the ICCPR must be
255 CPC, Article 427. 256 CPC, Article 433 para. 1. 257 CPC, Article 443 para. 3. See also para. 16-17 of the 2018 Supreme Court Normative Ruling No 4 “On Verdicts”. 258 CPC, Article 443 para. 4. 259 ICCPR, Article 2, para. 1. 260 HRC, General Comment No. 31 “The Nature of the General Legal Obligation Imposed on States Parties to the Covenant”, 29 March 2004, paras 5-7. 261 HRC, General Comment No. 31, para. 15. 262 See, for example HRC, Abubakar Amirov v. Russian Federation, 2 April 2009, para. 11.2; Orly Marcellana and Daniel Gumanoy v. The Philippines, 30 October 2008, para. 7.2; Vadivel Sathasivam and Parathesi Saraswathi v. Sri Lanka, 8 July 2008, para. 6.4.
31 investigated promptly and impartially by competent authorities to make the remedy effective.263 Failure to discharge these obligations according to the HRC, “could in and of itself give rise to a separate breach of the Covenant.”264
140. The OHCHR further stated that States have an obligation to investigate such human rights violations, observing that “In addition to being inextricably associated with the obligation to prosecute, the obligation to investigate is also linked to the right to the truth, which includes the right to know about the circumstances of, and the reasons for, gross human rights violations, the progress and results of the investigation carried out into the violations, the identity of the perpetrators and, in cases of enforced disappearances, the fate and whereabouts of the victims”.265
141. According to the United Nations Guidelines on the Role of Prosecutors, 266 prosecuting authorities shall give due attention to the prosecution of crimes committed by public officials, particularly grave violations of human rights and other crimes recognized by international law.267
142. With particular reference to the right to life, enshrined in Article 6 of the ICCPR, according to the HRC States have an obligation “to investigate and, where appropriate, prosecute the perpetrators of […] incidents involving allegations of excessive use of force with lethal consequences”.268 The Committee stressed that criminal investigations should not be limited to ground-level perpetrators, but “should explore, inter alia, the legal responsibility of superior officials with regard to violations of the right to life committed by their subordinates.”269 Lastly, the Committee emphasised that considering the gravity of the allegations and the importance of the right to life, “States parties must generally refrain from addressing violations of Article 6 merely through administrative or disciplinary measures, and a criminal investigation is normally required.”270
143. The ECtHR constantly held that the obligation to protect the right to life under Article 2 of the Convention “requires by implication that there should be some form of effective official investigation when individuals have been killed as a result of the use of force. The investigation must be, inter alia, thorough, impartial and careful”.271
144. The UN Committee against Torture stated that the prohibition of torture enshrined in Article 2, para. 2 of the CAT “is absolute and non-derogable” and that, according to Article 12 of the CAT, “Each State Party shall ensure that its competent authorities proceed to a
263 HRC, General Comment No. 20: Article 7 (Prohibition of Torture, or Other Cruel, Inhuman or Degrading Treatment or Punishment), 10 March 1992, para. 14. 264 HRC, General comment No. 31, para. 15. 265 UN, Report of the United Nations High Commissioner for Human Rights on the obligation of States to investigate serious violations of human rights, and the use of forensic genetics, 4 July 2011, para. 15. 266 UN, Guidelines on the Role of Prosecutors, Adopted by the Eighth United Nations Congress on the Prevention of Crime and the Treatment of Offenders, Havana, Cuba, 27 August to 7 September 1990. 267 UN, Guidelines on the Role of Prosecutors, guideline 15. 268 HRC, General comment No. 36: Article 6 (Right to life), 3 September 2019. 269 Ibid. 270 Ibid. 271 ECtHR, Mustafa Tunç and Feci̇ re Tunç V. Turkey [GC], 14 April 2015, para. 169; see also McCann and Others v. United Kingdom, 27 September 1995, para. 161-163.
32 prompt and impartial investigation, wherever there is reasonable ground to believe that an act of torture has been committed in any territory under its jurisdiction.”272
145. Under the ECtHR’s case-law, there is a well-established principle that when an individual suffers injuries or ill-treatment while in detention, the burden of proof shifts to the authorities to provide a plausible explanation for the cause of those injuries273
146. At the Copenhagen Meeting of 1990, OSCE participating States clearly affirmed their commitment to prohibit torture and other cruel, inhuman or degrading treatment or punishment, and take effective legislative, administrative, judicial and other measures to punish such practices.274 In the Budapest Document in 1994, they committed themselves to inquire into all alleged cases of torture and to prosecute offenders.275 A similar commitment to “prevent torture as well as to prosecute its perpetrators, thereby preventing impunity for acts of torture” can be found in the Ministerial decisions adopted at the conclusion of the Ljubljana meeting of 2005.276
11.1.2. Domestic legal framework
Substantive law 147. Article 15 of the Constitution of the Republic of Kazakhstan prescribes that “Everyone shall have the right to life” and that “No one shall have the right to deprive life of a person arbitrarily”. The Constitution also prohibits torture, violence or other cruel or degrading treatment or punishment.277
148. The Criminal Code of Kazakhstan defines murder as “unlawful intentional infliction of death of another person”, which is penalized with an imprisonment term ranging from eight to fifteen years.278 Mass riots or other emergency situations are explicitly recognised by the Criminal Code as aggravating circumstances for murder, along with cruelty and endangering public safety, which incur increased imprisonment terms ranging from 15-20 years to a lifetime.279 Infliction of bodily injuries during the mass riots or state of
272 UN Committee against Torture, General Comment No. 2 On the Implementation of Article 2 by States Parties, 24 January 2008, para. 5. Moreover, according to Article 13 of the CAT, “Each State Party shall ensure that any individual who alleges he has been subjected to torture in any territory under its jurisdiction has the right to complain to, and to have his case promptly and impartially examined by, its competent authorities. Steps shall be taken to ensure that the complainant and witnesses are protected against all ill-treatment or intimidation as a consequence of his complaint or any evidence given.” 273 For instance, in the ECtHR case, Selmouni v. France [GC], 28 July 1999, para. 87, the Grand Chamber held that where an individual is taken into police custody in good health but is found to be injured at the time of release, there is a presumption that the person was subjected to ill-treatment, and it is incumbent on the State to provide a plausible explanation of how those injuries were caused, failing which a clear issue arises under Article 3 of the Convention. See also EctHR, Tomasi v. France, 27 August 1992, paras. 108-111; Ribitsch v. Austria, 4 December 1995, para. 34. 274 OSCE, Copenhagen Document, 1990, Commitment 16.1. 275 OSCE, Budapest Final Document, 1994, Commitment no. 20. 276 OSCE, Decision No. 12/05 on Upholding Human Rights and the Rule of Law in Criminal Justice Systems. 277 Constitution, Article 17 para. 2. 278 CC, Article 99 para 1, Articles 102 and 103 CC stipulate the responsibility for the murder committed in excess of defence and in apprehension of a criminal, Article 104 CC penalises causing death by negligence. These are sanctioned with limitation of freedom or imprisonment terms of two, three, or five years respectfully. 279 CC, Article 99 para 2 (5), (6), (15).
33 emergency is also considered committed under aggravating circumstances, increasing the sanction from a 3-8 year imprisonment to a 6-10 year imprisonment.280
149. Crimes committed by the military are under a special regime under the Criminal Code of Kazakhstan, which criminalises the abuse and excess of power (Articles 450 and 451, respectively).281 Actions that fall within the excess of power during a combat situation, including those leading to serious consequences, e.g. injury or death, are sanctioned with a 7-15 year imprisonment term. Normative Ruling of the Supreme Court No 6 of 2005 clarifies that the scope of Articles 450 and 451 CC extends to intended actions against a person that lead to unintended death, and therefore do not necessitate cumulative qualification under other provisions of the Criminal Case, except for cases when the intent extended to the infliction of death, which necessitate additional qualification under Article 99 of the Criminal Code (murder).282
150. At the time of the January 2022 events, Article 146 of the Criminal Code only sanctioned torture, not other forms of ill-treatment at the hands of State officials. A new law entered into force on 17 March 2023,283 amended Article 146 of the Criminal Code to equate, for the purpose of criminal punishment, torture and cruel, inhuman, and degrading treatment.
151. The provision in question contains a “Note” stating that physical and/or psychological suffering resulting from lawful actions by officials, persons acting in an official capacity, or other individuals is not considered “cruel, inhuman, or degrading treatment or torture.”
152. The legal status and implications of this Note are ambiguous for several reasons. First, the Note is not incorporated into the main body of Article 146 as a numbered paragraph, which raises questions about its intended legal force. The unclear status of the Note within the legal framework may lead to inconsistent application and interpretation by courts and law enforcement. Second, it appears superfluous, since general principles of criminal law already exclude criminal responsibility when State officials use force for instance to defend themselves or others from an imminent danger, in a state of necessity or when executing a lawful order.284 Third, the Note's wording could potentially be used to justify or excuse actions that might otherwise be considered abusive, depending on how “lawful actions” are defined and interpreted. Potentially, it could provide a blanket justification for the use of torture or cruel, inhuman, or degrading treatment, as long as the “actions” are carried out by officials or persons acting in an official capacity, and are deemed “lawful". The note fails to acknowledge that even if an action, such as a house search, interrogation, or arrest,
280 CC, Article 106. See also CC, Article 107 for regulation on light bodily injuries. Para 16 of the 2009 Normative Ruling No 7 of the Supreme Court excludes cumulative application of Articles 106 or 107 for actions by officials or committed upon their incitement; such actions are prescribed to be qualified exclusively by Article 146 CC. 281 CC, Articles 450 and 451. Excess of power by the military is classified as “actions that clearly go beyond the limits of his rights and powers, resulting in a significant violation of the rights and legitimate interests of citizens or organizations or legally protected interests of society or the state”. 282 The 2005 Normative Ruling of the Supreme Court No 6 “On judicial practice in cases of military criminal offenses” (para 11). 283 Law No. 212-VII of 17 March 2023 On introducing amendments and additions to the legislative acts of the Republic of Kazakhstan on human rights issues in the field of criminal proceedings, execution of sentences, as well as consideration of torture and other cruel, inhuman or degrading treatment. 284 CC, Article 32, 34 and 36. Similarly, Article 14 para. 1 no. 8 of the 2011 Law on Law Enforcement Service states that “Employees are not responsible for harm caused in connection with the use of firearms and other weapons, special means and physical force if their actions were carried out in accordance with this Law and other legislative acts of the Republic of Kazakhstan”.
34 is considered "lawful," the means employed in carrying out these actions may still amount to torture or ill-treatment, the prohibition of which, as mentioned above, is absolute and non-derogable and hence cannot be considered lawful. Fourth, the Note falls short from the standard established under Article 1 of the CAT, which limits the exemption to lawful “sanctions”, as opposed to any “actions” provided under the domestic legislation. Last, the scope of persons covered by the exemption is unduly wide, extending not only to those acting in official capacity, but also to “others”, failing to provide legal certainty and potentially leading to discretionary interpretation.
153. Conclusively, the Note’s wording could be misused to shield perpetrators from accountability, undermining the absolute prohibition of torture and the effective investigation and prosecution of such acts, regardless of the purported lawfulness of the overall action.
154. The UN Committee against Torture in its last concluding observations recommended that Kazakhstan as a matter of priority should bring the legal definition of torture contained in Article 146 of the Criminal Code and other relevant pieces of legislation into line with Article 1 of the CAT, namely by including the elements that distinguish the crime of torture from other forms of ill-treatment, and by adjusting the wording of the exclusion clause relating to “lawful sanctions” so as to minimize the possibility of it being misinterpreted. The State party should ensure that penalties for torture and ill-treatment are appropriate to the gravity of the crime, as set out in Article 4 (2) of the Convention. It should also take legislative steps to exclude the possibility of plea bargaining and parole for crimes of torture and ill-treatment.285 Torture is not subject to a statute of limitations286 and evidence tainted by torture or other ill-treatment is inadmissible.287
155. On 2 November 2022, the Parliament approved an Amnesty Law288 which provides relief from criminal prosecution and reduces sentences for individuals charged and convicted in connection with the January 2022 events. The Amnesty Law however excludes certain categories of crimes from its scope, including “terrorist” and “extremist” crimes,289 the organisation of mass riots,290 torture and intentional murder. The Amnesty Law extends to a wide range of offences committed between 4 and 7 January 2022.291 For crimes of minor and medium seriousness, the Act relieves individuals from criminal liability or from serving the remaining sentence if already convicted.292 For serious and very serious offences, the Act reduces sentences by three-quarters and one-half respectively.293
Procedural law 156. The responsibility to investigate and prosecute violations of these fundamental rights lies with the Prosecutor’s Office, which according to Article 83 of the Constitution “supervises the observance of legality on the territory of the Republic of Kazakhstan” and “carries out
285 See Concluding Observations of the UN Committee against Torture, of 8 June 2023, paragraph 10. 286 CC, Article 69, para. 6. 287 CPC, Article 112. For more detailed analysis, see above, Chapter 6. 288 Law of the Republic of Kazakhstan No. 152-VII ZRK, “On Amnesty” of 2 November 2022. 289 United Nations’ experts have earlier expressed concerns about misuse of the term “terrorist” in relation to protesters and political activists in Kazakhstan: UN Office of the High Commissioner for Human Rights: ‘Kazakhstan: UN experts condemn lethal force against protesters, misuse of term ‘terrorists’, 11 January 2022. 290 CC, Article 272 para. 1, except for defendants who are minors. 291 Amnesty Law, Article 1. 292 Amnesty Law, Article 3, paras. 1 and 2. 293 Amnesty Law, Article 3, para. 3.
35 criminal prosecutions on behalf of the State.”294 The Prosecutor’s office has the duty to protect and restore rights and freedoms of all citizens.295 In particular, it is mandated by law to supervise the legality of the activities of the State,296 particularly the activity of law enforcement and special state bodies in the spheres of pre-trial investigation297 and implementation of coercive measures.298
157. The Prosecution, contrary to judges, does not enjoy any guarantee of independence or autonomy, since by Constitution it is hierarchically organised,299 and answers directly to the President of the Republic.300
158. Investigations into cases of torture related to the January 2022 events were initially carried out by the Anti-Corruption Agency; however, the legislative amendments enacted in late 2022 ensured that as of 1 January 2023 Prosecutors are exclusively responsible for investigations into torture.301 The Ministry of Interior has jurisdiction to investigate inhuman, cruel, or degrading treatment.302 The division of jurisdiction based on the legal qualification of the offense is problematic, as it may not be evident in the early stages of an investigation whether the threshold for torture has been met. Qualifying the offence at an early stage is often difficult, as not all the evidentiary elements have been collected, and unnecessary, as the primary concern should be ensuring the integrity and impartiality of the investigation. This formal division of jurisdiction may also result in the transfer of cases between the prosecutor and the Ministry of Interior, fragmenting competencies and knowledge, potentially hindering the effectiveness and coherence of the investigation. Moreover, since some of the suspects who may have committed the alleged torture may be employees of the Ministry of Interior, entrusting the investigation of all criminal offenses under Article 146 to the prosecutor's office would offer greater guarantees of impartiality.
159. Article 101, para. 2 of the CPC obliges the administration of detention facilities to forward complaints from arrested or detained individuals regarding torture or other cruel, inhuman, or degrading treatment to the body conducting criminal proceedings.303 Complaints about investigators, interrogating officers, heads of inquiry bodies, or prosecutors’ actions and decisions should be sent to a higher prosecutor. All other complaints must be submitted to the appropriate person or body no later than the day following their receipt.304
160. After the January 2022 events the Government of Kazakhstan enacted regulatory measures to prevent or at least diminish future occurrences of torture. The Government informed the UN Committee against Torture that regulations were being amended to inform the prosecutor about each fact that a medical worker has identified bodily injuries on a person held in pre-trial detention centres or penitentiary institution.
294 Law on the Prosecutor’s Office of November 5, 2022, No. 81-VI, Article 1. 295 Ibid., Article 4. 296 Ibid., Article 6. 297 Ibid., subpara. 1. 298 Ibid, subpara. 1. 299 Constitution, Article 83, para. 2. 300 Constitution, Article 44, para. 1, subpara. 4. See also Law on Prosecutor’s office, Article 3, para. 2. 301 CPC, Article 193, para. 1, subpara. 12-1, as amended by Law No 157-VII. 302 CPC, Article 187. 303 Depending on the stage of the criminal proceedings, this may entail the court and the body conducting the investigation, i.e. prosecutor and the competent investigative body (See CPC, Article 7 para. 26). 44.a). 304 CPC, Article 101, para. 1.
36 161. As a positive development, in July 2022, the Ministry of Health approved an electronic form for documenting traces of injuries and psychological traumas305 based on the principles of the Istanbul Protocol.306 Doctors of primary health care organisations, such as trauma clinics and outpatient clinics, are now required to document signs of bodily injury as a result of torture using the Istanbul Protocol standards.307
11.2. Compensation for victims of human rights violations
11.2.1. International standards 162. International legal standards call on States to create an adequate national mechanism for victims that provides them with fair and appropriate compensation.308 Such mechanisms should recognise victims of crimes and add to their healing process, helping them recover from crime and restoring their confidence in the State.309
163. In the Istanbul Document of 1999, OSCE participating States committed to “assist the victims [of torture] and co-operate with relevant international organisations and non- governmental organisations as appropriate.”310
164. The CAT, the ICCPR and other international legal instruments require that State compensation is made available for victims of torture. To this end they must enact legislation that actually makes it possible for survivors of torture and their dependents to obtain redress.311
165. The UN Committee against Torture emphasised that “a person should be considered a victim regardless of whether the perpetrator of the violation is identified, apprehended,
305 The Ministry of Health’s Regulation “About the approval of forms of accounting documentation in the area of health care, as well as instructions for filling them out”, of 30 October 2020 provides forms according to which the torture and bodily injuries should be documented, according to the Istanbul Convention. 306 UN OHCHR, Manual on the Effective Investigation and Documentation of Torture and Other Cruel, Inhuman or Degrading Treatment or Punishment, 2022. 307 CPC, Article 101, para, 2, last sentence: “The administration of places of detention shall send other complaints no later than the day after their receipt to a person or body, dealing with the case.” Moreover, in pursuance of the Presidential Decree No. 622 of 19 July 2021 On measures to further improve the public administration of Kazakhstan, the functions and powers of the Ministry of Internal Affairs (hereinafter referred to as the Ministry of Internal Affairs) in the field of medical support for persons held in pre-trial detention centres and correctional institutions of the penal system, transferred to the jurisdiction of the Ministry of Health. Medical workers are independent from the administration of institutions. See UN Committee against Torture, Consideration of reports submitted by States parties under Article 19 of the Convention, Responses from Kazakhstan to the list of issues in connection with the consideration of its fourth periodic report, received on 15 February 2023.Presidential Decree No. 622 of 19 July 2021 On measures to further improve the public administration of Kazakhstan (see here the announcement made by the Ministry of Interior). 308 CAT, Article 14; ICCPR, Article 2 para. 3 lett. B) and 7. See also OHCHR, Reporting under the International Covenant on Civil and Political Rights: Training Guide, 2021, p. 33 and 46. 309 See, for example, European Commission, Strengthening Victims’ Rights: From Compensation to Reparation. For a New EU Victims’ Rights Strategy 2020-2025, 2019, p 17. 310 OSCE, Istanbul Document 1999, Commitment 21. 311 UN Committee against Torture, General comment No. 3 (2012) on the implementation of article 14 by States parties, 13 December 2012, para. 27; ICCPR, Article 2 para. 3, and 7. See also CoE Resolution (77) 27 on the compensation of victims of crime, Article 1; CoE, Recommendation Rec(2006)8 of the Committee of Ministers to member states on assistance to crime victims, 14 June 2006, Article 8 para. 1; UN Declaration of Basic Principles of Justice for Victims of Crime and Abuse of Power, 29 November 1985, principle 12.
37 prosecuted or convicted”;312 furthermore, “the victim’s claim for reparation should not be dependent on the conclusion of a criminal proceeding. The UN Committee against Torture considers that compensation should not be unduly delayed until criminal liability has been established.”313 In fact, States should “ensure that victims obtain redress, even in the absence of a complaint, when there are reasonable grounds to believe that torture or ill- treatment has taken place.”314
166. The UN Committee against Torture also underlined that States should not create obstacles that impede an effective redress for victims. Such obstacles include “inadequate national legislation, discrimination with regard to accessing complaints and investigation mechanisms and procedures for remedy and redress; inadequate measures for securing the custody of alleged perpetrators, State secrecy laws, evidential burdens and procedural requirements that interfere with the determination of the right to redress; statutes of limitations, amnesties and immunities; the failure to provide sufficient legal aid and protection measures for victims and witnesses; as well as the associated stigma, and the physical, psychological and other related effects of torture and ill-treatment.315
167. The UN Declaration of Basic Principles of Justice for Victims of Crime and Abuse of Power, which lays down international standards on ways to provide victims with compensation, frames access to compensation as an entitlement of all crime victims who should be able to access compensation with ease and efficiency.316 Key to ensuring access to compensation is to keep administrative procedures simple and minimise formalities.317 Thus, national legislation should describe precisely when, and when not, a victim is eligible for compensation, to ensure that decisions on compensation are fair and not arbitrary.
168. When it comes to the amount of the compensation, according to the UN Committee against Torture, this must be sufficient “to compensate for any economically assessable damage resulting from torture or ill-treatment, regardless of whether, whether pecuniary or non- pecuniary”.318 This may include: reimbursement of medical expenses and provision of funds to cover the costs of future medical or rehabilitation services necessary for the victim to achieve the fullest possible rehabilitation; compensation for material or non-material damage as a result of physical and mental harm; compensation for losses in the form of earnings and possible earnings due to disability resulting from the use of torture or ill- treatment; and compensation for lost opportunities such as employment and education. In addition, adequate compensation awarded by State Parties to a victim of torture or ill- treatment should provide for the provision of legal or professional assistance to the victim and other costs associated with filing a claim for redress.319
169. While the nature and extent of awards of compensation depends on the financial resources of each country and therefore is likely to vary greatly across jurisdictions, compensation
312 UN Committee against Torture, General comment No. 3, para. 3. 313 Ibid., para. 26. 314 Ibid., para. 27. 315 Ibid., para. 38. 316 UN Declaration of Basic Principles of Justice for Victims of Crime and Abuse of Power, 29 November 1985, principles 4 and 5. 317 See, for example, EU Directive 2012/29/EU of the European Parliament and of the Council of 25 October 2012 establishing minimum standards on the rights, support and protection of victims of crime, Article 3. 318 UN Committee against Torture, General comment no. 3, para. 10. 319 UN Committee against Torture, General comment no. 3, para. 10.
38 should be ‘fair and appropriate’ reflecting the gravity of the injuries in a specific case.320 Fair and appropriate compensation does not necessarily require the complete reparation of all losses suffered, but it should represent a contribution to the reparation of the suffering to which the victim has been exposed.321 It should remedy the losses suffered by victims and their dependents, to the extent that money can do this.
11.2.2. Domestic Legal Framework
170. In Kazakhstan, rules on victim compensation are laid out in several legal documents. Under the CPC, a victim of a criminal offence, including torture, has the right to seek compensation from the perpetrator of that criminal offence.322 Such compensation will be ordered by the relevant court and can cover both physical and moral harm.323 Victims can also seek ‘full compensation’ from the offender through a separate civil proceeding.
171. Moreover, victims of serious crimes including torture have the right to obtain a lump-sum payment from a State Fund established through the 2018 Law “On the Victim Compensation Fund” (LVCF).324 Through the Fund, the State advances part of the compensation to the victim, with the idea of later recovering from the offender any amounts paid. The Fund therefore acts as a guarantee that victims receive at least some compensation.
172. To obtain compensation, the victim must submit inter alia, a statement alleging the grounds for compensation, copy of a decision by the body conducting the criminal proceedings on recognizing the person as a victim,325 and medical documents confirming the nature and severity of the harm caused to the health of the victim (in the event of the death of the victim - copies of the death certificate or other document confirming the death of the victim).326
173. Victims can claim monetary compensation from the Fund,327 in the form of one lump sum payment.
320 UN Committee against Torture, General comment no. 3, para. 10. See also UN Basic Principles and Guidelines on the Right to a Remedy and Reparation for Victims of Gross Violations of International Human Rights Law and Serious Violations of International Humanitarian Law, 15 December 2005, principle 20. 321 Ibid. 322 CPC, Article 34 para. 2 and Articles 38-39. 323 According to the Supreme Court’s Normative Ruling no. 7, of 27 November 2015, moral harm as a manifestation of moral or physical suffering always accompanies torture, because torture, according to Article 146 of the Criminal Code, is “intentional infliction of physical and (or) mental suffering”. 324 Law No. 131-VI On the Victims' Compensation Fund, 10 January 2018. 325 LVCF, Article 8 para. 1, and Article 6 para. 4. 326 LVCF, Article 8, para. 6. 327 See LVCF, Article 1 para. 3 and 4, Article 11 para. 1 and 2.
39
ПРИЛОЖЕНИЕ I
МЕЖДУНАРОДНЫЕ СТАНДАРТЫ И НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО
ДОКЛАД О РЕЗУЛЬТАТАХ МОНИТОРИНГА СУДЕБНЫХ ПРОЦЕССОВ
КАЗАХСТАНЕ
(ноябрь 2022 г. – декабрь 2023 г.) Содержание 1. Соображения, касающиеся независимости судей и прокуроров ...................................... 3
1.1. Международные стандарты ............................................................................................ 3
1.2. Национальная нормативно-правовая база .................................................................... 6
2. Право на публичное разбирательство............................................................................... 7
2.1. Международные стандарты ............................................................................................ 7
2.2. Национальная нормативно-правовая база ..................................................................10
3. Презумпция невиновности .............................................................................................. 11
3.1. Международные стандарты .......................................................................................... 11
3.2. Национальная нормативно-правовая база ..................................................................12 4. Рассмотрение судами заявлений о доказательствах, полученных с помощью пыток или других видов жестокого обращения .......................................................................................13
4.1. Международные стандарты .......................................................................................... 13
4.2. Национальная нормативно-правовая база ..................................................................15
5. Право на свободу..............................................................................................................16
5.1. Международные стандарты .......................................................................................... 16
5.2. Национальная нормативно-правовая база ..................................................................18
6. Беспристрастность суда и равенство сторон...................................................................19
6.1. Международные стандарты .......................................................................................... 19
6.2. Национальная нормативно-правовая база ..................................................................22 7. Право быть информированным о предъявленном обвинении и подготовить свою защиту......................................................................................................................................25
7.1. Международные стандарты .......................................................................................... 25
7.2. Национальная нормативно-правовая база ..................................................................26
8. Право на справедливое разбирательство в онлайн-слушаниях .....................................27
8.1. Международные стандарты .......................................................................................... 27
8.2. Национальная нормативно-правовая база ..................................................................29
9. Право на мотивированное судебное решение .................................................................30
9.1. Международные стандарты .......................................................................................... 30
9.2. Национальная нормативно-правовая база ..................................................................32
10. Право подсудимого на эффективное средство правовой защиты ............................. 33
10.1. Международные стандарты ........................................................................................ 33
2 10.2. Национальная нормативно-правовая база.................................................................35
11. Право жертв на эффективное средство правовой защиты ........................................36
11.1. Уголовное преследование за нарушения прав человека .......................................36
11.1.1. Международные стандарты .................................................................................36
11.1.2. Национальная нормативно-правовая база ............................................................ 38
11.2. Компенсация жертвам нарушений прав человека.....................................................43
11.2.1. Международные стандарты .................................................................................43
11.2.2. Национальная нормативно-правовая база ............................................................ 45
1. Соображения, касающиеся независимости судей и прокуроров
1.1. Международные стандарты 1. Эффективно функционирующая и независимая судебная система является важнейшим условием справедливого и беспристрастного отправления правосудия. Право на рассмотрение дела независимым судом, созданным на основании закона, как необходимое условие для справедливого судебного разбирательства, требует, чтобы слушания проводились судьями, которые являются беспристрастными и свободными от какого-либо неправомерного влияния.
2. По мнению КПЧ, требование, касающееся независимости и беспристрастности суда, по смыслу пункта 1 статьи 14 МПГПП является абсолютным правом, которое не подлежит никаким исключениям.1 Для того чтобы судьи были действительно независимыми, необходимо четкое разделение полномочий между исполнительными и судебными органами власти. Согласно КПЧ, «ситуация, при которой функции и компетенция судебных органов и органов исполнительной власти четко не разграничены или когда последние оказываются в состоянии контролировать или направлять деятельность первых, не совместима с понятием независимого суда»2.
3. КПЧ также подтвердил, что для того, чтобы суд или иной орган судебной власти отвечал требованиям независимости в соответствии со статьей 14 МПГПП, в законе должны быть предусмотрены некоторые ключевые элементы, в том числе требования «…к порядку и условиям назначения судей и гарантиям их несменяемости до достижения установленного законом возраста выхода в отставку или же истечения срока их полномочий в тех случаях, когда такие сроки предусмотрены, условиям, регулирующим продвижение по службе, перевод, приостановление их деятельности и прекращение их функций и фактической независимости судей от политического вмешательства со стороны органов исполнительной и законодательной власти»3.
1 КПЧ, Замечание общего порядка № 32, п. 19. 2 Там же. 3 Там же.
3 4. Кроме того, Основные принципы ООН о независимости судебной власти устанавливают гарантии обеспечения подлинной независимости судебной системы, предусматривая стандарты, касающиеся назначения, пребывания в должности и перевода судей, распределения дел между отдельными судьями в рамках суда, а также требование о том, что трибуналы должны создаваться исключительно в соответствии с национальным законодательством4.
5. Государства-участники ОБСЕ неоднократно брали на себя обязательства по обеспечению независимости судебной системы, в частности в рамках Копенгагенского документа 1990 года5 и Московского документа 1991 года6. В Стамбульском документе 1999 года государства-участники ОБСЕ подчеркнули, что независимые судебные системы играют «ключевую роль в предоставлении правовой защиты от нарушений прав человека»7.
6. В Рекомендациях Киевской конференции по вопросам независимости судебной власти в странах Восточной Европы, Южного Кавказа и Центральной Азии (далее - «Киевские рекомендации») представлены инструкции по справедливому и прозрачному управлению судебной системой, включая отбор и назначение судей, их продвижение по службе, перевод, оценку и дисциплинарную ответственность судей, что имеет решающее значение для обеспечения независимости и беспристрастности судебной системы. Это включает в себя обязательство четко определить в законе процедуру и критерии отбора судей8, а также обязательство создать независимый, представительный и подотчетный общественности орган по избранию судей 9. В случаях, когда непосредственное назначение судьи находится в полномочиях президента государства, пределы его усмотрения должны быть сведены к кандидатурам, предложенным органом по избранию судей соответствующим органом; отказ назначить такого кандидата по процедурным основаниям должен быть мотивирован10.
4 ООН, Основные принципы независимости судебных органов, принятые седьмым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, состоявшимся в Милане с 26 августа по 6 сентября 1985 года, и одобрены резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 40/32 от 29 ноября 1985 г. 5 ОБСЕ, Документ Копенгагенского совещания , 29 июня 1990 г. Государства-участники считают, что «[...] что правовое государство означает не просто формальную законность, которая обеспечивает регулярность и последовательность в достижении и поддержании демократического порядка, но и справедливость, основанную на признании и полном принятии высшей ценности человеческой личности и гарантируемую учреждениями, образующими структуры, обеспечивающие ее наиболее полное выражение» (п. 2). 6 ОБСЕ, Документ Московского совещания Конференции по человеческому измерению СБСЕ, 4 октября 1991 г. Государства-участники обязались «соблюдать международно признанные нормы, касающиеся независимости судей […] и беспристрастного функционирования государственной судебной службы (п. 19.1) и «обеспечивать, чтобы независимость судебных органов была гарантирована и закреплена в конституции или законодательстве страны и соблюдалась на практике» (п. 19.2). 7 ОБСЕ, Стамбульский документ, Шестая Стамбульская встреча на высшем уровне, Стамбул, 18 – 19 ноября 1999 г. 8 ОБСЕ, Киевские рекомендации, п. 21. 9 Там же. 10 Там же, п. 23.
4 7. В Рекомендациях по вопросам независимости и подотчетности судебной власти БДИПЧ ОБСЕ (далее - «Варшавские рекомендации»)11 сформулированы международные стандарты и передовой опыт в отношении иных вопросов, связанных с судебной администрацией, в том числе связанных со сроком полномочий судей, несменяемостью и переводом судей в пределах одного суда или из одного суда в другой. «Перевод судей в пределах одного суда или из одного суда в другой должен осуществляться только с их собственного добровольного согласия. Кажущееся или фактическое отсутствие справедливости и прозрачности в практике перевода судей может ослабить их внутреннюю независимость и подорвать гарантии их пребывания в должности и несменяемости»12.
8. Кроме того, «перевод судей в рамках реорганизации судов не должен служить механизмом вмешательства исполнительной или законодательной власти в независимость судебной системы». «Перевод судей, осуществляемый в рамках реорганизации судов, должен в максимально возможной степени соответствовать общим принципам добровольности, справедливости и прозрачности». «В исключительных случаях упразднения или существенной реорганизации суда все действующие сотрудники этого суда должны быть в принципе переназначены в заменивший его суд (в случае наличия такового) или назначены в другой суд с равнозначным статусом и равноценным сроком полномочий». В противном случае, судье должна быть предоставлена полная компенсация за потерю должности13.
9. Хотя в соответствии с международными стандартами прокуроры не пользуются таким же уровнем независимости, как судьи, для эффективного и беспристрастного выполнения своих обязанностей им все же требуется определенная степень автономии. Римская хартия Консультативного совета европейских прокуроров (КСЕП), провозглашает принцип автономности и независимости прокуроров, подчеркивая, что независимость «должна быть гарантирована законодательно на максимально высоком уровне, сравнимом с независимостью судей». Таким образом, «прокуроры должны быть самостоятельными в принятии решений и, сотрудничая при этом с другими институтами, должны исполнять возложенные на них обязанности вне какого-либо внешнего давления или вмешательства со стороны органов исполнительной власти или парламента, учитывая при этом принципы разделения и подотчётности властей»14. Иерархическая система прокуратуры, напрямую подчиняющаяся исполнительной власти, может не обладать достаточной автономией для принятия решений, основанных исключительно на законе и существе каждого дела15. Прокуроры должны уважать независимость судов и судебной власти в целом16.
10. Хотя прокуратура может иметь иерархическую структуру, прокуроры должны быть независимы при принятии решений по порученным им делам. Недопустимы устные или письменные указания относительно окончательного исхода конкретного дела;
11 БДИПЧ ОБСЕ Рекомендации по вопросам независимости и подотчетности судебной власти («Варшавские рекомендации»), 27 октября 2023 г. 12 Варшавские рекомендации, п. 32. 13 Варшавские рекомендации, п. 33. 14 КСЕП, Римская хартия – Заключение №9 (2014) «О европейских нормах и принципах, касающихся прокуроров», пп. 33-34, цитируемые в Заключении БДИПЧ по проекту конституционного закона Республики Казахстан, 22 октября 2022 г., стр 8. 15 Международная ассоциация прокуроров (МАП), Стандарты профессиональной ответственности и положение об основных обязанностях и правах прокуроров, 1999 г. 16 КСЕП, Заключение № 13(2018), п. 38.
5 указания должны касаться только исправления процессуальных недочетов, решений, неправомерных с точки зрения закона или не подкрепляемых имеющимися доказательствами, нарушений прав человека или требований о проведении дополнительных следственных действий. Все указания должны быть обоснованы, оформлены в письменной форме и должны быть законными. Если эти условия не выполнены, прокурор должен иметь право оспаривать выданные ему указания либо в суде, либо в другом независимом органе17.
1.2. Национальная нормативно-правовая база 11. Вопросы судебной системы и гарантий независимости, статуса и прав судей в Казахстане регулируются, прежде всего, Конституцией 1995 года и Конституционным законом Республики Казахстан 2000 года «О судебной системе и статусе судей Республики Казахстан» (далее – «Конституционный закон 2000 года»)18.
12. Согласно Конституции, «[С]удья при отправлении правосудия независим и подчиняется только Конституции и закону»19 и «какое-либо вмешательство в деятельность суда по отправлению правосудия недопустимо и влечет ответственность по закону»20. В Конституционном законе 2000 года подчеркивается, что «никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела с соблюдением всех требований закона и справедливости компетентным, независимым и беспристрастным судом»21. В соответствии с Конституцией, «[П]равосудие в Республике Казахстан осуществляется только судом»22, а «суды состоят из постоянных судей, независимость которых защищается Конституцией и законом. Полномочия судьи могут быть прекращены или приостановлены исключительно по основаниям, установленным законом»23.
13. Судебная система состоит из трех инстанций: суды первой инстанции, апелляционные и кассационные суды. Как правило, уголовное правосудие по первой инстанции осуществляется районными судами с территориальной юрисдикцией, за исключением особо тяжких преступлений, которые рассматриваются специализированными уголовными судами с территориальной юрисдикцией. Апелляционный пересмотр решений судов первой инстанции осуществляется судебной коллегией по уголовным делам при районных судах или городских судах городов с особым статусом. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда осуществляет кассационный пересмотр законности решений нижестоящих судов. Военные суды рассматривают
17 См. БДИПЧ, «Укрепление функциональной независимости прокуроров в восточноевропейских государствах-участниках: Отчет по оценке потребностей», 4 марта 2020 г., п. 38, также см. Стандарты МАП, п. 6 (i). 18 Закон № 132-II «О судебной системе и статусе судей Республики Казахстан», 25 декабря 2000 г. (далее – «Конституционный закон 2000 года»). 19 Конституция РК, статья 77, п. 1. 20 Конституция РК, статья 77, п. 2. 21 Конституционный закон 2000 г., статья 1, п. 2. 22 Конституция РК, статья 75. 23 Конституция РК, статья 79.
6 дела о преступлениях, совершенных военнослужащими, а их апелляционные решения пересматривает Военный суд Республики Казахстан, расположенный в Астане24.
14. Статья 83 Конституции и статья 1 закона Республики Казахстан «О прокуратуре»25, определяющие основную роль прокуратуры, определяют, что данный орган «осуществляет высший надзор за соблюдением законности на территории Республики Казахстан, представляет интересы государства в суде и от имени государства осуществляет уголовное преследование».
15. Согласно статье 3 закона «О прокуратуре», прокуратура осуществляет свои полномочия на основе принципов независимости от других государственных органов и должностных лиц, подотчетности лишь Президенту Республики Казахстан и гласности. Статьи 4 (4) и 6 закона «О прокуратуре» гласят, что прокуратура также выполняет иные задачи, определяемые актами Президента Республики Казахстан, а статья 8 устанавливает, что Генеральный прокурор и его заместители подотчетны непосредственно Президенту.
2. Право на публичное разбирательство
2.1. Международные стандарты 16. Публичность судебного слушания обеспечивает прозрачность уголовного процесса и служит важной гарантией права на справедливое судебное разбирательство. И ВДПЧ, и МПГПП подтверждают право каждого человека на публичное разбирательство любого предъявленного ему уголовного обвинения26. ЕКПЧ содержит идентичное требование27. Право на публичное судебное разбирательство также полностью признано в обязательствах ОБСЕ28.
17. Требование соблюдать публичность судебных заседаний не является абсолютным. МПГПП предусматривает, что публика может не допускаться на судебное разбирательство, в том числе, «по соображениям [...] общественного порядка или государственной безопасности в демократическом обществе, или — в той мере, в какой это, по мнению суда, строго необходимо, — при особых обстоятельствах, когда публичность нарушала бы интересы правосудия»29. Однако любое ограничение допустимо только в том случае, если оно строго необходимо и соразмерно законной цели, которую оно должна преследовать.30
24 Поправка к Конституции (Закон «О внесении изменений и дополнений в Конституцию Республики Казахстан» от 8 июня 2022 года), принятая на референдуме 5 июня 2022 года, вновь ввела в судебную систему Казахстана Конституционный суд, заменив ранее существовавший Конституционный совет. Теперь граждане могут обращаться в Конституционный суд с запросом о проверке конституционности актов, непосредственно затрагивающих их права и свободы. 25 См. закон Республики Казахстан «О прокуратуре» от 5 ноября 2022 г., № 155-VII. 26 ВДПЧ, статья 10; МПГПП, статья 14. 27 ЕКПЧ, статья 6, п. 1. 28 Документ Копенгагенского совещания, 29 июня 1990 г., п. 5.16. 29 МПГПП, статья 14. 30 См. КПЧ, «Турон против Уругвая» [Touron v. Uruguay], 31 марта 1981 г., п. 12 и КПЧ, «Вайс против Уругвая» [Weisz v. Uruguay], 8 мая 1978 г., п. 16. Также см. ЕСПЧ, «Осман против Великобритании» [Osman
7 18. Государства-участники ОБСЕ обязались обеспечить, что судебные разбирательства будут закрытыми (in camera) «лишь при наличии обстоятельств, предписанных законом и соответствующих обязательствам по международному праву и международным обязательствам»31.
19. Как КПЧ, так и ЕСПЧ подчеркнули, что принципы необходимости и соразмерности являются важнейшими гарантиями против произвольных ограничений права на публичное судебное разбирательство. В своем Замечании общего порядка № 32 КПЧ заявил, что любые ограничения на открытый характер судебного разбирательства должны быть необходимыми и соразмерными преследуемой законной цели, такой как защита государственной безопасности, общественного порядка или частной жизни участвующих сторон. В деле «Гридин против Российской Федерации» КПЧ признал нарушение статьи 14(1) МПГПП, поскольку национальные суды не предоставили адекватных причин для недопущения публики к судебному процессу, подчеркнув, что любые ограничения должны быть подкреплены конкретными обоснованиями. Аналогичным образом, ЕСПЧ неоднократно заявлял, что любые ограничения в отношении открытого характера судебного разбирательства должны быть строго необходимыми и соразмерными преследуемым законным целям, и что суды должны предоставлять подробные обоснования таких ограничений32.
20. Например, в деле «Рипан против Австрии» ЕСПЧ постановил, что недопущение публики ко всему судебному процессу в качестве меры безопасности было нарушением статьи 6 ЕКПЧ, определив, что «случаи, в которых соображения безопасности оправдывают недопущение публики к судебному процессу, встречаются редко» 33. В деле «Чаушев и другие против Российской Федерации» ЕСПЧ установил, что неспособность национальных судов изначально обосновать решение о проведении закрытого судебного разбирательства опровергает последующее оправдание этого ограничения соображениями безопасности, и является нарушением права на публичное судебное разбирательство34. В деле «Белашев против Российской Федерации» суд счел, что само по себе наличие секретной информации в материалах дела не означает автоматической необходимости проведения закрытого для публики судебного процесса без оценки пропорциональности необходимости обеспечить открытость процесса по сравнению с другими соображениями общественного интереса35.
v. the United Kingdom], 28 октября 1998 г., п.п. 147–154; ЕСПЧ, «Уэйт и Кеннеди против Германии» [Wait and Kennedy v. Germany], 18 февраля, п.п. 59–67. 31 Документ Копенгагенского совещания, 29 июня 1990 г., п. 12. 32 См., напр., ЕСПЧ, «Репан против Австрии» [Riepan v. Austria], 14 ноября 2000 г., и ЕСПЧ, [Martinie v. France] [БП], 12 апреля 2006 г. 33 ЕСПЧ, «Репан против Австрии», цит., п. 34. 34 ЕСПЧ, «Чаушев и др. против Российской Федерации» [Chaushev and Others v. Russia], 25 октября 2016 г., п. 24. 35 ЕСПЧ, «Белашев против Российской Федерации» [Belashev v. Russia], 4 декабря 2008 г., п. 83. Суд постановил, что «возможно, государству важно оберегать свои тайны, однако гораздо важнее обеспечить правосудие всеми необходимыми гарантиями, среди которых одной из наиболее значительных является гласность. Прежде чем закрыть доступ общественности к уголовному разбирательству, суду следует убедиться, что это необходимо в целях защиты важных государственных интересов, и ограничить секретность в той мере, в какой это необходимо для защиты таких интересов» (там же).
8 21. В случае отсутствия таких исключительных обстоятельств разбирательство должно быть открытым для широкой публики, включая представителей средств массовой информации, и не должно, например, ограничиваться определенной категорией лиц36. Например, в деле «Эстрелья против Уругвая» КПЧ пришел к выводу, что в силу того, что государство не смогло обосновать необходимость ограничения права на публичное судебное разбирательство, проведение закрытого судебного заседания являлось нарушением статьи 14 МПГПП37.
22. Даже в тех случаях, когда «публика лишена доступа на судебное разбирательство, судебное постановление, включая основные выводы, доказательства и правовую аргументацию, должно быть предано гласности»38. Как отметил ЕСПЧ: «Публичность судебных решений направлена на обеспечение контроля за деятельностью судебной власти со стороны общественности и является основной гарантией защиты от произвола»39.
23. В отношении публичного характера судебных слушаний, проводимых в режиме онлайн, ЕСПЧ указал, что проведение судебного процесса дистанционно, с подключением сторон в режиме онлайн, не обязательно нарушает принцип открытости уголовного процесса; однако с целью обеспечения состязательности процесса доказательства, как правило, должны быть представлены на публичном слушании в присутствии обвиняемого40. В своем «Регламенте организации применения видеоконференцсвязи в судах» Европейская комиссия по эффективности правосудия (ЕКЭП) подчеркнула, что суд должен обеспечить аудио- и видеотрансляцию процесса для всех его участников и публики41. Суд должен предусмотреть подробную процедуру для обеспечения публичности разбирательства, например, предоставить возможность представителям общественности присутствовать на онлайн-слушаниях в режиме реального времени или же загружать записи слушаний на веб-сайт суда42.
24. УВКПЧ подчеркнуло необходимость соблюдения этих принципов и в ходе онлайн- слушаний путем предоставления публики и СМИ информации о времени и месте проведения слушаний, когда это необходимо, а также путем обеспечения надлежащих условий, в частности технических средств, для присутствия заинтересованных представителей публики на онлайн-слушаниях43. В своей публикации «Право на справедливое судебное разбирательство в условиях чрезвычайных ситуаций в области здравоохранения» БДИПЧ рекомендовало, «чтобы слушания в онлайновом
36 КПЧ, Замечание общего порядка № 32, п. 29. Однако в соответствии с п. 28 Замечания общего порядка № 32 КПЧ, Требование об открытости слушаний для публики необязательно применяется ко всем апелляционным производствам, которые могут проводиться на основе письменных представлений. 37 КПЧ, «Мигель Анхель Эстрелла против Уругвая» [Miguel Angel Estrella v. Uruguay], Сообщение № 74/1980, п. 10. 38 КПЧ, Замечание общего порядка № 32, п. 29. По мнению КПЧ, единственным исключением являются случаи, когда интересы несовершеннолетних требуют иного, или, когда разбирательство касается матримониальных споров или опеки над детьми (там же). 39 ЕСПЧ, «Раза против Болгарии» [Raza v. Bulgaria], 11 февраля 2010 г., п. 53. 40 См., напр., ЕСПЧ, «А. М. против Италии», [A.M. v Italy], 14 декабря 1999 г., п. 25. 41 Европейская комиссия по вопросам эффективности правосудия, Guidelines on videoconferencing in judicial proceedings («Регламент организации применения видеоконференцсвязи в судах»), 1 июля 2021 г., принцип 7. 42 Там же, принцип 12. 43 УВКПЧ, «Онлайн слушания в системе правосудия», стр. 4.
9 и гибридном формате были по возможности максимально публичными. Доступ публики к слушаниям можно обеспечить путем разрешения зрителям следить за разбирательствами в режиме реального времени или путем загрузки аудио- или видеозаписи на веб-сайты судов»44.
2.2. Национальная нормативно-правовая база 25. УПК Казахстана предусматривает гарантии гласности уголовного процесса, устанавливая, что разбирательство уголовных дел во всех судах и судебных инстанциях происходит открыто45, а также, что приговор суда и постановления, принятые по делу, во всех случаях провозглашаются публично46. Кроме того, суды обязаны публиковать графики рассмотрения судебных дел в Интернете и предоставлять такую информацию по письменным запросам47.
26. Однако публика может не допускаться на судебные процессы, связанные с сенситивными уголовными разбирательствами, в том числе те, в которых безопасность потерпевших, свидетелей или других лиц может быть поставлена под угрозу48. «Ограничение гласности судебного разбирательства допускается лишь, когда это противоречит интересам охраны государственных секретов и иной охраняемой законом тайны»49.
27. Кроме того, КПЧ уточняет, что доказательства, содержащие сведения, составляющие государственную тайну, должны быть представлены в ходе закрытого судебного заседания50, а в случае, если речь идет о других тайнах, охраняемых законом, судья вправе по своему усмотрению решать, будет ли заседание открытым или закрытым51.
28. Вопреки общему правилу, согласно которому приговоры и решения по всем делам должны быть обнародованы52, в уголовных делах, которые рассматриваются (полностью) в ходе закрытых судебных заседаний, обнародуются только вводная и резолютивная часть приговора53. Кроме того, хотя, согласно общему правилу, суды должны мотивировать свое решение о недопущении публики на судебное заседание54, в делах, связанных с государственной тайной, в мотивировке приговоров, будь то оправдательный или обвинительный приговор, не должны упоминаться обстоятельства, послужившие основанием для проведения судебного разбирательства в закрытом режиме55.
44 БДИПЧ, «Право на справедливое судебное разбирательство в условиях чрезвычайных ситуаций в области здравоохранения», стр. 16. 45 УПК РК, статья 29, п. 1, первое предложение. 46 УПК РК, статья 29, п. 3, первое предложение. 47 См. закон «О доступе к информации» , статья 11, п. 4, подпункт 6, статья 16, п. 5, подпункт 2. 48 УПК РК, статья 29, п. 1, третье предложение и статья 98, п. 1. 49 УПК РК, статья 29, п. 1, второе предложение. 50 УПК РК, статья 47, п. 5. 51 УПК РК, статья 47, п. 6. 52 УПК РК, статья 29, п. 3, первое предложение. 53 УПК РК, статья 29, п. 3, второе предложение. 54 УПК РК, статья 29, п. 1, третье предложение. 55 УПК РК, статья 397, п. 4 и статья 399, п. 3.
10 29. На практике в таких случаях суд обнародует только личные данные подсудимых, состав преступления, в котором они были признаны виновными, и вынесенный приговор.
3. Презумпция невиновности
3.1. Международные стандарты 30. Презумпция невиновности – это основополагающий принцип, закрепленный в международном праве прав человека, который защищает права обвиняемого в уголовном процессе. Статья 11 ВДПЧ и пункт 2 статьи 14 МПГПП требуют, чтобы человек считался невиновным до тех пор, пока его вина не будет доказана в соответствии с законом. Государства-участники ОБСЕ также включили этот принцип в свои обязательства в качестве одного из основных элементов правосудия, заявив, что «каждый считается невиновным, пока виновность его не будет доказана согласно закону»56.
31. КПЧ заявил, что право на презумпцию невиновности рассматривается как норма обычного международного права, и поэтому оно применяется всегда и при любых обстоятельствах57. Согласно Своду принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой-либо форме, «задержанное лицо, подозреваемое или обвиняемое в совершении преступления, считается невиновным и имеет право на обращение с ним как с таковым до тех пор, пока его виновность не будет доказана согласно закону в ходе открытого судебного разбирательства, на котором оно располагало всеми гарантиями, необходимыми для своей защиты»58.
32. Право на презумпцию невиновности влечет за собой ряд последствий. Во-первых, органы, участвующие в привлечении лица к уголовной ответственности, должны воздерживаться от каких-либо заявлений или оценок относительно вины обвиняемого до вынесения решения по делу. КПЧ неоднократно заявлял, что публичные заявления судебных органов, подразумевающие вину обвиняемого до вынесения приговора, нарушают принцип презумпции невиновности59.
33. Во-вторых, КПЧ указал, что презумпция невиновности, имеющая основополагающее значение для защиты прав человека, возлагает обязанность доказывания на обвинение, гарантирует, что никакая вина не может быть презюмирована до тех пор, пока виновность не была доказана вне всяких разумных сомнений, обеспечивает, чтобы сомнения толковались в пользу обвиняемого60.
56 ОБСЕ, Копенгагенский документ, 29 июня 1990 г., п. 5.19. 57 См. КПЧ, Замечание общего порядка № 29, п.п. 11 и 16; Замечание общего порядка №32, п. 6. 58 ООН, Свод принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой-либо форме, принятый Генеральной Ассамблеей ООН 9 декабря 1988 года, принцип 36, пункт 1. 59 КПЧ, «Гридин против Российской Федерации» [Gridin v. Russian Federation], 20 июля 2000 г., п.п. 3.5 и 8.3: «[В]се государственные власти обязаны воздерживаться от предопределения исхода судебного процесса, например, избегая публичных заявлений, подтверждающих вину обвиняемого». Также см. ЕСПЧ, «Дактарас против Литвы» [Daktaras v Lithuania], 10 октября 2000 г., п. 43. 60 КПЧ, Замечание общего порядка №32, п. 30. Также см. КПЧ, «Собхрадж против Непала» [Sobhraj v Nepal], 27 июля 2010 г., п. 7.3. Дополнительные соображения см. также в главе 9.
11 34. В-третьих, положение обвиняемых в суде или обращение с ними не должно предполагать их виновности. Согласно КПЧ, с любым человеком, обвиняемым в преступлении, следует обращаться в соответствии с принципом презумпции невиновности, который подразумевает, что «в ходе судебного разбирательства подсудимые по общему правилу не должны заковываться в наручники или содержаться в клетках или каким-либо иным образом представать на суде в обличии, указывающем на то, что они могут быть опасными преступниками»61. КПЧ также подчеркнул: «Гуманное обращение со всеми лицами, лишёнными свободы, при уважении их достоинства, является основополагающим правилом универсального применения»62.
35. КПЧ также постановил, что средствам массовой информации следует воздерживаться от подачи новостей таким образом, который подрывает принцип презумпции невиновности63. Аналогичным образом ЕСПЧ постановил, что активная кампания в СМИ в некоторых случаях может нанести ущерб справедливости судебного разбирательства, повлияв на общественное мнение и, тем самым, на суды, призванные вынести решение о виновности или невиновности обвиняемого64.
3.2. Национальная нормативно-правовая база 36. Согласно Конституции Республики Казахстан, «лицо считается невиновным в совершении преступления, пока его виновность не будет признана вступившим в законную силу приговором суда»65. В Нормативном постановлении Верховного суда № 4 «О судебном приговоре» от 2018 года также подчеркивается, что суды ориентируются на строгое и неукоснительное соблюдение этого принципа. Кроме того, обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность66 и любые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого67. В соответствии с Конституцией, доказательства, полученные незаконным способом, не имеют юридической силы68.
37. В статье 19 УПК изложен принцип презумпции невиновности в контексте уголовного судопроизводства. Она, в частности, гласит, что никто не обязан доказывать свою невиновность69 и что неустранимые сомнения в виновности подозреваемого, обвиняемого, подсудимого толкуются в их пользу70. В ней также подчеркивается, что обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и должен быть
61 КПЧ, Замечание общего порядка №32, п. 30. 62 КПЧ, Замечание общего порядка № 21, статья 10: Гуманное обращение с лицами, лишенными свободы, п. 4. 63 КПЧ, Замечание общего порядка №32, п. 30. Примеры и рекомендации по ответственному освещению в СМИ, не нарушающему презумпцию невиновности обвиняемого, см. в публикации проекта «Ариса» «The presumption of innocence and the media coverage of criminal cases» («Презумпция невиновности и освещение уголовных дел в СМИ). 64 См. ЕСПЧ, «Кузьмин против Российской Федерации» [Kuzmin v. Russia], 18 марта 2010 г., п. 62. Также см., ЕСПЧ, «Вьорел Бурзо против Венгрии» [Viorel Burzo v. Romania], 30 июня 2009 г., п. 158. 65 Конституция, статья 77, п. 3, подпункт 1. 66 Там же, подпункт 6. 67 Там же, подпункт 8. 68 Там же, подпункт 9. 69 УПК РК, статья 19, п. 2. 70 Там же, п. 3.
12 подтвержден достаточной совокупностью допустимых и достоверных доказательств . 71
38. Согласно статье 23 УПК, обязанность доказывания вины лица в совершении уголовного правонарушения возлагается на органы уголовного преследования72. Органом, ведущим уголовный процесс, должны быть выяснены как уличающие, так и оправдывающие обстоятельства73.
39. В целях сохранения видимости беспристрастности суда и презумпции невиновности УПК предписывает, что судья не вправе разглашать свои мнения и суждения, определяющие решение по делу до оглашения приговора74.
4. Рассмотрение судами заявлений о доказательствах, полученных с помощью пыток или других видов жестокого обращения
4.1. Международные стандарты 40. Право не давать показаний против себя и не признавать себя виновным является одним из основных видов правовой защиты, тесно связанных с правом на справедливое судебное разбирательство и принципом презумпции невиновности. Оно прямо закреплено в статье 14 МПГПП, которая гласит, что обвиняемый не должен быть принуждаем к «даче показаний против самого себя или к признанию себя виновным»75.
41. КПЧ установил нарушение этого положения, когда признания обвиняемых были получены под принуждением и использованы в качестве доказательств против них. Комитет подчеркнул, что использование принудительных признаний подрывает право на справедливое судебное разбирательство и принцип презумпции невиновности76.
42. Нарушение этого права вызывает особую озабоченность, когда методы, используемые для принуждения к признанию вины, связаны с серьезными нарушениями прав человека, такими как пытки или другие виды жестокого обращения. Прибегать к таким методам, чтобы заставить обвиняемого признать свою вину, строго запрещено: как однозначно заявил КПЧ, «недопустимо обращаться с обвиняемым лицом способом, противоречащим статье 7 Пакта, чтобы добиться от него признания»77. Согласно международным стандартам, включая КПП, любое заявление, которое, как установлено, было сделано в результате этих действий, не должно использоваться в
71 Там же, п. 4. 72 УПК РК, статья 23, п. 3. 73 УПК РК, статья 24, п. 5. 74 УПК РК, статья 389, п. 3. 75 МПГПП, статья 14, п. 3 (g). 76 См., напр., КПЧ, «Гридин против Российской Федерации» [Gridin v. Russian Federation], 20 июля 2000 г. 77 См. КПЧ, «Курбонов против Таджикистана» [Kurbonov v. Tajikistan], 16 марта 2006 г., п.п. 6.2 – 6.4; «Шукурова против Таджикистана» [Shukurova v. Tajikistan], 17 марта 2006 г., п.п. 8.2 – 8.3; «Сингараса против Шри-Ланки» [Singarasa v. Sri Lanka], 21 июля 2004 г., п. 7.4; «Деолалл против Гайаны» [Deolall v. Guyana], 1 ноября 2004 г., п. 5.1; «Келли против Ямайки» [Kelly v. Jamaica], 8 апреля 1991 г., п. 5.5.
13 качестве доказательства в ходе любого судебного разбирательства, за исключением случаев, когда оно используется только как доказательство того, что это заявление было сделано78. КПЧ применял это правило в отношении заявлений как обвиняемых, так и свидетелей79.
43. КПЧ также подчеркнул обязанность государства расследовать заявления о пытках, заявив, что «уголовное расследование и последующее судебное преследование являются необходимыми средствами защиты от нарушений прав человека, таких как те, которые защищены статьей 7 Пакта»80. Расследования должны быть «быстрыми и беспристрастными»81. Аналогичным образом, КПП предписывает государствам предпринимать «меры для обеспечения защиты заявителя и свидетелей от любых форм плохого обращения или запугивания в связи с его жалобой или любыми свидетельскими показаниями»82.
44. Согласно Руководящим принципам ООН, касающимся роли лиц, осуществляющих судебное преследование83, когда в распоряжение таких лиц поступают улики против подозреваемых, полученные, как это им известно или как они имеют разумные основания предполагать, с помощью незаконных методов, являющихся грубым нарушением прав человека подозреваемого, особенно связанных с применением пыток или жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения или наказания, или других нарушений прав человека, они должны отказаться от использования таких улик против любого лица, кроме тех, кто применял такие методы, или, соответственно, информируют суд и принимают все необходимые меры для обеспечения того, чтобы лица, ответственные за применение таких методов, привлекались к суду84.
45. На Московском совещании 1991 года государства-участники ОБСЕ обязались принять «эффективные меры по обеспечению того, чтобы содержание под стражей или заключение не использовалось правоохранительными органами в целях принуждения лица к признанию, самооговору или даче показаний против другого лица»85. Кроме того, лица, лишенные свободы, должны иметь право на подачу жалоб на обращение с
78 ООН, Конвенция против пыток, 1984 г., статья 15. Также см. КПЧ, Замечание общего порядка № 32, п. 6, и Замечание общего порядка №29 (2001) по статье 4: Отступления от обязательств в связи с чрезвычайным положением, п. 15. 79 Замечание общего порядка №32, п. 6: «Никакие показания или признания вины или в принципе другие доказательства, полученные в нарушение этого положения, не могут использоваться в качестве доказательств ни в каких судебных разбирательствах». 80 КПЧ, «Сулейменов против Республики Казахстан» [Suleimanov v. Kazakhstan], 21 марта 2017 г., п. 8.3. Также см. КПЧ, Замечание общего порядка № 20 по статье 7 МПГПП «Запрет применения пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения или наказания», п. 14, и КПЧ, Замечание общего порядка № 31, «Характер общего юридического обязательства, налагаемого на государства-участники Пакта», п. 18. 81 КПЧ, «Сулейменов против Республики Казахстан» [Suleimanov v. Kazakhstan], цит. выше, п. 8.4. 82 Конвенция против пыток, статья 13. 83 Руководящие принципы, касающиеся роли лиц, осуществляющих судебное преследование, принятые на Восьмом Конгрессе Организации Объединенных Наций по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, Гавана, 27 августа – 7 сентября 1990 г., Гавана, Куба, 27 августа – 7 сентября 1990 г. 84 Руководящие принципы, касающиеся роли лиц, осуществляющих судебное преследование, Принцип 16. 85 ОБСЕ, Документ Московского совещания Третьей конференции по человеческому измерению СБСЕ, Москва, 4 октября 1991 г., Обязательство (vii).
14 ними, включая утверждения о пытках, которые должны рассматриваться оперативно, а ответ на них должен быть предоставлен без необоснованных задержек86.
4.2. Национальная нормативно-правовая база 46. Конституция Республики Казахстан запрещает пытки и насилие, а также гласит, что доказательства, полученные незаконным путем, не имеют юридической силы87. УПК гласит, что никто из участвующих в уголовном процессе лиц не может подвергаться пыткам и другим жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения или наказания, а также что при производстве следственных действий недопустимо применение пыток, насилия, угроз и иных незаконных мер, жестокого обращения, а равно создание опасности для жизни и здоровья участвующих в них лиц88.
47. УПК четко устанавливает, что доказательства, включая заявления обвиняемого и показания свидетелей, являются недопустимыми, если они получены способом, который может повлиять на их достоверность89. Фактические данные должны быть признаны недопустимыми в качестве доказательств, если они получены a) с применением пыток, насилия, угроз, обмана, а равно иных незаконных действий и жестокого обращения; или б) с использованием заблуждения лица, участвующего в уголовном процессе, относительно своих прав и обязанностей, возникшего вследствие неразъяснения, неполного или неправильного ему их разъяснения90. Фактические данные, полученные с нарушениями, могут быть использованы в качестве доказательств факта соответствующих нарушений, т.е. преступления пытки или иного преступления91.
48. Согласно УПК, органом, ведущим уголовный процесс, включая суд, должны быть проверены все заявления о невиновности, а также наличии доказательств, оправдывающих обвиняемого, и применении недозволенных методов следствия при собирании и закреплении доказательств92. По состоянию на 1 января 2023 года прокуроры несут исключительную ответственность за расследование случаев пыток93, в то время как Министерство внутренних дел обладает компетенцией по расследованию случаев бесчеловечного, жестокого, унижающего достоинство обращения94.
86 ОБСЕ, Документ Московского совещания, цит. выше, п.п. 23.1(i)-(iv) и (vi). 87 Конституция, статья 17, п. 2; статья 77, п. 3 (9). КПП ООН отметил принятие поправок к статье 146 Уголовного кодекса, которые отделяют преступление пытки от других форм жестокого, унижающего достоинство или бесчеловечного обращения, однако выразил обеспокоенность по поводу все еще существующих недостатков. См. Заключительные замечания КПП по четвертому периодическому докладу Казахстана, 8 июня 2023 г., п. 9 и 10. 88 УПК РК, статья 14 п. 5 и статья 197, п. 4. 89 УПК РК, статья 112, п.п. 1 и 4; статья 197, п. 4. 90 УПК РК, статья 112, п. 1, подпункты 1 и 2. 91 Там же, п. 5. В Нормативном постановление Верховного суда Республики Казахстан от 20 апреля 2018 г. №4 подчеркивается, что при оценке доказательств судам следует иметь ввиду, что доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и потому они не могут быть положены в основу обвинительного приговора». 92 УПК РК, статья 24, п. 5. 93 УПК РК, статья 193, п. 1, подпункт 12-1 с изменениями, внесенными законом РК от 16 марта 2022 г. № 157- VII. 94 УПК РК, статья 187.
15 49. УПК также четко предписывает, что при заявлении подозреваемого о применении к нему пыток и других незаконных действий или наличии на нем следов применения насилия следственный судья обязан поручить надзирающему прокурору осуществить немедленную проверку указанных фактов95.
50. Свидетели должны быть предупреждены об обязанности говорить правду как во время следствия,96 так и во время судебного разбирательства97. Суд, обнаружив признаки уголовного правонарушения при разбирательстве уголовного дела, обязан частным постановлением довести это до сведения прокурора, либо, обнаружив факты отказа в принятии, регистрации заявления, сообщения об уголовном правонарушении, иные нарушения их приема и регистрации, обязан частным постановлением довести это до сведения прокурора98.
51. Суд должен выносить решение по любому ходатайству об исключении доказательства как недопустимого самое позднее вместе с вынесением приговора99. В протоколе судебного разбирательства должны указываться результаты рассмотрения заявлений о применении пыток, насилия, иного жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения и детальный процесс их исследования100.
52. Принуждение обвиняемого или свидетеля к даче показаний путем применения угроз, шантажа или иных незаконных действий карается законом101. В любом случае, признание подозреваемым своей вины в совершении уголовного правонарушения может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся по делу доказательств102.
5. Право на свободу
5.1. Международные стандарты 53. Международные стандарты в области прав человека гарантируют защиту индивидуальной свободы каждого человека. Многие документы по правам человека предусматривают презумпцию свободы, гарантирующую, что никто не может быть лишен свободы произвольно или без должных оснований. ВДПЧ и МПГПП указывают, что никто не может быть подвергнут произвольному аресту или задержанию103.
54. Понятие «произвольности» в международном праве обычно понимается как охватывающее широкий спектр негативных элементов, включая несправедливость, неприемлемость и непредсказуемость. В Замечании общего порядка № 35 по статье 9
95 УПК РК, статья 56, п. 5. 96 УПК РК, статьи 214 и 215. 97 УПК РК, статья 370 п. 2. 98 УПК РК, статья 185 п. 3. 99 УПК РК, статья 362, п. 2. 100 УПК РК, статья 347, п. 3, подпункт 14. 101 УК РК, статья 415 «Принуждение к даче показаний» - уголовное правонарушение, наказываемое штрафом, либо ограничением свободы на срок до четырех лет. 102 УПК РК, статья 115, п. 3. 103 Всеобщая декларация прав человека (ВДПЧ), 1948 г., статья 9. МПГПП, 1966 г., статья 9, п. 1.
16 МПГПП КПЧ подчеркнул, что понятие «произвольности» не следует приравнивать к понятию «противозаконности», а следует толковать более широко, включая в него элементы неприемлемости, несправедливости и непредсказуемости»104.
55. Государства в порядке исключения могут ограничивать право на свободу только в тех случаях, когда лишение свободы оправдано объективными причинами105. Любые существенные основания для ареста или содержания под стражей должны быть установлены законом и должны быть определены с достаточной точностью, с тем чтобы не допускать слишком широкого или произвольного толкования или применения106. Необходимыми предпосылками для законности содержания под стражей в рамках досудебного производства являются обоснованное подозрение в совершении преступления и как минимум одно из трех допустимых оснований для досудебного содержания под стражей, а именно, «наличие вероятности того, что обвиняемый может скрыться, уничтожить доказательства, оказать влияние на свидетелей или сбежать из-под юрисдикции государства-участника»107.
56. Таким образом, хотя лица могут быть лишены свободы только в соответствии с процессуальными и материальными нормами, установленными национальным законодательством, запрет на произвольное лишение свободы выходит за рамки несоответствия национальному законодательству: лишение свободы может быть законной мерой, предусмотренной национальным законодательством, но при этом считаться произвольной и, следовательно, противоречить международным стандартам прав человека108.
57. Чтобы гарантировать кратчайший срок лишения свободы до вынесения окончательного обвинительного приговора по уголовному делу, КПЧ постановил, что заключение под стражу по уголовным обвинениям должно быть разумным и необходимым при любых обстоятельствах109, а содержание под стражей не должно длиться дольше, чем это абсолютно необходимо110. В этом плане, «[о]перативный и регулярный пересмотр судом […] служит необходимой гарантией»111, при продлении срока предварительного заключения. Обвиняемые, не освобожденные в период предварительного заключения, должны предстать перед судом в максимально сжатые сроки112.
104 КПЧ ООН, Замечание общего порядка № 35: статья 9 («Свобода и личная неприкосновенность»), 16 декабря 2014 г., п. 12. См. КПЧ, «Горджи-Динка против Камеруна» [Gorji-Dinka v. Cameroon], 17 марта 2005 г., п. 5.1; КПЧ, «Ван Альфен против Нидерландов» [Van Alphen v. The Netherlands], 23 июля 1990, п. 5.8. 105 См. напр., ВДПЧ, статья 3; МПГПП, статья 9. 106 См. КПЧ, Замечание общего порядка № 35, п. 22. Также см. ЕСПЧ, «Хлаифия и другие против Италии» [Khlaifia and Others v. Italy ] [БП], 15 декабря 2016, п. 91. 107 См. КПЧ, Замечание общего порядка № 27: статья 12 («Свобода передвижения»), 2 ноября 1999 г., п.14. 108 КПЧ поясняет, что «незаконное» содержание под стражей включает в себя содержание под стражей, нарушающее внутреннее законодательство, а также содержание под стражей, несовместимое с требованиями пункта 1 статьи 9 МПГПП. КПЧ, Замечание общего порядка № 35, п.п. 12 и 44. 109 См., напр., КПЧ, «Кулов против Кыргызстана» [Kulov v. Kyrgyzstan], 26 июля 2010 г., п. 8.3. 110 См. Замечание общего порядка № 35: статья 9 9 («Свобода и личная неприкосновенность»), 16 декабря 2014 г., п. 15. Также см. Заключительные замечания относительно Боснии и Герцеговины, 2012 г., п. 14. 111 КПЧ, Замечание общего порядка № 35: статья 9 («Свобода и личная неприкосновенность»), 16 декабря 2014 г., п. 15. 112 См. КПЧ, Замечание общего порядка №32, п. 35; Также см. КПЧ, «Секстус против Тринидад и Тобаго» [Sextus v. Trinidad and Tobago], 16 юля 2001 г., п. 7.2.
17 58. Задержанное лицо имеет право на рассмотрение своего дела судом в разумные сроки или на освобождение113. Это требование относится к периодам содержания под стражей с момента ареста до момента вынесения решения судом первой инстанции114.
59. Государства-участники ОБСЕ также предусмотрели гарантии, которые они обязаны применять при назначении любых мер по лишению свободы. К ним относятся запрет на лишение лица свободы иначе как на законных основаниях и в соответствии с установленными законом процедурами, а также право лица на подачу жалобы на обращение с ним, которая должна быть рассмотрена оперативно и ответ на которую должен быть дан без неоправданной задержки115.
5.2. Национальная нормативно-правовая база 60. Согласно УПК, меры пресечения, включая лишение свободы в форме домашнего ареста или предварительного заключения, могут применяться только при наличии «достаточных оснований полагать, что подозреваемый, обвиняемый скроются от органов уголовного преследования или суда либо воспрепятствуют объективному расследованию дела или его разбирательству в суде, либо будут продолжать заниматься преступной деятельностью, а также для обеспечения исполнения приговора»116.
61. Содержание под стражей в качестве меры пресечения применяется только с санкции судьи и лишь в отношении подозреваемого, обвиняемого, подсудимого в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше пяти лет, при невозможности применения других, менее строгих мер пресечения117. Предварительное заключение в исключительных случаях возможно и при совершении менее тяжких преступлений118. В целом, тяжесть совершенного преступления не может являться единственным основанием для избрания меры пресечения в виде содержания под стражей119. Для некоторых отдельно перечисленных преступлений, в основном против безопасности или целостности государственных институтов, досудебное содержание под стражей возможно независимо от соображений о наличии процессуального риска120. Это означает, что в отношении всех остальных преступлений суд обязан оценить риск совершения побега, фальсификации доказательств, вероятность совершения других преступлений121. В любом случае, при избрании меры пресечения необходимо рассматривать возможность применения менее строгой меры, если таковая имеется122. При решении вопроса о необходимости
113 КПЧ, Замечание общего порядка № 35: статья 9 («Свобода и личная неприкосновенность» ), п. 37. 114 КПЧ, «Энго против Камеруна» [Engo v. Cameroon], п. 7.2. Относительно взаимосвязи между пунктом 3 статьи 9 и пунктом 3 (c) статьи 14, см. КПЧ, Замечание общего порядка №32, п. 61. 115 ОБСЕ, Документ Московского совещания, 4 октября 1991 г., цит. выше, п.п. 23.1(i)-(iv) и (vi). 116 УПК РК, статья 136, первое предложение. 117 УПК РК, статья 147, первое предложение. 118 УПК РК, статья 147, второе предложение. 119 УПК РК, статья 138, п. 2. 120 УПК РК, статья 136, п. 2. 121 УПК РК, статья 138, п. 2. Это толкование подтверждено Верховным судом в его Нормативном постановлении от 24 января 2020 года №1 «О некоторых вопросах санкционирования мер пресечения», где говорится, что при отсутствии оснований, перечисленных в статье 136 УПК РК, мера пресечения не может быть избрана. 122 УПК РК, статья 136, п. 1, подпункт 1.
18 применения меры пресечения суд должен учитывать тяжесть преступления и возраст подозреваемого или обвиняемого123.
62. Срок содержания под стражей с момента задержания до вынесения решения в суде первой инстанции может составлять до трех лет. Судья может продлевать срок содержания под стражей до четырех раз, вплоть до 18 месяцев, как на стадии предварительного, так и на стадии основного судебного разбирательства. УПК предоставляет право на компенсацию лицам, незаконно подвергнутым предварительному заключению или домашнему аресту124.
6. Беспристрастность суда и равенство сторон
6.1. Международные стандарты 63. Право на беспристрастный суд является основополагающим принципом, признанным, в частности, во ВДПЧ125 и МПГПП126. Как заявил КПЧ, «для того чтобы судебное разбирательство отвечало требованиям пункта 1 статьи 14 Пакта, суд «обязан также представать как беспристрастный в глазах разумного наблюдателя»127.
64. Требование беспристрастности имеет два аспекта. Во-первых, судьи не должны допускать, чтобы их решения принимались под воздействием личной заинтересованности в исходе дела или предубеждения; во-вторых, суд обязан также представать как беспристрастный в глазах разумного наблюдателя128. Для того чтобы определить, выполняются ли эти требования, необходимо установить, рассматривает ли разумный наблюдатель эту ситуацию как вызывающую законные сомнения в беспристрастности представителя (представителей) судебной власти. КПЧ заявил, что, несмотря на важность позиции лиц, заявляющих о наличии оснований
123 УПК РК, статья 138, п. 1. К иным обстоятельствам относятся состояние здоровья; семейное положение, наличие в семье иждивенцев; прочность социальных связей подозреваемого, обвиняемого; репутация подозреваемого или обвиняемого; род занятий; наличие у подозреваемого или обвиняемого постоянного места работы или учебы; имущественное положение; наличие постоянного места жительства и другие обстоятельства. 124 УПК РК, статья 38: «Вред, причиненный лицу в результате незаконного задержания, содержания под стражей, домашнего ареста, временного отстранения от должности, помещения в специальную медицинскую организацию, осуждения, применения принудительных мер медицинского характера, возмещается из бюджетных средств в полном объеме независимо от вины органа, ведущего уголовный процесс». 125 ВДПЧ, статья 10. 126 МПГПП, статья 14, п. 1. 127 КПЧ, Замечание общего порядка №32, п. 34. 128 См., напр., КПЧ, Замечание общего порядка №32, п. 21; КПЧ, «Картуннен против Финляндии» [Karttunen v Finland], 23 октября 1992 г., п.7.2; «Пертерер против Австрии» [Perterer v Austria], 20 июля 2004 г., п.п. 10.2–10.4; «Кастедо против Испании» [Castedo v Spain], 3 ноября 2008 г., п.9.5. В решении по делу «Пиерсак против Бельгии» [Piersack v. Belgium] (1 октября 1982 г.), ЕСПЧ постановил, что для определения наличия предвзятости «в данном контексте можно провести различие между субъективным подходом, то есть попыткой выяснить личные убеждения судьи в данном деле, и объективным подходом, то есть определением того, предоставил ли он гарантии, достаточные для исключения любых законных сомнений в этом отношении».
19 сомневаться в беспристрастности судьи, «решающим является то, можно ли объективно обосновать такие опасения»129.
65. В Копенгагенском документе государства-участники ОБСЕ обязались обеспечить «независимость судей и беспристрастное функционирование государственной судебной службы»130. Более того, они признали, что «каждый человек имеет право при рассмотрении любого предъявленного ему уголовного обвинения […] на справедливое и открытое разбирательство компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона»131.
66. Принцип «равенства сторон» тесно связан с правом на беспристрастное судебное разбирательство, которое подразумевает, в частности, что обвинение и защита должны иметь равный доступ к доказательствам и ресурсам, необходимым для изложения своей версии дела. Этот важнейший аспект справедливого судебного разбирательства гарантирует, что каждая сторона будет имеет равные возможности для аргументации своей позиции и что процесс принятия решения будет основан на справедливом и сбалансированном представлении доказательств.
67. Концепция равенства сторон упоминается в МПГПП с конкретной ссылкой на уголовное судопроизводство132. Согласно КПЧ, равенство состязательных возможностей означает, что одни и те же процессуальные права должны обеспечиваться всем сторонам, кроме как если различия предусматриваются законом и могут быть оправданы по объективным и разумным основаниям, не ставящим подсудимого в фактически невыгодное положение и не подвергающим его иному несправедливому отношению133.
68. Право на вызов и перекрестный допрос свидетелей является еще одним следствием принципа равенство сторон, представляя собой одну из основных гарантий справедливого судебного разбирательства и эффективности защиты134. МПГПП гарантирует право обвиняемого «допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и иметь право на вызов и допрос его свидетелей на тех же условиях, какие существуют для свидетелей, показывающих против него»135. Согласно КПЧ, основной обязанностью судов является обеспечение равенство сторон, включая возможность оспаривать все аргументы и доказательства, представленные другой стороной136. Это означает, что «обвиняемым гарантируются те же самые юридические полномочия требовать присутствия свидетелей и допрашивать или подвергать перекрестному допросу любых свидетелей, имеющихся у обвинения»137.
129 См. КПЧ, «Кастедо против Испании» [Castedo v Spain], 20 октября 2008 г., п. 9.7. 130 ОБСЕ, Копенгагенский документ, обязательство 5.12. 131 Там же, обязательство 5.16. 132 Пункт 3 статьи 14 МПГПП предусматривает необходимость обеспечения прав на справедливое судебное разбирательство «на основе полного равенства» для всех лиц, участвующих в процессе. 133 КПЧ, Замечание общего порядка №32, п. 13. 134 КПЧ, Замечание общего порядка №32, п. 39. 135 МПГПП, статья 14 п. 3 (e). 136 КПЧ, «Эреля и Няккяляйярви против Финляндии» [Äärelä and Näkkäläjärvi v Finland], 4 ноября 1997 г. 137 КПЧ, Замечание общего порядка №32, п. 39. Также см. КПЧ, «Герра де ла Эсприеллья против Колумбии» [Guerra de la Espriella v Colombia], 11 мая 2010, п. 9.3. Из вышеизложенных принципов следует, что, если свидетели не могут лично присутствовать на слушаниях, судья обязан выяснить, насколько оправдано их отсутствие, и, если необходимо, принудить их к явке.
20 69. Несмотря на то, что в отношении права на перекрестный допрос могут существовать некоторые ограниченные исключения, они не должны ущемлять права защиты. В любом случае, обоснование обвинительного приговора исключительно или в решающей степени показаниями свидетеля, которого сторона защиты не имела возможности допросить ни в ходе следствия, ни в ходе судебного разбирательства, является нарушением международного права138.
70. При проведении онлайн-слушаний допрос свидетелей и экспертов должен максимально походить на практику, применяемую при присутствии свидетеля или эксперта в зале суда139.
71. МПГПП предусматривает право каждого человека на юридическую помощь и право каждого лица, обвиняемого в совершении преступления, на помощь выбранного им самим защитника, либо на бесплатную юридическую помощь в случаях, когда у лица нет достаточных средств для оплаты защитника140. По мнению КПЧ, право на общение с адвокатом по собственному выбору является важным элементом гарантии справедливого судебного разбирательства и применения принципа равенства сторон141. Лицам, лишенным свободы, должен быть обеспечен быстрый доступ к адвокату142, а власти должны соблюдать конфиденциальность всех переговоров между адвокатами и их клиентами143. Кроме того, адвокаты должны иметь возможность консультировать клиентов и представлять их интересы без каких-либо запугиваний, препятствий, преследований или неправомерного вмешательства144.
72. Государства-участники ОБСЕ признают, что право на справедливое и публичное разбирательство включает право быть представленным адвокатом по своему выбору145. Государства-участники также определили, что в случаях, когда, как утверждается, имело место нарушение прав человека и основных свобод, имеющиеся эффективные средства правовой защиты должны включать право отдельного лица запрашивать и получать адекватную юридическую помощь146.
73. В отношении языка судопроизводства следует отметить, что право на бесплатную помощь переводчика, закрепленное в статье 14 МПГПП, обеспечивает практическое и эффективное осуществление прав сторон, гарантируя их равенство. В этом отношении право пользоваться бесплатной помощью переводчика воплощает еще один аспект
138 ЕСПЧ, «Саиди против Франции» [Saïdi v. France], 20 сентября 1993 г., п.п. 43-44. 139 Европейская комиссия по вопросам эффективности правосудия, Guidelines on videoconferencing in judicial proceedings («Регламент организации видеоконференцсвязи в судах»), 1 июля 2021 г., принцип 14. 140 МПГПП, статья 14, п. 3 (d). 141 КПЧ, Замечание общего порядка №32, п. 40. 142 ООН, Основные принципы, касающиеся роли юристов, 7 сентября 1990 г., принятые восьмым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями Гавана, Куба, Принцип 7. КПЧ, Замечание общего порядка № 35, п. 35. 143 ООН, Основные принципы, касающиеся роли юристов, цит. выше, Принципы 8 и 22. 144 ООН, Основные принципы, касающиеся роли юристов, цит. выше, Принцип 16. 145 ОБСЕ, Итоговый документ Венской встречи 1986 года представителей государств-участников Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, состоявшейся на основе положений Заключительного акта, относящихся к дальнейшим шагам после совещания, Вена, 1989 г., п.13.9. 146 ОБСЕ, Итоговые документ Копенгагенского совещания, 1990 г., п. 11.1.
21 принципа справедливости и равенства состязательных возможностей в судопроизводстве по уголовным делам147.
74. Согласно Основным принципам независимости судебных органов Организации Объединенных Наций, важно, чтобы судебные органы решали переданные им дела беспристрастно, на основе фактов и в соответствии с законом, без каких-либо ограничений, неправомерного влияния, побуждения, давления, угроз или вмешательства, прямого или косвенного148.
75. В соответствии с Бангалорскими принципами поведения судей, «судья заявляет самоотвод от участия в рассмотрении дела в том случае, если для него не представляется возможным вынесение объективного решения по делу, либо в том случае, когда у стороннего наблюдателя могли бы возникнуть сомнения в беспристрастности судьи»149. По мнению ЕСПЧ, «неспособность национальных судов рассмотреть жалобу на отсутствие беспристрастности, которая с первого же момента не представляется явно необоснованной, может привести к нарушению пункта 1 статьи 6 Конвенции, учитывая что суды должны вызывать доверие у лиц, подпадающих под их юрисдикцию»150.
6.2. Национальная нормативно-правовая база 76. Конституционный закон 2000 года предусматривает право на беспристрастный суд, устанавливая, что «никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела с соблюдением всех требований закона и справедливости компетентным, независимым и беспристрастным судом»151.
77. УПК содержит ряд положений, направленных на обеспечение равенства сторон. В статьях 7 и 23 УПК подчеркивается, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон обвинения и защиты152. Суд, сохраняя объективность и беспристрастность, обязан создать необходимые условия для выполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав153. УПК далее гласит, что председательствующий обязан принять меры для обеспечения равенства прав сторон, сохраняя объективность и беспристрастность, создать необходимые условия для объективного и полного исследования обстоятельств дела154.
78. Подсудимый имеет право участвовать в судебном разбирательстве дела в судах первой и апелляционной инстанции155. За некоторыми весьма ограниченными
147 КПЧ, Замечание общего порядка № 32, п. 40. В положении также подчеркивается, что это право распространяется как на иностранцев, так и на граждан, а критерием является то, достаточно ли обвиняемые понимают представляемые суду доказательства, чтобы они могли оспорить их и представить аргументы в свою защиту. 148 ООН, Основные принципы независимости судебных органов, 13 декабря 1985 г., п. 2. 149 ООН, ЭКОСОС, Бангалорские принципы поведения судей, 2006 г., Второй показатель, Применение 2.5. 150 ЕСПЧ, «Ремли против Франции» [Remli v. France], 23 апреля 1996 г., п. 48. Также см. «Данилов против России» [Danilov v. Russia], 1 декабря 2020 г., п.п. 97-102. 151 Конституционный закон 2000 года, статья 1, п. 2. 152 УПК РК, статья 7, п. 45 и статья 23, п. 1. 153 УПК РК, статья 23, п. 6. 154 УПК РК, статья 23, п. 6 и статья 334, п. 2. 155 УПК РК, статья 65, п. 6, подпункт 1.
22 исключениями156, участие подсудимого в судебном заседании является обязательным157, а его отсутствие представляет собой существенное нарушение уголовного процесса, которое может привести к отмене приговора158.
79. Уголовное дело подлежит прекращению в случае смерти обвиняемого159. Однако УПК также предусматривает продолжение производства по делу в отношении умершего при наличии ходатайства со стороны родственников для реабилитации умершего или для рассмотрения дела в отношении других лиц, совершивших уголовное правонарушение160. Суд «постановляет обвинительный приговор без назначения наказания», если к моменту его вынесения наступила смерть подсудимого161.
80. Процедура проведения допроса и перекрестного допроса свидетелей регулируется статьями 354 и 370 УПК. Эти положения предписывают судьям устанавливать личность свидетелей, просить их принести присягу до дачи показаний, допрашивать их отдельно и в отсутствие других свидетелей, которые не дают показаний, а также удалять из зала суда свидетелей, уже давших показания162. Те же правила применяются к потерпевшим, которые заслушиваются в качестве свидетелей163.
81. Свидетели обязаны являться по вызову суда и давать правдивые показания164. В случае неявки по вызову без уважительных причин свидетель может быть подвергнут принудительному доставлению в суд165. Свидетели должны быть предупреждены о том, что они должны говорить правду и что дача ложных показаний или отказ от дачи показаний являются преступлениями166. За уклонение от дачи показаний или неявку без уважительных причин по вызову органа, ведущего уголовный процесс, на свидетеля может быть наложено денежное взыскание167.
82. Все стороны имеют право допрашивать свидетелей, включая обвиняемых и их адвокатов. Первой задает вопросы та сторона, по ходатайству которой этот свидетель вызван в судебное заседание. Судья задает вопросы свидетелю после допроса его сторонами168.
83. Хотя показания свидетелей должны быть получены в первую очередь в ходе состязательного процесса и приговор суда может быть основан лишь на тех
156 УПК РК, статья 335, п. 2. 157 УПК РК, статья 335, п. 1. 158 УПК РК, статья 436, п. 3. 159 УПК РК, статья 35, п. 1, подпункт 11). 160 Там же. Другие требования включают установление имущества, добытого преступным путем, денежных средств и иных ценностей, подлежащих конфискации или обеспечивающих возмещение вреда, причиненного обвиняемым. Также см. Верховный суд, Нормативное постановление от 20 апреля 2018 года №4 «О судебном приговоре», п. 10. 161 УПК РК, статья 393, п. 7. 162 УПК РК, статья 370, п.п. 1 и 2 и статья 354, согласно которой, «явившиеся свидетели до начала их допроса удаляются из зала судебного заседания. Председательствующий принимает меры к тому, чтобы не допрошенные судом свидетели не общались с допрошенными свидетелями, а также с иными лицами, находящимися в зале судебного заседания». 163 УПК РК, статья 36. 164 УПК РК, статья 78, п. 4. 165 УПК РК, статья 157, п. 1. 166 УК РК, статья 420 («Ложные показания») и статья 421 («Отказ от дачи показаний»). 167 УПК РК, статья 78, п. 8. 168 УПК РК, статья 370, п. 3.
23 доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании169, все доказательства, собранные в ходе следствия, включая все уличающие доказательства, такие как показания подсудимых и свидетелей, должны быть предоставлены судье с самого начала процесса170. Тем не менее оглашение показаний, данных при производстве досудебного расследования, возможно лишь в исключительных случаях171, в частности, при отсутствии в судебном заседании потерпевшего или свидетеля по причинам, исключающим возможность их явки в судебное разбирательство, и при наличии существенных противоречий между этими показаниями и показаниями, данными ими в суде172.
84. Право на помощь адвоката в уголовном деле закреплено в статье 13 Конституции, которая гласит, что «[к]аждый имеет право на судебную защиту своих прав и свобод. Каждый имеет право на получение квалифицированной юридической помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно»173. Конституция также предоставляет «право пользоваться помощью адвоката каждому задержанному, арестованному, обвиняемому в совершении преступления»174. Статья 27 УПК устанавливает право лиц, обвиняемых в совершении уголовного преступления, на юридическую помощь. Это право включает в себя право на помощь адвоката по собственному выбору либо на бесплатную юридическую помощь в случаях, когда у лица нет достаточных средств, чтобы оплатить защитника175. Бесплатная помощь назначенного государством адвоката обеспечивается во всех уголовных процессах с участием государственного обвинителя176.
85. Что касается языка судопроизводства, согласно УПК, уголовное судопроизводство в Республике Казахстан ведется на казахском языке, наравне с казахским официально в судопроизводстве употребляется русский язык177. Участвующим в деле лицам, не владеющим или недостаточно владеющим языком, на котором ведется производство по делу, обеспечивается право бесплатно пользоваться услугами переводчика178.
86. Стороны имеют право оспаривать беспристрастность суда, если усматривают нарушение принципа равенства сторон. Согласно Конституционному закону 2000 года,
169 УПК РК, статья 331, п. 3. 170 УПК РК, статья 305, п. 1. 171 УПК РК, статья 331, п. 2. 172 УПК РК, статья 377 в совокупности со статьей 372, п. 1, подпункты 1 и 2. 173 Конституция, статья 13, п.п. 2 и 3. 174 Конституция, статья 16, п. 3. 175 УПК РК, статья 27, п.п. 1 и 2. 176 Согласно УПК РК и закону «Об адвокатской деятельности и юридической помощи», 2018 г., подозреваемый, обвиняемый, подсудимый, осужденный и оправданный, в случае необходимости, имеют право на гарантированную государством юридическую помощь; это в обязательном порядке относится к лицам, находящимся в предварительном заключении и обвиняемым в совершении тяжких преступлений, с момента задержания или предъявления обвинения, а в случае публичного преследования - с момента передачи дела прокурору. В случаях, когда обвиняемый не пригласил адвоката, адвокат приглашается по постановлению следователя, прокурора или суда. В случае неприглашения, адвоката обвиняемым, адвокат приглашается по постановлению следователя, прокурора или суда (УПК РК, статья 67, п. 3 и статья 68). Также см. закон об адвокатской деятельности и юридической помощи, статья 18 и глава 2, в которых прописано, что участники уголовного процесса имеют право на получение гарантированной государством юридической помощи. Согласно Приказу Министра юстиции от 25 февраля 2015 года №10420, право на получение гарантированной государством юридической помощи для представительства в суде наступает с принятием обвинительного заключения, приговора или постановления. 177 УПК РК, статья 30, п. 1. 178 УПК РК, статья 30, п. 3.
24 судья обязан «избегать всего, что могло бы опорочить авторитет, достоинство судьи или вызвать сомнения в его честности, справедливости, объективности и беспристрастности»179.
87. Статья 87 УПК предусматривает перечень случаев, когда судья не может принимать участие в уголовном судопроизводстве, в том числе если он не обладает полномочиями по рассмотрению такого уголовного дела, принимал участие по данному уголовного делу в ином качестве (напр., следственного судьи, рассматривал жалобы, ходатайства прокурора на постановления следственного судьи, является по данному делу потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком, свидетелем, экспертом, специалистом, переводчиком, прокурором и т.д.), или является родственником кого- либо из участников процесса. Кроме того, согласно данной статье, судья не может принимать участие в разбирательстве «если имеются иные обстоятельства, дающие основание считать, что судья лично, прямо или косвенно заинтересован в данном деле»180. Эти положения явно направлены на обеспечение фактической и очевидной беспристрастности суда.
88. Стороны могут заявить отвод, если становятся известны обстоятельства, исключающие участие судьи в деле181. В случае удовлетворения заявления об отводе дело передается в производство другого судьи. Постановление об отклонении отвода обжалованию не подлежит182.
7. Право быть информированным о предъявленном обвинении и подготовить свою защиту
7.1. Международные стандарты 89. В отношении права на подготовку защиты пункт 3 (а) статьи 14 МПГПП гарантирует право каждого обвиняемого в «преступлении» быть в срочном порядке и подробно уведомленным на понятном ему языке о «характере и основании предъявляемого ему уголовного обвинения», то есть о предполагаемых фактах и их юридической квалификации. Важно предоставить стороне защиты возможность ознакомиться с задокументированными доказательствами против обвиняемого путем их полного и своевременного раскрытия. Это необходимо для предоставления защите «достаточного времени и возможности» для подготовки, как это предусмотрено пунктом 3 (b) статьи 14 МПГПП183.
90. ЕСПЧ постановил, что в совокупности с принципом равенства сторон право на надлежащие условия для подготовки защиты налагает на органы прокуратуры и следствия обязанность раскрывать любые материалы, которыми они владеют или к
179 Конституционный закон 2000 года, статья 28 п. 1, подпункт 2). 180 УПК РК, статья 87, п. 1(6). 181 УПК РК, статья 87, п. 8. 182 УПК РК, статья 87, п. 12. 183 К примеру, в деле «Би против Экваториальной Гвинеи» [Bee v Equatorial Guinea], 31 октября 2005 г., КПЧ установил нарушение пунктов 1 и 3 статьи 14 МПГПП, поскольку обвиняемые в уголовном процессе были уведомлены об основаниях обвинения лишь за два дня до начала судебного заседания, в результате чего их адвокаты не успели подготовиться к защите.
25 которым могут получить доступ, и которые могут помочь обвиняемому оправдать себя или добиться смягчения приговора184.
91. КПЧ отметил необходимость раскрытия всех документов и доказательств против обвиняемого, которые обвинение планирует предъявить в суде, а также оправдательных доказательств. Такие доказательства включают не только материалы, устанавливающие невиновность обвиняемого, но также и другие материалы, которые могли бы содействовать защите, такие как, свидетельства того, что признание вины не было добровольным185. В случае если сторона заявляет о том, что доказательства были получены в нарушение запрета на пытки или другие жестокие, бесчеловечные или унижающие достоинство виды обращения, она должна представить информацию об обстоятельствах, в которых были получены такие доказательства, с тем чтобы можно было оценить состоятельность этого утверждения186.
92. Бремя доказывания по любому уголовному обвинению лежит на стороне обвинения. Из этого следует, что именно обвинение должно информировать обвиняемых о доказательствах, которые будут использованы против них, с тем чтобы они могли подготовить и представить эффективную защиту, и именно обвинение обязано представить доказательства, достаточные для осуждения обвиняемых187.
7.2. Национальная нормативно-правовая база 93. В отношении права на подготовку защиты статьи 328 и 329 УПК обеспечивают сторонам возможность ознакомления с материалами дела, путем предоставления доступа ко всем материалам и их копиям, постановлениям судьи, в том числе об изменении меры пресечения, к списку лиц, подлежащих вызову в суд, и к обвинению, выдвинутому прокурором.
94. Подсудимый имеет право на получение копий всех досудебных свидетельских показаний по завершении предварительного следствия и до начала судебного разбирательства188.
95. Статья 302-1 УПК регламентирует, что должен содержать обвинительный акт, в частности, устанавливает, что в нем должна быть указана суть обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, последствия и другие существенные обстоятельства, а также перечень доказательств, подтверждающих обстоятельства, описанные в обвинительном акте189. Обвинитель также должен представить сведения об имеющихся вещественных доказательствах и месте их хранения190.
184 Европейская комиссия по правам человека, «Джесперс против Бельгии» [Jespers v Belgium], 4 марта 1981 г., п. 58. Также см. ЕСПЧ, «Роу и Дэвис против Соединенного Королевства» [Rowe and Davis v the UK], 16 февраля 2000 г., п. 60. 185 КПЧ, Замечание общего порядка № 32, п. 33. 186 КПЧ, Замечание общего порядка № 32, п. 33. 187 ЕСПЧ, «Тельфнер против Австрии» [Telfner v Austria], 20 марта 2001 г., п. 15; также см. ЕСПЧ, дело «Барбера, Мессеге и Хабардо против Испании» [Barberá, Messegué and Jabardo v Spain], 6 декабря 1988 г., п. 77. 188 УПК РК, статья 70, п. 2 (5) и статья 65, п. 6 (2). 189 УПК РК, статья 302-1, п. 3. 190 УПК РК, статья 302-1, п. 7.
26 96. Согласно статье 337 УПК, прокурор вправе менять обвинение в ходе судебного разбирательства, вплоть до окончания рассмотрения дела в суде191. Это может касаться изменения фактических обстоятельств, юридической квалификации или тяжести обвинения.
97. В случае изменения обвинения на менее тяжкое или отказа от части обвинения обвинитель обязан изложить суду новую мотивированную формулировку обвинения в письменном виде192.
98. В случае изменения обвинения на более тяжкое, ухудшающее положение подсудимого, дело передается на доследование, а суд устанавливает срок для подготовки нового обвинительного акта193. В любом случае суд предоставляет обвиняемому и его адвокату достаточный срок для подготовки к защите от нового обвинения194. Изменение обвинения допускается при условии, что этим не нарушается право обвиняемого на защиту195. Это позитивные правовые нормы, которые гарантируют, что право обвиняемого на справедливое судебное разбирательство и эффективную защиту не будет ущемлено в результате изменения обвинения.
8. Право на справедливое разбирательство в онлайн- слушаниях
8.1. Международные стандарты 99. Обвиняемые в уголовных процессах имеют право «присутствовать» на суде196. Хотя законодательство ряда стран допускает проведение удаленных слушаний в рамках разбирательства уголовных дел197, во время и после пандемии COVID-19 практика проведения слушаний в онлайн-режиме расширилась, что создало дополнительные проблемы для реализации права на справедливое судебное разбирательство. Поэтому крайне важно принять законодательство, соответствующее международным стандартам и регулирующее проведение онлайн-слушаний, дать судам четкие указания относительно оснований для переноса судебных процессов в онлайн- режим и соответствующих процедур. Это необходимо для того, чтобы обеспечить полное
191 УПК РК, статья 337 п. 6. 192 УПК РК, статья 364, п. 2. 193 УПК РК, статья 340, п. 5. 194 УПК РК, статья 341, п. 2. 195 УПК РК, статья 340, п. 2. 196 МПГПП, статья 14, п. 3 (d). 197 Например, в таких странах, как Италия, Франция, Россия и Литва, предусмотрены положения о заслушивании свидетельских показаний в режиме видеоконференцсвязи для обеспечения безопасности свидетелей, особенно в делах, связанных с организованной преступностью или терроризмом; во Франции и Италии видеослушания используются для предотвращения необходимости перевода опасных преступников из охраняемых тюрем в зал суда, что снижает риск побега или восстановления контактов с другими обвиняемыми; в Литве видеослушания допускаются для допроса подозреваемых или обвиняемых, находящихся под стражей, и для осужденных в ходе устных слушаний по апелляции. Более подробный сравнительный анализ можно найти в статье Энн Сандерс «Видеослушания в Европе до, во время и после пандемии COVID-19» (Video-Hearings in Europe Before, During and After the Covid 19 pandemic), 2021 г.
27 соблюдение права на справедливое судебное разбирательство, избежать противоречий в подходах или произвольного применения этой процедуры.
100. УВКПЧ подчеркивает, что использование онлайн-слушаний должно начинаться с рассмотрения воздействия на права участников процесса, а не только на возможную эффективность, которую могут обеспечить онлайн-слушания при отправлении правосудия198. По данным УВКПЧ, сложности с осуществлением права на справедливое судебное разбирательство включают в себя, в частности: сложности для выявления признаков пыток или иных форм жестокого обращения; отсутствие публичности; сложности по обеспечению непосредственного и конфиденциального общения с адвокатом; технические проблемы, не позволяющие подсудимым заявлять ходатайства и обосновывать свою позицию; с предотвращением оказания влияния на свидетелей и других участников процесса или получения ими указаний от третьих лиц при даче показаний; сложности, связанные с регулированием действий сторон судебного разбирательства и модерированием слушаний199.
101. В связи с этим УВКПЧ рекомендует, чтобы слушания по уголовным делам проводились в онлайн-режиме только при наличии явно выраженного свободного и информированного согласия обвиняемого200.
102. В своем «Регламенте организации видеоконференцсвязи в судах»201 Европейская комиссия по эффективности правосудия (ЕКЭП) также заявила о необходимости «свободного и информированного согласия» обвиняемых на участие в онлайн- слушаниях. Далее ЕКЭП подчеркнула необходимость обеспечить эффективное участие подсудимых, позаботившись о том, чтобы видеосвязь позволяла им четко видеть и слышать ход слушания202. Хотя суд может сделать предупреждение, а затем отключить звук или прервать связь с подсудимым, который ведет себя неподобающим образом, он должен обеспечить адвокату подсудимого возможность осуществлять защиту как в ходе слушаний, так и вне их203. Суд должен гарантировать подсудимому непрерывный доступ к юридической помощи до и во время дистанционного слушания; а также конфиденциальность общения между подсудимым и его адвокатом, позволяя им вести личные беседы и обмениваться конфиденциальной информацией через защищенную систему204. Кроме того, суд должен оперативно решать любые технические проблемы, отмеченные подсудимым205. В случае технических неполадок суд должен приостановить слушания до их устранения, в зависимости от их характера206.
103. В связи с пандемией COVID-19 БДИПЧ в своей публикации рекомендовало использовать слушания в гибридном формате как альтернативу слушаниям с личным
198 УВКПЧ, «Онлайн-слушания в системе правосудия». 199 Там же, стр. 2. 200 Там же, стр. 3. 201 Европейская комиссия по вопросам эффективности правосудия, «Guidelines on videoconferencing in judicial proceedings» («Регламент организации видеоконференц-связи в судах»), 1 июля 2021 г. 202 Там же, принцип 23. 203 Там же, принцип 25. 204 Там же, принципы 27 и 29. 205 Там же, принцип 24. 206 Там же, принцип 9.
28 участием, только если последние небезопасны или невозможны207. В любом случае, этот формат слушаний «не должен подрывать равенство сторон и создавать дополнительные препятствия для реализации процессуальных прав сторон»208.
104. В любом процессе по уголовному делу, включая онлайн-слушания, важным аспектом справедливого судебного разбирательства является надлежащее ведение слушаний судьями, чтобы каждая сторона имела равные возможности для аргументации своей позиции, и чтобы процесс принятия решения был основан на справедливом и сбалансированном представлении доказательств209.
105. Таким образом, главная обязанность судьи состоит в обеспечении порядка и эффективности слушаний для поддержания общей справедливости судебного процесса. Согласно Бангалорским принципам поведения судей, «судья выполняет все свои обязанности, включая вынесение отложенных решений, разумно, справедливо и с достаточной быстротой»210. Кроме того, «судья поддерживает порядок и соблюдает этикет в ходе всех судебных разбирательств и ведет себя терпеливо, достойно и вежливо в отношении сторон судебного заседания, присяжных, свидетелей, адвокатов и других лиц»211.
8.2. Национальная нормативно-правовая база 106. Онлайн-слушания при рассмотрении уголовных дел получили распространение в Казахстане после пандемии коронавируса COVID-19. В Казахстане возможность участвовать в судебных процессах в онлайн-режиме появилась еще до вспышки COVID-19, но получила широкое распространение после закрытия нескольких судов во время пандемии и введения рекомендаций об ограничительных мерах. Эта практика сохранилась и после отмены эпидемиологических мер и истечения срока действия постановления о введении чрезвычайного положения в связи с пандемией212.
107. Верховный суд Казахстана издал нормативное постановление об онлайн-слушаниях в первые дни пандемии213, в последствии не изменил свои указания, когда чрезвычайное положение по охране здоровья населения было отменено. Положительным моментом является то, что в январе 2023 года председатель Верховного суда выступил с публичным обращением к членам судейского корпуса, призвав их отдавать предпочтение очным слушаниям214.
108. В ходе как онлайн-, так и офлайн-слушаний председательствующий судья обладает ключевыми полномочиями по обеспечению надлежащего хода судебного
207 БДИПЧ, Аналитическая записка «Право на справедливое судебное разбирательство в условиях чрезвычайных ситуаций в области здравоохранения», 24 мая 2021 г. 208 Там же, стр. 11. 209 См. главу 8. 210 ООН, ЭКОСОС, Бангалорские принципы, показатель 6.5. 211 ООН, ЭКОСОС, Бангалорские принципы, показатель 6.6. 212 Также см. другие рекомендации в отношении судебных заседаний в офлайн-формате. С ноября 2021 года гражданское общество инициировало кампании по ограничению онлайн-слушаний в связи с нарушением права на защиту и открытость судебного разбирательства. 213 Верховный суд Республики Казахстан, «О режиме работы судов в рамках чрезвычайного положения», 16 марта 2020 г. 214 См. Отчет о встрече Президента Казахстана К. Ж. Токаева с Председателем Верховного суда А. Мергалиевым, 26 января 2023 г.
29 разбирательства. Согласно статье 57 УПК, председательствующий руководит ходом заседания суда, принимая «все меры к обеспечению справедливого рассмотрения уголовного дела и соблюдению других требований настоящего Кодекса, а также надлежащего поведения всех лиц, присутствующих на заседании суда».
109. Согласно пункту 2 статьи 334 УПК, «Председательствующий руководит судебным заседанием, в интересах правосудия принимает все предусмотренные настоящим Кодексом меры для обеспечения равенства прав сторон, сохраняя объективность и беспристрастность, создает необходимые условия для объективного и полного исследования обстоятельств дела […]». Статья 346 наделяет председательствующего судью полномочиями налагать санкции на стороны «при нарушении порядка в судебном заседании, неподчинении распоряжениям председательствующего, а равно совершении иных действий (бездействия), явно свидетельствующих о неуважении к суду».
110. Даже в ходе офлайн-слушаний председательствующий судья может принять решение о дистанционном допросе свидетеля215. УПК требует, чтобы у свидетелей были конкретные основания для ходатайства об участии в слушаниях дистанционно, однако не дает судьям подробных инструкций о том, как допрашивать свидетелей в режиме онлайн216.
9. Право на мотивированное судебное решение 9.1. Международные стандарты 111. При принятии решений суд обязан указывать мотивы для их принятия. Это одно из ключевых требований справедливого судебного разбирательства, которое служит защитой от произвола в судопроизводстве и способствует правовой определенности. Еще одна цель мотивированных решений состоит в демонстрации сторонам, что они были выслушаны, тем самым способствуя повышению их готовности принять данное решение217. Это требование способствует формированию предсказуемости в толковании и применении закона, дает возможность сторонам судебного разбирательства определять, имеются ли у них основания для обжалования решения суда, а также дает возможность осуществлять общественный контроль за отправлением правосудия218.
112. В Итоговом документе Венской встречи 1989 года государства-участники ОБСЕ подтвердили основополагающее право лица быть «быстро и официально» уведомленным о решении, принятом по любой апелляции, включая юридические основания, на которых основывалось решение219. Эта информация должна предоставляться, как правило, в письменной форме и в такой форме, чтобы позволить
215 УПК РК, статья 345, п. 1. 216 УПК РК, статья 377, п.п. 8 и 9. 217 БДИПЧ, «Справедливое судебное разбирательство в международном праве: юридический сборник», 26 сентября 2012 г., стр. 210. 218 Там же, стр. 210-211. Также см. СЕ, Консультативный совет Европейских судей, Заключение №11 «О качестве судебных решений», 18 декабря 2008 г., п. 31. 219 ОБСЕ, Итоговый документ Венской встречи 1986 года, Принцип 13.9.
30 лицу эффективно воспользоваться последующими доступными средствами правовой защиты220.
113. КПЧ заявил, что право на мотивированное судебное решение вытекает из права на обжалование, предусмотренного пунктом 5 статьи 14 МПГПП221. КПЧ подчеркнул необходимость предания гласности любого судебного постановления, включая «основные выводы, доказательства и правовую аргументацию»222.
114. С точки зрения КСЕС, для осуществления правосудия на справедливой и равной основе необходимы качественные судебные решения. В своем Заключении №11 КСЕС отмечает необходимость обеспечения «высокого качества» судебных решений в том плане, что они «должны восприниматься сторонами и обществом в целом как результат правильного применения правовых норм, справедливого разбирательства и надлежащей оценки фактов, а также быть эффективно исполняемыми». Судебные решения должны быть ясными и понятными, а также должны содержать аргументацию, которая может включать «...толкование правовых принципов, с целью обеспечить правовую определенность и последовательность»223.
115. Согласно сложившейся прецедентной практике ЕСПЧ, в судебных решениях должны быть адекватно изложены мотивы, на которых они основаны224. Хорошо мотивированное решение позволяет сторонам понять и оценить аргументацию суда и, таким образом, определить, есть ли основания для обжалования решения225.
116. Право на мотивированное решение также гарантирует презумпцию невиновности, согласно которой уголовная ответственность обвиняемого может быть подтверждена только на основании убедительных и допустимых доказательств. Доказательства, которые непосредственно не касаются обвиняемого, могут негативно сказаться на справедливости судебного разбирательства, возлагая чрезмерное бремя на защиту: таким образом, обвиняемый может быть вынужден опровергать нестыкующиеся доводы обвинения, что перекладывает на него бремя доказывания и нарушает презумпцию невиновности226.
220 Там же. 221 КПЧ заявил, что «право на пересмотр осуждения может быть эффективно осуществлено, только если осужденное лицо получает доступ к должным образом мотивированному, составленному в письменной форме приговору суда и, по меньшей мере, в суде первой апелляционной инстанции в тех случаях, когда внутреннее право предусматривает несколько апелляционных инстанций, также и к другим документам, таким, как протоколы судебных заседаний, необходимым для эффективного осуществления права на обжалование» (Замечание общего порядка № 32, п. 49). Также см. КПЧ, «Лумли против Ямайки» [Lumley v. Jamaica], 31 марта 1999 г., п. 7.5. 222 КПЧ, Замечание общего порядка № 32, п. 29. Также см. ЕКПЧ, «Каракасис против Греции» [Karakasis v Greece], 17 октября 2000 г., п. 27; «Татишвили против Российской Федерации» [Tatishvili v Russia], 22 февраля 2007 г., п. 58; и «Градинар против Молдовы» [Grădinar v. Moldova], 8 апреля 2008 г., п.п. 107– 108 и 116. 223 СЕ, Консультативный совет Европейских судей, Заключение №11 «О качестве судебных решений», 18 декабря 2008 г. 224 ЕСПЧ, «Морейра Феррейра против Португалии» [Moreira Ferreira v. Portugal] [ПБ], 11 июля 2017 г., п. 84; «Папон против Франции» [Papon v. France], 25 июля 2002 г. 225 ЕСПЧ, «Хаджианастасиу против Греции» [Hadjianastassiou v. Greece], 16 декабря 1992 г. 226 ЕСПЧ, «Барбера, Мессеге и Хабардо против Испании» [Barberà, Messegué and Jabardo v. Spain], 6 декабря 1988 г., п. 77.
31 117. ЕСПЧ признал нарушение презумпции невиновности в деле, в котором обвиняемый был осужден на основании доказательств, которые, будучи многочисленными, не позволили установить его деяния227.
118. БДИПЧ напоминает, что, по мнению ЕСПЧ, для того чтобы решение соответствовало гарантиям справедливого судебного разбирательства по статье 6 ЕКПЧ, в нем должны быть рассмотрены существенные аспекты дела228 и дан конкретный и четкий ответ на аргументы, имеющие определяющее значение для исхода дела229. Вопрос об отсутствии мотивировки в судебных решениях обычно возникает, когда национальные суды игнорируют конкретный, актуальный и важный вопрос, поднятый заявителем230.
9.2. Национальная нормативно-правовая база 119. Требование о том, что судебное решение должно быть надлежащим образом мотивировано, четко прописано в УПК. Статья 388 УПК гласит, что приговор суда должен быть законным (т.е. соответствовать всем требованиям закона) и обоснованным (т.е. основанным на всестороннем и объективном изучении представленных суду доказательств). Статья 393 УПК уточняет, что обвинительный приговор «не может быть основан на предположениях» и постановляется лишь при условии, что виновность подсудимого «подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств»231.
120. При постановлении приговора, суд должен, среди прочего, решить, доказано ли, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый232 и доказано ли совершение этого деяния подсудимым233. Если в совершении уголовного правонарушения обвиняется несколько подсудимых, суд должен установить ответственность каждого подсудимого в отдельности, определяя роль и степень его участия в совершенном деянии.234 Крайне важно, чтобы в приговоре были указаны доказательства, на которых основывается обвинение каждого подсудимого, и причины, по которым суд отверг другие доказательства235.
121. Статья 395 УПК содержит конкретные указания для судей о форме составления приговора, уточняя, что он должен состоять из вводной, описательно-мотивировочной и резолютивной частей.236
227 ЕСПЧ, «Телфнер против Австрии» [Telfner v Austria], 20 марта 2001 г., п.15. 228 ЕСПЧ, «Болдя против Румынии» [Boldea v. Romania], 15 мая 2007 г., п. 30; «Лобжанидзе и Перадзе против Грузии» [Lobzhanidze and Peradze v. Georgia], 27 февраля 2020 г., п. 66. 229 ЕСПЧ, «Морейра Ферейра против Португалиии» [Moreira Ferreira v. Portugal] [БП], 11 июля 2017 г., п. 84. 230 ЕСПЧ, «Нечипорук и Йонкало против Украины» [Nechiporuk and Yonkalo v. Ukraine], 21 апреля 2011 г., п. 280. 231 УПК РК, статья 393, п. 3. 232 УПК РК, статья 390, п. 1(1). 233 УПК РК, статья 390, п. 1 (3). 234 УПК РК, статья 390, п. 4. Также см. Верховный суд, Нормативное постановление 2018 года №4 «О судебном приговоре», п. 16: «Если уголовное правонарушение совершено группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, должны быть описаны конкретные преступные действия, совершенные каждым из подсудимых». 235 УПК РК, статья 397, п. 3. 236 УПК РК, статья 395, п. 3.
32 122. В статьях 396-398 подробно описаны части судебного приговора. В частности, в статье 397 указано, что описательно-мотивировочная часть должна содержать описание уголовного правонарушения, признанного судом доказанным, и формы вины подсудимого. Суд также может переквалифицировать действия подсудимого в его пользу237.
123. В нормативном постановлении 2018 года №4 «О судебном приговоре» Верховный суд далее отмечает, что судебный приговор должен содержать «оценку каждого довода стороны защиты и обвинения»238 и оценка доводов подсудимого, приведенных им в обоснование своей позиции239. Кроме того, в том же нормативном постановлении Верховный суд указал, что «приводя доказательства в мотивировочной части приговора, суд не должен ограничиваться перечислением и приведением их содержания, он обязан сделать их всесторонний анализ, дать оценку всем доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого, как подтверждающим выводы суда, так и противоречащим этим выводам»240.
124. Согласно УПК, приговор суда может быть отменен, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании или если имеются противоречивые доказательства, имеющие существенное значение для выводов суда, а в приговоре, постановлении не указано, по каким основаниям суд принял доказательства обвинения и отверг доказательства защиты241. Кроме того, приговор подлежит отмене или изменению если он явился результатом необоснованного отказа стороне в исследовании доказательств, которые могут иметь значение для дела, либо результатом исследования недопустимых доказательств242.
10. Право подсудимого на эффективное средство правовой защиты 10.1. Международные стандарты 125. В соответствии с пунктом 5 статьи 14 МПГПП, каждый, кто осужден за какое-либо преступление, имеет право на то, чтобы его осуждение и приговор были пересмотрены вышестоящей судебной инстанцией согласно закону. Это право также закреплено в статье 2 Протокола 7 к ЕКПЧ243. Государства-участники ОБСЕ обязались защищать
237 УПК РК, статья 397, п. 1. В Нормативном постановлении 2018 года №4 «О судебном приговоре» Верховный суд уточнил, что «в случае необходимости квалифицировать уголовное правонарушение по статье закона, по которой подсудимому не было предъявлено обвинение, суд должен исходить из того, что такое изменение квалификации допустимо лишь при условии, что действия подсудимого, квалифицируемые по новой статье закона, вменены ему, не содержат признаков более тяжкого уголовного правонарушения и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от окончательного обвинения, поддержанного государственным обвинителем в главном судебном разбирательстве, а изменение обвинения не ухудшит положение подсудимого и не нарушит его право на защиту» (п. 27). 238 Верховный суд, Нормативное постановление 2018 года №4 «О судебном приговоре», п. 16. 239 Там же, п. 17. 240 Верховный суд, Нормативное постановление 2018 года №4 «О судебном приговоре», п. 19. 241 УПК РК, статья 433, п. 1; статья 435 п.п. 1 (1) и 1 (3). 242 УПК РК, статья 433, п. 1; статья 436 п. 2. 243 Следует отметить, что согласно судебной практике ЕСПЧ, статья 6 (1) ЕКПЧ не требует пересмотра в двух разных инстанциях; см. «Мюллер против Австрии» [Muller v Austria].
33 «право лица апеллировать к исполнительным, законодательным, судебным или административным органам»244.
126. Главный принцип заключается в том, что заявитель должен иметь доступ к эффективному апелляционному производству, основанному на фундаментальном принципе, согласно которому права, гарантированные МПГПП и ЕКПЧ, должны быть эффективными, а не просто теоретическими. Это означает, что апелляционное производство должно соответствовать тем же стандартам справедливости, что и само судебное разбирательство, обеспечивая реальную защиту прав заявителя. По мнению КПЧ, «устанавливаемое пунктом 5 статьи 14 право на пересмотр осуждения и приговора вышестоящей судебной инстанцией налагает на государство-участник обязанность пересмотра существенным образом, одновременно на основе достаточности доказательств и норм права, осуждения и приговора». Так, «пересмотр, который ограничивается формальными или правовыми аспектами осуждения без какого бы то ни было рассмотрения фактов, является недостаточным по Пакту»245. ЕСПЧ установил нарушения права на доступ к правосудию в случаях, когда национальное законодательство предусматривает всестороннее рассмотрение дела по существу в апелляционной инстанции, но на практике такое рассмотрение не проводится, что делает процесс обжалования неэффективным246.
127. КПЧ неоднократно заявлял, что, согласно МПГПП, обжалование должно предусматривать возможность пересмотра как фактов, так и примененного права247. Как поясняется в Замечании общего порядка №32, требования права на пересмотр удовлетворяются, «если вышестоящий суд рассматривает утверждения, направленные против признанного виновным лица, очень подробно оценивает доказательства, представленные на суде и указанные в апелляционной жалобе, и находит, что уличающих доказательств для оправдания установления вины в конкретном деле достаточно».
128. Для того чтобы соответствовать требованиям статьи 2 Протокола №7 к ЕКПЧ, пересмотр дела апелляционным судом должен представлять собой «полную и тщательную оценку соответствующих факторов»248. Хотя апелляционный суд в принципе может просто согласиться с обоснованием решения суда низшей инстанции249, при возникновении вопроса об отсутствии каких-либо фактических и/или правовых оснований для решения нижестоящего суда важно, чтобы вышестоящий суд представил свою собственную мотивировку250. Кроме того, в случае прямого возражения против допустимости доказательства вышестоящий суд не может ссылаться на это доказательство, не представив ответа на такое возражение251.
244 ОБСЕ, Итоговый документ Венской встречи 1989 года, п. 13.9. 245 КПЧ, Замечание общего порядка № 32, п. 48. Также см. КПЧ, «Васкес против Испании» [Vásquez v Spain], Сообщение №701/1996, п. 11.1. 246 ЕСПЧ, «Биондич против Хорватии» [Biondić v Croatia], 8 ноября 2007 г., п.п. 27–28. 247 См., напр., КПЧ, «Перес Эсколар против Испании» [Pérez Escolar v. Spain], 28 марта 2006 г., п. 3; «Гелазаускас против Литвы» [Gelazauskas v Lithuania], 17 марта 2003 г., п. 7.2; «Ратиани против Грузии» [Ratiani v Georgia], 4 августа 2005 г., п.п. 11.2–11.3. 248 ЕСПЧ, «Лалмахомед против Нидерландов» [Lalmahomed v the Netherlands], 22 февраля 2011 г., п. 37. 249 ЕСПЧ, «Гарсия Руис против Испании» [García Ruiz v. Spain] [БП], 21 января 1999 г., п. 26; «Степянян против Армении» [Stepanyan v. Armenia], 27 октября 2009 г., п. 35. 250 ЕСПЧ, «Татишвили против Российской Федерации» [Tatishvili v. Russia], 22 февраля 2007 г., п. 62. 251 ЕСПЧ, «Шабельник против Украины» [Shabelnik v. Ukraine], 19 февраля 2017 г., п. 50-55.
34 129. ЕСПЧ подчеркнул, что согласно принципам справедливого судопроизводства требует от апелляционного суда кратко мотивировать свое решение либо используя основные аргументы нижестоящего суда либо иным образом. Апелляционный суд должен, по крайней мере, рассмотреть основные вопросы, которые были ему представлены, не ограничиваясь простым подтверждением ранее сделанных выводов без их дальнейшего рассмотрения252.
10.2. Национальная нормативно-правовая база 130. Согласно статье 414 УПК, все стороны уголовного процесса имеют право апелляционного обжалования решения суда первой инстанции.
131. Суд апелляционной инстанции проверяет справедливость, законность и обоснованность приговора или постановления суда первой инстанции. Это включает в себя исследование имеющихся в деле и дополнительно представленных материалов, представленных в ходе заседания апелляционной инстанции, проверку правильности установления фактических обстоятельств дела и применения уголовного закона, соблюдение норм уголовно-процессуального закона при осуществлении производства по делу253.
132. Суд, рассматривающий дело в апелляционном порядке, проверяет законность, обоснованность, справедливость приговора, постановления суда в полном объеме и вправе внести в них изменения по основаниям, не указанным в жалобе, ходатайстве прокурора. Апелляционный суд вправе отменить или изменить приговор или постановление суда низшей инстанции также в не обжалованных, не пересмотренных по апелляционному ходатайству прокурора частях и в отношении лиц, о которых жалоба, ходатайство прокурора не поданы, если при этом не ухудшается положение осужденного254.
133. При необходимости проверки доводов жалоб сторон, апелляционный суд должен выполнить соответствующие процессуальные действия, включая заслушивание свидетелей и исследование доказательств. В таком случае судья в течение десяти суток со дня поступления дела выносит постановление о подготовке дела к рассмотрению апелляционной инстанции, в котором конкретно указывает о вызове и допросе осужденного, оправданного, потерпевшего, свидетелей или экспертов, об истребовании материалов и совершении иных необходимых для правильного разрешения дела действий255.
134. Аналогично решению суда первой инстанции, апелляционное постановление состоит из вводной, описательно-мотивировочной и резолютивной частей256.
252 ЕСПЧ, «Хелле против Финляндии» [Helle v Finland], 19 декабря 1997, п. 60. 253 УПК РК, статья 424. 254 УПК РК, статья 426, п. 1. УПК РК, статья 426, п. 2: «Изменение или отмена приговора в отношении лиц, о которых жалоба, ходатайство прокурора не поданы, допускается лишь в случае отмены или изменения приговора в отношении лица, которого касаются жалоба, ходатайство прокурора, и только для приведения в соответствие квалификации действий других осужденных, совместно совершивших уголовное правонарушение». 255 УПК РК, статья 427. 256 УПК РК, статья 443 п. 1.
35 135. Постановление апелляционного суда должно содержать краткое изложение существа судебного акта, доводов поданных жалоб, принесенного ходатайства прокурора и возражений на них. Оно также должно включать доводы участников процесса. Наконец, в постановлении должны быть четко указаны причины решения, принятого апелляционным судом, с учетом всей соответствующей информации, представленной в ходе разбирательства257.
136. Согласно статье 443 УПК, при оставлении жалобы без удовлетворения в связи с отсутствием новых доводов в описательно-мотивировочной части апелляционного постановления указывается только на отсутствие предусмотренных УПК оснований для внесения изменений в судебный акт либо его отмены258.
11. Право жертв на эффективное средство правовой защиты 11.1. Уголовное преследование за нарушения прав человека
11.1.1. Международные стандарты 137. Согласно МПГПП, каждое участвующее в Пакте государство обязуется уважать и обеспечивать всем находящимся в пределах его территории и под его юрисдикцией лицам права, признаваемые в Пакте259. Как отметил КПЧ, это означает, что государства-участники должны не только воздерживаться от нарушения прав, признанных Пактом, но и предпринимать позитивные шаги для их распространения и защиты260.
138. Право на эффективные средства правовой защиты, закрепленное, в частности, в пункте 3 статьи 2 МПГПП, влечет за собой позитивные обязательства такие как обязательство «по скорейшему, тщательному и эффективному расследованию утверждений о нарушениях прав с помощью независимых и беспристрастных органов»261. В частности, власти должны расследовать нарушения, признанные преступными, и привлекать виновных к ответственности262.
139. Это обязательство особенно актуально, когда такие нарушения затрагивают такие права не допускающие отступления, как право на жизнь и запрет на пытки и жестокое или бесчеловечное обращение. Согласно КПЧ, деяния, запрещенные статьей 7 МПГПП, должны расследоваться безотлагательно и беспристрастно компетентными органами с целью обеспечения эффективного использования данного средства
257 УПК РК, статья 443, п. 3. Также см. п. 16-17 Нормативного постановления Верховного суда 2018 года №4 «О судебном приговоре». 258 УПК РК, статья 443 п. 4. 259 МПГПП, статья 2, п. 1. 260 КПЧ, Замечание общего порядка № 31 «Характер общего юридического обязательства, налагаемого на государства-участники Пакта», 29 марта 2004 г., п.п. 5-7. 261 КПЧ, Замечание общего порядка № 31, п. 15. 262 См., напр., КПЧ, «Абубакар Амиров против Российской Федерации» [Abubakar Amirov v. Russian Federation], 2 апреля 2009 г., п. 11.2; «Орли Мармеллана и Дэниель Гуманой против Филиппин» [Orly Marcellana and Daniel Gumanoy v. The Philippines], 30 октября 2008 г., п. 7.2; «Вадивел Сатасивам и Паратеси Сарасвати против Шри-Ланки» [Vadivel Sathasivam and Parathesi Saraswathi v. Sri Lanka], 8 июля 2008 г., п. 6.4.
36 правовой защиты263. Невыполнение этих обязательств, по мнению КПЧ, «само по себе может стать отдельным нарушением Пакта»264.
140. УВКПЧ далее заявило, что государства обязаны расследовать подобные нарушения прав человека, отметив, что «помимо того, что обязанность проводить расследование неразрывно связана с обязанностью преследовать в судебном порядке, она также связана с правом на установление истины, которое включает в себя право знать об обстоятельствах и причинах грубых нарушений прав человека, о ходе и результатах расследования нарушений, о личности исполнителей преступления и, в случаях насильственных исчезновений, о судьбе и местонахождении исчезнувших лиц» 265.
141. Согласно «Руководящим принципам, касающимся роли лиц, осуществляющих судебное преследование»266, лица, осуществляющие судебное преследование, обязаны уделять внимание судебному преследованию за преступления, совершаемые государственными служащими, в частности серьезные нарушения прав человека и другие преступления, признанные международным правом267.
142. Важным элементом защиты права на жизнь в соответствии со статьей 6 МПГПП является обязательство государств-участников «проводить расследования и в случае необходимости преследовать в судебном порядке виновных в […] инцидентах, включая заявления о чрезмерном применении силы со смертельным исходом»268. Комитет подчеркнул, что уголовные расследования должны проводиться не только в отношении лиц, совершивших преступления на местах, но «[в] ходе расследований следует, среди прочего, исследовать вопрос о юридической ответственности вышестоящих должностных лиц в связи с нарушениями права на жизнь, совершенными их подчиненными»269. Наконец, Комитет подчеркнул, что, учитывая серьезность обвинений и важность права на жизнь, «государства-участники должны, как правило, воздерживаться от борьбы с нарушениями статьи 6 с помощью лишь административных или дисциплинарных мер, и обычно необходимо уголовное расследование»270.
143. ЕСПЧ неоднократно отмечал, что обязательство защищать право на жизнь в соответствии со статьей 2 Конвенции «подразумевает необходимость проведения в той или иной форме эффективного официального расследования в случаях убийства людей в результате применения силы. Расследование должно быть, помимо прочего, тщательным, беспристрастным и аккуратным»271.
263 КПЧ, Замечание общего порядка № 20: статья 7 («Запрет пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания»), 10 марта 1992 г., п. 14. 264 КПЧ, Замечание общего порядка № 31, п. 15. 265 ООН, Доклад Верховного комиссара ООН по правам человека об обязанности государств расследовать серьезные нарушения прав человека и об использовании судебной генетики, 4 июля 2011 г., п. 15. 266 ООН, Руководящие принципы, касающиеся роли лиц, осуществляющих судебное преследование, принятые на Восьмом Конгрессе Организации Объединенных Наций по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, Гавана, Куба, 27 августа – 7 сентября 1990 года. 267 ООН, Руководящие принципы, касающиеся роли лиц, осуществляющих судебное преследование, Принцип 15. 268 КПЧ, Замечание общего порядка № 36: статья 6 («Право на жизнь»), 3 сентября 2019 г. 269 Там же. 270 Там же. 271 ЕСПЧ, «Мустафа Тунч и Феджире Тунч против Турции» [Mustafa Tunç and Feci̇ re Tunç V. Turkey] [БП], 14 апреля 2015 г., п. 169; Также см. «Маккан и другие против Соединенного Коорлевства» [McCann and Others v. United Kingdom], 27 сентября 1995 г., п. 161-163.
37 144. Комитет против пыток ООН заявил, что запрет пыток, закрепленный в пункте 2 статьи 2 КПП, «является абсолютным и не допускающим отступлений» и что, согласно статье 12 КПП, «[К]аждое Государство-участник обеспечивает, чтобы его компетентные органы проводили быстрое и беспристрастное расследование, когда имеются достаточные основания полагать, что пытка была применена на любой территории, находящейся под его юрисдикцией»272.
145. В соответствии с прецедентным правом ЕСПЧ, существует устоявшийся принцип, согласно которому, если человек получает травмы или подвергается жестокому обращению, находясь под стражей, бремя доказывания перекладывается на власти, которые должны предоставить правдоподобное объяснение причин этих травм273.
146. В ходе Копенгагенского совещания 1990 года государства-участники ОБСЕ четко подтвердили свое обязательство запретить пытки и другие жестокие, бесчеловечные или унижающие достоинство виды обращения и наказания, принять эффективные законодательные, административные, судебные и другие меры для предотвращения такой практики и наказания за нее274. В Будапештском документе 1994 года, они обязались расследовать все заявления о случаях применения пыток и преследовать виновных в судебном порядке275. Аналогичное обязательство по «недопущению пыток, а также уголовному преследованию тех, кто к ним прибегает, и тем самым, недопущению безнаказанности за применение пыток» содержится в Решениях министерского совещания, принятых по итогам встречи в Любляне в 2005 году276.
11.1.2. Национальная нормативно-правовая база Материальное право
147. Статья 15 Конституции Республики Казахстан гласит: «Каждый имеет право на жизнь» и «Никто не вправе произвольно лишать человека жизни». Конституция также запрещает пытки, насилие и другие жестокие или унижающие достоинство виды обращения и наказания277.
272 КПП ООН, Замечание общего порядка № 2 «Имплементация статьи 2 государствами-участниками», 24 января 2008 г., п. 5. Более того, согласно статье 13 КПП, «[К]аждое Государство-участник обеспечивает любому лицу, которое утверждает, что оно было подвергнуто пыткам на любой территории, находящейся под юрисдикцией этого Государства, право на предъявление жалобы компетентным властям этого Государства и на быстрое и беспристрастное рассмотрение ими такой жалобы. Предпринимаются меры для обеспечения защиты истца и свидетелей от любых форм плохого обращения или запугивания в связи с его жалобой или любыми свидетельскими показаниями». 273 Например, в деле ЕСПЧ «Сельмуни против Франции» [Selmouni v. France] [БП], 28 июля 1999 г., п. 87, Большая палата постановила, что если человек был задержан полицией будучи здоровым, но при освобождении у него были обнаружены травмы, существует презумпция того, что он подвергся жестокому обращению, и государство обязано предоставить правдоподобное объяснение причин появления этих травм, в противном случае возникнет очевидный вопрос по статье 3 Конвенции. Также см. ЕСПЧ, «Томази против Франции» [Tomasi v. France], 27 августа 1992 г., п.п. 108-111; «Рибич против Австрии» [Ribitsch v. Austria], 4 декабря 1995 г., п. 34. 274 ОБСЕ, Копенгагенский документ, 1990 г., обязательство 16.1. 275 ОБСЕ, Будапештский документ, 1994 г., обязательство 20. 276 ОБСЕ, Решение № 12/05 «Обеспечение прав человека и верховенство закона в рамках систем уголовного правосудия». 277 Конституция, статья 17, п. 2.
38 148. Уголовный кодекс Республики Казахстан определяет убийство как «противоправное умышленное причинение смерти другому человеку», которое наказывается лишением свободы на срок от восьми до пятнадцати лет278. Совершение убийства в ходе массовых беспорядков или в условиях иной чрезвычайной ситуации признается Уголовным кодексом совершенным при отягчающих обстоятельствах, наряду с убийством с особой жестокостью и убийством, совершенным способом, опасным для жизни других людей, и наказывается лишением свободы на срок от пятнадцати до двадцати лет либо пожизненным лишением свободы279. Причинение тяжкого вреда здоровью в условиях чрезвычайной ситуации или в ходе массовых беспорядков также считается совершенным при отягчающих обстоятельствах, что увеличивает наказание с 3-8 лет заключения до 6-10 лет лишения свободы280.
149. Воинские уголовные правонарушения подпадают под особый режим Уголовного кодекса Казахстана, который предусматривает уголовную ответственность за злоупотребление властью и превышение власти (статьи 450 и 451, соответственно)281. Деяния, подпадающие под понятие превышения власти в боевой обстановке, в том числе повлекшие тяжкие последствия, например, ранение или смерть, караются лишением свободы на срок от 7 до 15 лет. Нормативное постановление Верховного суда от 2005 года №6 поясняет, что умышленное причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, охватывается диспозицией статей 450 и 451 УК и не требует дополнительной квалификации по другим составам уголовных правонарушений, за исключением случаев, когда деяния виновного при совершении этих воинских уголовных правонарушений были сопряжены с убийством. В этом случае они подлежат дополнительной квалификации и по статье 99 УК (убийство)282.
150. На момент январских событий 2022 года статья 146 Уголовного кодекса предусматривала наказание только за пытки, но не за другие формы жестокого обращения со стороны государственных служащих. Новый закон, вступивший в силу 17 марта 2023 года283, внес изменения в статью 146 Уголовного кодекса, в целях уголовного наказания приравняв пытки и жестокое, бесчеловечное и унижающее достоинство обращение.
278 УК РК, статья 99, п. 1, статьи 102 и 103 УК РК предусматривают наказание за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны и убийство, совершенное при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, а статья 104 УК РК предусматривает наказание за причинение смерти по неосторожности. Укаазанные действия наказываются ограничением свободы или тюремным заключением сроком на два, три или пять лет соответственно. 279 УК РК, статья 99, п. 2 (5), (6), (15). 280 УК РК, статья 106. Также см. УК РК, статья 107, предусматривающая наказание за умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью. Пункт 16 Нормативного постановления Верховного суда от 2009 года №7 исключает квалификацию по совокупности статей 106 или 107 в отношении действий должностных лиц или действий, совершенных другим лицом по их подстрекательству; такие действия полностью охватываются статьей 146 УК РК. 281 УК РК, статьи 450 и 451. Превышение власти или служебных полномочий военными классифицируется как деяние, которое «повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций, либо охраняемых законом интересов общества или государства». 282 Нормативное постановление Верховного суда от 2005 года №6 «О судебной практике по делам о воинских уголовных правонарушениях» (п. 11). 283 Закон РК от 17 марта 2023 г. № 212-VII «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам прав человека в сфере уголовного судопроизводства, исполнения наказания, а также предупреждения пыток и других бесчеловечных, жестоких или унижающих достоинство видов обращения».
39 151. Согласно имеющемуся в законе примечанию, физические и (или) психические страдания, причиненные в результате законных действий должностных лиц и лиц, выступающих в официальном качестве, либо других лиц не признаются «жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство обращением и пыткой».
152. Правовой статус и последствия этого примечания неоднозначны по нескольким причинам. Во-первых, примечание не включено в основной текст статьи 146 в качестве нумерованного пункта, что вызывает вопросы относительно его предполагаемой юридической силы. Неопределенный статус примечания в правовой системе может привести к его разрозненному применению и толкованию судами и правоохранительными органами. Во-вторых, это примечание представляется излишним, поскольку общие принципы уголовного права уже исключают уголовную ответственность в случаях, когда должностные лица государства применяют силу, например, для защиты себя или других от неминуемой опасности, в условиях крайней необходимости или при исполнении законного приказа284. В-третьих, формулировка этого примечания потенциально может быть использована для оправдания или декриминализации действий, которые в противном случае могли бы считаться неправомерными, в зависимости от того, как определяются и интерпретируются «законные действия». В перспективе она может служить полным оправданием применения пыток или жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения, если только эти «действия» осуществляются должностными лицами или лицами, действующими в официальном качестве, и считаются «законными». В Примечании не признается, что даже если такие действия, как обыск, допрос или арест, считаются «законными», средства, используемые при их проведении, все равно могут быть приравнены к пыткам или жестокому обращению, запрет на которые, как уже упоминалось выше, является абсолютным и не допускающим отступлений, и, следовательно, они не могут считаться правомерными. В-четвертых, Примечание не соответствует стандарту, установленному статьей 1 КПП, которая ограничивает исключение законными «санкциями», в отличие от любых «действий», предусмотренных национальным законодательством. Наконец, круг лиц, на которых распространяются исключения, неоправданно широк и охватывает не только лиц, действующих в официальном качестве, но и «других лиц», что не обеспечивает правовой определенности и потенциально ведет к произвольному толкованию.
153. В результате формулировка Примечания может быть использована не по назначению, в целях защиты виновных от ответственности, что нарушает абсолютный запрет пыток, а также препятствует эффективному расследованию и преследованию таких деяний, независимо от предполагаемой законности действий в целом.
154. Комитет ООН против пыток в своих последних заключительных замечаниях рекомендовал Казахстану в первоочередном порядке привести юридическое определение пытки, содержащееся в статье 146 Уголовного кодекса и других соответствующих законодательных актах, в соответствие со статьей 1 Конвенции, а именно: включить в определение элементы, отличающие преступление пытки от
284 УК РК, статьи 32, 34 и 36. Аналогичным образом, пункт 1 статьи 14 Закона «О правоохранительной службе» от 2011 года гласит: «Сотрудники не несут ответственности за вред, причиненный в связи с применением огнестрельного и иного оружия, специальных средств и физической силы, если их действия осуществлены в соответствии с настоящим Законом и иными законодательными актами Республики Казахстан».
40 других форм жестокого обращения, и скорректировать формулировку исключающей оговорки, касающейся «законных санкций», с тем чтобы свести к минимуму возможность ее неправильного толкования. Казахстану также было рекомендовано обеспечить, чтобы наказания за пытки и жестокое обращение соответствовали тяжести преступления, как это предусмотрено в пункте 2 статьи 4 Конвенции. Властям также следует принять законодательные меры, исключающие возможность освобождения от уголовной ответственности в связи с заключением процессуального соглашения в форме сделки о признании вины, а также возможность условно- досрочного освобождения от отбывания наказания за преступления, связанные с пытками и жестоким обращением285. На пытки не распространяется срок давности286, а доказательства, полученные с применением пыток или других видов жестокого обращения, являются недопустимыми287.
155. 2 ноября 2022 года Парламент утвердил Закон «Об амнистии»288, который предусматривает освобождение от уголовного преследования и сокращение сроков наказания для лиц, обвиненных и осужденных в связи с январскими событиями 2022 года. Однако данный закон не распространяется на некоторые категории преступлений, включая преступления «террористического» и «экстремистского» характера289, организацию массовых беспорядков290, пытки и умышленные убийства. Закон об амнистии распространяется на широкий круг преступлений, совершенных в период с 4 по 7 января 2022 года291. Осужденные за совершение преступлений небольшой и средней тяжести освобождаются от отбывания оставшегося срока наказания, дела, находящиеся в производстве, прекращаются с освобождением обвиняемых от уголовной ответственности292. Лицам, осужденным за тяжкие и особо тяжкие преступления, закон сокращает срок наказания на три четверти и наполовину соответственно293.
Процессуальное право
156. Ответственность за расследование и преследование нарушений вышеперечисленных основных прав лежит на прокуратуре, которая в соответствии со статьей 83 Конституции «осуществляет высший надзор за соблюдением законности на территории Республики Казахстан» и «от имени государства осуществляет уголовное преследование»294. Органы прокуратуры осуществляют защиту и восстановление нарушенных прав и свобод человека и гражданина295. В частности, в пределах своих полномочий они осуществляют надзор за законностью деятельности государственных
285 См. Заключительные замечания КПП по четвертому периодическому докладу Казахстана, 8 июня 2023 г., п. 10. 286 УК РК, статья 69, п. 6. 287 УПК РК, статья 112. Более подробный анализ см. в главе 6 выше. 288 Закон Республики Казахстан от 2 ноября 2022 года № 152-VII «Об амнистии». 289 Эксперты ООН ранее выражали обеспокоенность по поводу неправомерного использования термина «террорист» в отношении протестующих и политических активистов в Казахстане: Управление Верховного комиссара ООН по правам человека: «Kazakhstan: UN experts condemn lethal force against protesters, misuse of term ‘terrorists’» («Казахстан: Эксперты ООН осуждают применение смертоносной силы против протестующих и неправомерное использование термина «террористы»», 11 января 2022 г. 290 УК РК, статья 272, п. 1, за исключением несовершеннолетних обвиняемых. 291 Закон «Об амнистии», статья 1. 292 Закон «Об амнистии», статья 3, п. 1, 2. 293 Закон «Об амнистии», статья 3, п. 3. 294 См также Конституционный Закон РК от 5 ноября 2022 г. № 81-VI «О прокуратуре», статья 1. 295 Там же, статья 4.
41 органов296, включая деятельность правоохранительных и специальных государственных органов в сфере досудебного расследования и применения мер 297
принуждения298.
157. Прокуратура, в отличие от судей, не имеет никаких гарантий независимости или автономии, поскольку по Конституции она имеет иерархическую структуру299 и подчиняется непосредственно Президенту Республики300.
158. Расследования случаев пыток, связанных с январскими событиями 2022 года, первоначально проводились Агентством по борьбе с коррупцией, однако согласно законодательным поправкам, принятым в конце 2022 года, с 1 января 2023 года расследованиями пыток занимаются исключительно органы прокуратуры301. Расследование случаев бесчеловечного, жестокого или унижающего достоинство обращения входит в компетенцию Министерства внутренних дел302. Такое разделение полномочий, основанное на правовой квалификации деяний является проблемной, потому что на ранних стадия расследования может быть не понятно достигло ли обращение такой интенсивности, чтобы быть квалифицированным как пытка. Квалифицировать преступление на ранней стадии зачастую сложно, поскольку еще не собраны все доказательства, да и не нужно, поскольку главной задачей должно быть обеспечение добросовестности и беспристрастности расследования. Такое формальное разделение полномочий может также привести к передаче дел между прокурором и Министерством внутренних дел, что приведет к фрагментации компетенции и знаний, потенциально препятствуя эффективности и согласованности расследования. Более того, поскольку некоторые из лиц, подозреваемых в совершении предполагаемых пыток, могут быть сотрудниками Министерства внутренних дел, передача расследования всех уголовных преступлений по статье 146 прокуратуре дала бы больше гарантий беспристрастности.
159. Пункт 2 статьи 101 УПК обязывает администрацию мест содержания под стражей передавать жалобы задержанных или содержащихся под стражей лиц на пытки или другое жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение органу, в производстве которого находится дело303. Жалобы на действия и решения следователей, дознавателей, начальников органов дознания, прокуроров должны направляться вышестоящему прокурору. Иные жалобы не позднее суток с момента их поступления передаются лицу или органу, в производстве которого находится дело304.
160. После январских событий 2022 года Правительство Казахстана приняло административные меры для предотвращения или, по крайней мере, сокращения числа случаев пыток в будущем. Правительство проинформировало Комитет ООН против пыток о том, что в нормативные акты вносятся изменения, предусматривающие информирование прокурора о каждом факте выявления медицинским работником
296 Там же, статья 6, п. 1. 297 Там же, п. 1. 298 Там же, п. 1. 299 Конституция, статья 83, п. 2. 300 Конституция, статья 44, п. 1 (4). Также см. закон «О прокуратуре», статья 3, п. 2. 301 УПК РК, статья 193, п. 1 (12-1) с поправками, внесенными согласно Закону №157-VII. 302 УПК РК, статья 187. 303 В зависимости от стадии уголовного процесса это может быть суд и орган, ведущий расследование, т.е. прокуратура и компетентный следственный орган (см. УПК РК, статья 7, п.п. 26 и 44). 304 УПК РК, статья 101, п. 1.
42 телесных повреждений у лиц, содержащихся в следственных изоляторах или учреждениях уголовно-исполнительной системы.
161. Положительным моментом является то, что в июле 2022 года Министерство здравоохранения утвердило электронную форму для документирования следов телесных повреждений и психологических травм305, основанную на принципах Стамбульского протокола306. Врачи организаций первичной медико-санитарной помощи, таких как травмпункты и амбулатории, теперь обязаны документировать следы телесных повреждений, полученных в результате пыток, руководствуясь стандартами Стамбульского протокола307.
11.2. Компенсация жертвам нарушений прав человека
11.2.1. Международные стандарты 162. Международные правовые нормы призывают государства создать адекватный национальный механизм, обеспечивающий право жертв на адекватную и справедливую компенсацию308. Такие механизмы должны признавать пострадавших лиц жертвами преступлений и способствовать процессу их реабилитации, помогая им оправиться от последствий преступления и восстановить их доверие к государству309.
163. В Стамбульском документе 1999 года государства-участники ОБСЕ обязались «оказывать помощь потерпевшим и сотрудничать с соответствующими международными организациями и неправительственными организациями»310.
164. КПП, МПГПП и другие международные правовые документы содержат требование о том, чтобы государства обеспечили получение возмещения лицами, подвергшимися
305 Приказ и. о. Министра здравоохранения РК от 30 октября 2020 года № 21579 «Об утверждении форм учетной документации в области здравоохранения, а также инструкций по их заполнению» устанавливает формы, в соответствии с которыми пытки и телесные повреждения должны быть задокументированы в соответствии со Стамбульской конвенцией. 306 УВКПЧ ООН, «Руководство по эффективному расследованию и документированию пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания», 2022 г. 307 УПК РК, статья 101, п. 2, последнее предложение: «Иные жалобы не позднее суток с момента их поступления администрация мест заключения передает лицу или органу, в производстве которого находится дело». Кроме того, в соответствии с Указом Президента РК от 19 июля 2021 г. №622 «О мерах по дальнейшему совершенствованию системы государственного управления», функции и полномочия Министерства внутренних дел РК (далее - МВД РК) в сфере медицинского обеспечения лиц, содержащихся в следственных изоляторах и учреждениях уголовно-исполнительной системы, передаются Министерству здравоохранения РК. Медицинские работники сохраняют независимость от администрации указанных учреждений. См. КПП ООН, рассмотрение докладов, представленных государствами- участниками в соответствии со статьей 19 Конвенции, «Ответы Казахстана на перечень вопросов в связи с рассмотрением его четвертого периодического доклада, полученные 15 февраля 2023 г.». Указ Президента №622 (см. здесь объявление МВД РК). 308 КПП, статья 14; МПГПП, статья 2, п. 3 (B) и п. 7. Также см. УВКПЧ, учебное пособие «Reporting under the International Covenant on Civil and Political Rights: Training Guide» («Отчетность в соответствии с Международным пактом о гражданских и политических правах: Учебное пособие»), 2021 г., стр. 33 и 46. 309 См., напр., Европейская комиссия, «Strengthening Victims’ Rights: From Compensation to Reparation. For a New EU Victims’ Rights Strategy 2020-2025» («Укрепление прав жертв: от компенсации к возмещению. В поддержку новой стратегии ЕС по защите прав жертв на 2020-2025 гг.») 2019 г., стр. 17. 310 ОБСЕ, Стамбульский документ 1999 года, обязательство №21.
43 любому акту пыток. Для этого необходимо принять законодательство, которое реально обеспечит возможность получения компенсации жертвами пыток и их иждивенцами311.
165. Комитет ООН против пыток подчеркнул, что «лицо должно признаваться жертвой вне зависимости от того, был ли ответственный за совершение пыток установлен, задержан, подвержен преследованию или признан виновным»;312 кроме того, «ходатайства жертвы о восполнении вреда не должны зависеть от результатов уголовного процесса. Комитет считает, что предоставление компенсации не должно необоснованно затягиваться до тех пор, пока не будет установлена уголовная ответственность»313. Фактически, государства обязаны обеспечить «получение возмещения жертвами даже при отсутствии жалобы, если имеются разумные основания полагать, что применение пыток или жестокое обращение действительно имело место»314.
166. Комитет ООН против пыток также подчеркнул, что государства не должны создавать препятствия, затрудняющие реализацию права жертв на компенсацию. К таким препятствиям относятся «неадекватное национальное законодательство, дискриминация в отношении доступа к механизмам рассмотрения жалоб и проведения расследований и процедурам предоставления правовой помощи и возмещения; недостаточно эффективные меры по обеспечению задержания предполагаемых правонарушителей, законы о государственной тайне, бремя доказывания и процедурные требования, влияющие на установление права на возмещение; законы об исковой давности, амнистии и иммунитеты; непредоставление достаточной правовой помощи и мер защиты для жертв и свидетелей; а также соответствующая стигматизация и физические, психологические и другие сопутствующие последствия применения пыток и жестокого обращения»315.
167. Декларация ООН об основных принципах правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью, в которой изложены международные стандарты предоставления компенсации жертвам, определяет доступ к компенсации как право всех жертв преступлений, которые должны иметь возможность получить компенсацию оперативно и эффективно316. Ключом к обеспечению доступа к компенсации является упрощение административных процедур и сведение формальностей к минимуму317. Таким образом, национальное законодательство должно точно определять, когда жертва имеет право на компенсацию, а когда нет,
311 Комитет против пыток ООН, Замечание общего порядка № 3 (2012) «Об осуществлении статьи 14 государствами-участниками», 13 декабря 2012 г., п. 27; МПГПП, статья 2, п. 3 и статья 7. Также см. Резолюция (77)27 Комитета министров Совета Европы «О компенсации потерпевшим от преступлений», статья 1; СЕ, Рекомендация Rec(2006)8 Комитета министров государствам-участникам «О помощи жертвам преступлений», 14 июня 2006 г., статья 8, п. 1; ООН, Декларация основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью, 29 ноября 1985 г., принцип 12. 312 КПП ООН, Замечание общего порядка № 3, п. 3. 313 Там же, п. 26. 314 Там же, п. 27. 315 Там же, п. 38. 316 ООН, Декларация основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью, 29 ноября 1985 г., принципы 4 и 5. 317 См., напр., Директива Европейского парламента и Совета Европейского Союза 2012/29/EU от 25 октября 2012 года об установлении минимальных стандартов в отношении прав, поддержки и защиты жертв преступлений, статья 3.
44 чтобы решения о компенсации были справедливыми и не носили произвольного характера.
168. Что касается размера компенсации, то, по мнению Комитета ООН против пыток «компенсация, присуждаемая жертве, должна быть достаточной для компенсирования любого поддающегося экономической оценке вреда, возникшего в результате применения пыток или жестокого обращения, вне зависимости от того, носит ли она материальный характер или нет»318. Это может включать: возмещение расходов на медицинское обслуживание и предоставление средств для покрытия расходов на будущие медицинские или реабилитационные услуги, необходимые жертве для обеспечения максимально полной реабилитации; компенсацию материального или нематериального ущерба в результате причиненного физического и душевного вреда; компенсацию потерь в виде заработка и возможного заработка, обусловленных инвалидностью, возникшей в результате применения пыток или жестокого обращения; и компенсацию за утраченные возможности, такие как трудоустройство и образование. Кроме того, адекватная компенсация, присуждаемая государствами участниками жертве пыток или жестокого обращения, должна предусматривать оказание жертве правовой помощи или помощи специалистов и покрытие других расходов, связанных с подачей ходатайства о предоставлении возмещения319.
169. Хотя характер и размер присуждаемой компенсации зависит от финансовых ресурсов каждого государства и, следовательно, может сильно различаться в разных странах, компенсация должна быть «справедливой и адекватной», отражающей тяжесть причиненного вреда в конкретном случае320. Справедливая и адекватная компенсация не обязательно требует полного возмещения всех понесенных убытков, но она должна представлять собой вклад в возмещение страданий, которым подверглась жертва321. Она должна компенсировать потери, понесенные жертвами и их иждивенцами, в той мере, в какой это возможно сделать с помощью денежных средств.
11.2.2. Национальная нормативно-правовая база
170. В Казахстане нормы о предоставлении компенсации потерпевшим изложены в нескольких законодательных документах. Согласно УПК, жертва преступления, в том числе пыток, имеет право требовать компенсации от лица, совершившего данное преступление322. Такая компенсация назначается соответствующим судом и может покрывать как физический, так и моральный вред323. Потерпевшие также могут добиваться «полной компенсации» от преступника в рамках отдельного гражданского процесса.
318 КПП ООН, Замечание общего порядка № 3, п. 10. 319 КПП ООН, Замечание общего порядка № 3, п. 10. 320 КПП ООН, Замечание общего порядка № 3, п. 10. См. также: ООН, Основные принципы и Руководящие положения, касающиеся права на правовую защиту и возмещение ущерба для жертв грубых нарушений международных норм в области прав человека и серьезных нарушений международного гуманитарного права, 15 декабря 2005 г., принцип 20. 321 Там же. 322 УПК РК, статья 34, п. 2 и статьи 38-39. 323 Согласно Нормативному постановлению Верховного суда от 27 ноября 2015 г. №7, моральный вред как проявление нравственных или физических страданий всегда сопровождает пытку, поскольку пытка, согласно статье 146 УК РК моральный вред – это «умышленное причинение физических и (или) психических страданий».
45 171. Кроме того, жертвы тяжких преступлений, включая пытки, имеют право на получение единовременной выплаты из государственного фонда, созданного в соответствии с Законом «О фонде компенсации потерпевшим» от 2018 года324. Через этот фонд государство авансирует часть компенсации потерпевшим, с тем чтобы впоследствии взыскать с преступника все выплаченные суммы. Таким образом, Фонд выступает в качестве гарантии того, что потерпевшие получат хотя бы часть компенсации.
172. Для получения компенсации потерпевший должен представить, в частности, заявление с указанием оснований для компенсации, копию постановления органа, ведущего уголовный процесс, о признании лица потерпевшим,325 а также медицинский документ, подтверждающий характер и степень тяжести причиненного вреда здоровью потерпевшего (в случае смерти потерпевшего – копии свидетельства о его смерти или иного документа, подтверждающего смерть потерпевшего)326.
173. Потерпевшие вправе требовать от Фонда327 денежную компенсацию в виде единовременной выплаты.
324 Закон № 131-VI «О Фонде компенсации потерпевшим», 10 января 2018 г. 325 Закон «О Фонде компенсации потерпевшим», статья 8, п. 1 и статья 6, п. 4. 326 Закон «О Фонде компенсации потерпевшим», статья 8, п. 6. 327 См. Закон «О Фонде компенсации потерпевшим», статья 1, п.п. 3 и 4, статья 11, п.п. 1 и 2.
46